ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ему потребовалось время для того, чтобы взять себя в руки и не вспылить, глядя на эти кусочки с образцами краски и обивки. Потом он спокойно, как только мог, спросил:

– Что это, Мэри?

– Джил, – напомнила она ему, как будто перед ней был какой-то тупица, – это образцы для нашей новой квартиры. – Он понял, что она превратно растолковала его раздражение, приняв его за отсутствие понимания. – Мне нужно отнести их сегодня днем Дуарто, чтобы он, наконец, закончил ремонт нашей квартиры.

Джил все так же спокойно возразил:

– Почему это должно быть предметом твоей заботы, когда у тебя есть декоратор? Почему это должно волновать меня? Мы ведь платим ему за это. Пусть работает. – Он отмел в сторону образцы вместе с дурными мыслями и спросил: – Ты подготовила окончательные цифровые данные к сегодняшнему заседанию исполнительного комитета?

Теперь она поняла, что он раздражен. Она быстро собрала образцы и, успокоившись, произнесла таким же, как у него, тоном:

– Мне нужно просмотреть их еще раз. К часу дня они будут на твоем столе. – И повернулась, чтобы уйти.

– К двенадцати, Мэри. Я просил тебя подготовить их к двенадцати часам дня, чтобы успеть проверить перед тем, как вынести на заседание. Итак, к полудню, Мэри.

Прежде чем закрыть за собой дверь, Мэри хватило здравого смысла, чтобы сказать:

– Хорошо, Джил, я принесу их к полудню. – Ведь недаром она была вице-президентом Объединенных фондов.

Джил откинулся назад и постучал по губе указательным пальцем, пытаясь совладать со своим беспокойством. Раньше он думал, что Мэри была другой. Упрямой, честолюбивой, алчной. Как настоящий бизнесмен. Он надеялся, что она будет его достойным партнером.

А что оказалось? Дай ей четыре стены, и ее не отличишь от обыкновенной гринвичской домохозяйки, рассуждающей о декораторах, цветовой гамме, обоях.

Он вспомнил Синтию. Он уже совсем смирился с этой чертой в ней. Это не требовало работы ума, а Синтия и не была способна ни на что другое. Но только не Мэри.

И все же самыми отвратительными женщинами, по мнению Джила, были те из них, в которых неясная мысль сочеталась с агрессивностью, как у этой никчемной Анни Парадиз. Он закипал от злости всякий раз, как думал о ней. «Что она о себе мнит, когда приходит в мой офис и указывает мне, что делать?» Он ненавидел женщин, которые огрызались и могли ослушаться. Синтия, по крайней мере, никогда так не делала. Он подумал о Мэри. С ней у него действительно было что-то общее. Неужели она хочет разрушить все это? И вслух, но тихо Джил сказал пустой комнате: «Мэри, не вздумай это сделать!»

Он дотянулся до селектора и вызвал миссис Роджерс.

– Впустите его, – прогремел его голос.

Посмотрев на часы, Джил представил себе, как Стюарт Свонн, если он пришел вовремя, – а он не мог опоздать, – ждет вот уже двадцать восемь минут в приемной миссис Роджерс.

Он услышал, как Стюарт постучал в дверь. Один раз и очень тихо. Но Джил не ответил, решив заставить его постучать громко, по-мужски.

Через довольно долгий промежуток времени последовало еще два стука, на сей раз они были немного громче. Джил знал, что это все, на что был способен этот слизняк. И он великодушно пригласил Стюарта войти.

Стюарт вошел, робко улыбаясь.

– Ты хотел меня видеть, Джил? – Он не закрывал за собой дверь, пока Джил не ответил ему жестом руки.

Джил оставил Стюарта стоять перед своим столом, не пригласив присесть. Без всяких предисловий он сказал:

– Стюарт, я тут сверил цифровые данные по корпоративным пенсионным фондам за прошлый квартал и обнаружил, что у тебя самые низкие показатели во всей компании. Что ты об этом думаешь?

Джил знал, что Стюарт не был готов к этому неприятному для него разговору. Он слушал, как тот заикался и что-то мямлил в ответ, пытаясь объясниться.

Джил прервал его на полуслове:

– Стюарт, – произнес он так, как будто говорил с умственно отсталым ребенком, каковым он его и считал, – если к концу следующего квартала ты не улучшишь показатели, тебе придется объясняться перед исполнительным комитетом компании. И если это случится, я ничем не смогу тебе помочь. – Он помолчал. – И еще, Стюарт. Ходят слухи, что я заинтересован делами судостроительной компании «Митцуи». Надеюсь, эта утечка информации исходит не от тебя? Ведь об этом знают только члены исполнительного комитета.

– Нет, не от меня, Джил.

– Прекрасно. Если я узнаю, что это не так, ты рискуешь потерять членство в исполнительном комитете. Ты это знаешь?

Какое-то мгновение Стюарт смотрел на Джила, потом открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он кивнул. Коротким кивком головы Джил разрешил ему идти и вернулся к своим бумагам.

Джил был одновременно доволен и разозлен молчаливым уходом Стюарта. «Вот тряпка!» – думал он. Никто из Своннов не осмелился противостоять ему. Ни старик Свонн, ни Стюарт, ни, конечно, Синтия.

Из поколения в поколение у них все шло гладко. Эти богатые семьи время от времени нуждаются в улучшении породы и их генетического кода. Они так и не приняли его за своего, несмотря на то что он спас эту распрекраснейшую семейку от разорения, слив их капитал с капиталом Объединенных фондов. Вот почему Стюарт, единственный из оставшихся Своннов, стал для Джила олицетворением всех тех оскорблений, которые он терпел от богатых семей, и того презрения, которое они ему выказывали за его напористость и незамысловатость.

Джил был уверен, что Стюарт Свонн должен заплатить за все оскорбления и обиды, нанесенные в прошлом Джилу. Он в каком-то смысле был даже нужен Джилу, хотя он и не хотел признаваться в этом. Как все великие короли, Джил нуждался в человеке, на котором он мог выместить свое презрение к слабым, кто мог служить ему мишенью для ненависти и злости, которые он чувствовал к тем, кто был выше по происхождению.

«Стюарт Свонн – мой «мальчик для битья», – решил Джил. – Это, конечно, не совсем так, но почти так и есть. И я не совсем король, но почти король», – подумал он и засмеялся сдавленным смехом.

Его грезы нарушил селекторный звонок. Миссис Роджерс уведомляла его о том, что пришел Дуайт МакМардо. Он поприветствовал своего партнера небрежно, хотя и был взволнован тем, что член одной из старейших семей Новой Англии пришел засвидетельствовать ему свое почтение. Он помог МакМардо, как и остальным своим партнерам, сделать миллионы.

Дуайт нервно улыбался. После обычных банальностей он спросил:

– Что там с акциями судостроительной компании «Митцуи», Джил? Какое у нас положение на бирже? Я только что слышал от специалиста по «Митцуи», что ребята нервничают. Он говорит, что на акции наблюдается большой спрос. Могу поклясться, что со вчерашнего дня они повысились в цене на пять пунктов.

– Не волнуйся, Дуайт. У нас прекрасное положение. – Джил видел, что Дуайта захватил азарт игры.

Дуайт продолжал, не слыша Джила.

– Джил, ведь если акции поднимутся в цене, нас могут вытеснить из игры. Все полетит к чертям, Джил. Что же все-таки происходит? – Под конец своей страстной речи голос Дуайта сорвался на пронзительный.

Джил откинулся в своем кресле и соединил вместе кончики пальцев, наслаждаясь создавшейся ситуацией. «Вот олух! – подумал он. – Столько лет на Уолл-стрит и все еще ничего не смыслит в игре». Медленно упиваясь сознанием своей силы, он произнес:

– Дуайт, мы никак не связаны с «Митцуи», меня эта компания никогда не интересовала, у меня другие планы. – Он наблюдал за тем, как напряжение отпустило Дуайта, плечи его обмякли, но его лицо приняло вопросительное выражение.

– Но не понимаю. Ты говорил исполнительному комитету…

– Дуайт, я считаю важным две вещи, – продолжал Джил, как если бы он инструктировал новичка, а не вел беседу с опытным в бизнесе человеком. – Как ты играешь и выиграл ты или проиграл. Невозможно выиграть, не зная, как играть. – Чувство презрения к этим прихлебателям вызывало у Джила металлический привкус во рту. Он продолжал: – Как только я сказал исполнительному комитету, что мы собираемся приобрести контрольный пакет акций «Митцуи», произошла утечка информации, и тогда каждый, кому не лень, захотел к нам примазаться. И никто не заметил, как я потихонечку занялся своей настоящей целью.

81
{"b":"10291","o":1}