ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да ладно. Ты можешь заливать это Трейси, но не мне, дорогой. Мой отец был писателем. Знаешь, чем он занимался?

Фил покачал головой.

— Он писал. Так делают все писатели. — Лаура помолчала, затем дружески похлопала его по плечу. — Я не хотела тебя обижать. Просто я думаю, что ты на самом деле несчастлив.

— А кто сказал, что человек должен быть счастливым? — спросил Фил, надевая куртку. — Кто сказал, что нужно жить для счастья?

— По крайней мере, никто в Энсино, — согласилась Лаура. — Вот я и уехала из этой чертовой дыры. И я не думаю, что главное — это счастье, и не думаю, что главное — это любовь. Я считаю, что ты — как и каждый из нас — просто стремишься к тому, что тебе нравится, и избегаешь того, что тебе не по душе. И я не думаю, что тебе надоело целыми днями ничего не делать и чувствовать себя абсолютно бесполезным. Не говоря уж о том, чтобы получать отказы из претенциозных журналов и от придурков вроде Боба.

Лаура пожала плечами.

— Мне кажется, что все это тебе уже надоело. Если хочешь, можешь назвать меня оптимисткой.

На некоторое время в комнате повисла напряженная тишина. Трейси закрыла глаза, ожидая, что Фил устроит истерику. Может быть, он даже ударит Лауру или сломает что-нибудь, прежде чем вылетит из квартиры. Вместо этого она услышала такое, что заставило ее забыть о своей облысевшей голове.

— Знаешь, — сказал он тихо, — я начинаю думать так же.

Глава 29

Трейси сидела на своем обычном месте в «Хижине Джаббы», нетерпеливо ожидая Джона. Она пощипывала кончики своих коротеньких волос. У нее еще никогда не было такой короткой стрижки. Это было отвратительно, и она была готова убить за это Стефана, который ее постриг, Фила, который смеялся над ней, и Лауру, которая посоветовала не волноваться, потому что волосы скоро отрастут. По крайней мере, она могла надеяться, что Джон ей посочувствует.

Трейси посмотрела на часы. Она сидела здесь уже двадцать минут, но Джон так и не появился. Совсем непохоже на него.

Заметив Молли, Трейси заранее съежилась в ожидании неприятных комментариев.

— Черт возьми! Ты подалась в монашки? А я и не знала, что ты католичка. К тому же ты пришла вовремя, а он опаздывает. Видно, наступил конец света.

— Я не всегда опаздываю, — вяло возразила Трейси.

Молли облокотилась на стул.

— Не всегда, если пятьдесят одна неделя в году три года подряд не значит всегда.

Молли вытащила свой блокнотик.

— Будем разыгрывать обычный спектакль, пока ты не остановишься на своей яичнице? — спросила она. — Или ты собираешься сидеть здесь и дергать себя за волосы, чтобы они быстрее выросли?

Трейси сложила руки на коленях.

— Молли, если отбросить твой английский шарм, скажи, ты ведь действительно не любишь меня? — спросила Трейси.

— Конечно, не люблю, — радостно подтвердила Молли.

Трейси была потрясена. Целую минуту она сидела молча, приходя в себя.

— Но за что? Я тебе ничего не сделала.

— Наверное, я просто не люблю дураков, — с готовностью объяснила Молли. — Так случилось, что я дочь одного дурака и бывшая жена другого. Можешь назвать меня слишком чувствительной, но у меня на них аллергия.

— Но я же не дура, — искренне возразила Трейси.

— Ну да, а я не официантка. — Молли показала Трейси на пластиковую табличку, прикрепленную у нее на груди. — Прочти, что на карточке. — Затем она показала на Трейси. — А на твоей написано: «Трейси Хиггинс: журналистка на полставки, дура — на полную».

— Но что я сделала? — спросила Трейси, почему-то припомнив сон, в котором она покрасила своего кокера в синий цвет.

— Да чего ты только не делала, — сердито ответила Молли. — Ты встречаешься с подонками. Один недоумок сменяется другим, а у тебя никак не хватает ума, чтобы покончить с этим.

Молли присела напротив Трейси за столик.

— И уж раз ты сама спросила, то слушай. Потом, как будто тебе этого мало, ты превращаешь единственного приличного парня во всем городе в такого же подонка.

— Не говори так! Джон не подонок. Он просто стал… немного более привлекательным, — объяснила Трейси. — И он больше уверен в себе, — добавила она.

— За счет других? — спросила Молли. — Я-то вижу, что происходит. Он приводит своих подружек сюда выпить кофе, прежде чем идти с ними домой. Почти как мой кот Могги, который приносит мне мышей, прежде чем их прикончить. Три разные девушки за одну неделю!

Молли наклонилась ближе к Трейси.

— Ты взяла доброго чуткого парня, который умел слушать женщин и старался сделать им приятное — и хотел, чтобы им было приятно, — и научила его всем приемам, которыми пользуются бабники с холодными сердцами. Теперь он полноценный член этого клуба. Ты хоть сама понимаешь, что наделала?

Трейси больше не возражала, она просто сидела и думала над словами Молли.

— Что-то очень-очень плохое? — растерянно спросила она.

Официантка молча смотрела на нее. И все, что сказала Молли, и сон о синем кокере, и ревность Фила, и предостережения Лауры, все вдруг сложилось вместе, как картинка из мозаики. Ничего. Ей понадобится небольшая помощь и немного удачи, и она исправит свою ошибку.

— Молли, ты права, — сказала она.

Официантка кивнула с удовлетворенным видом. Трейси проглотила свою гордость.

— Ты поможешь мне исправить Джона?

— Как?

— Достань мне два билета на «Радиохэд». У тебя есть связи, я знаю.

Хотя Молли давно уже не ездила с рок-н-рольными группами, но друзья всегда заходили к ней, когда выступали в Сиэтле. Она была знакома — а может быть, и спала — со всеми администраторами, не говоря уже о большинстве гитаристов.

Выражение лица Молли явно показывало, что она не слишком доверяет Трейси.

— И что я за это получу? — спросила она.

— Ты получишь назад самого лучшего парня города Сиэтла.

— Я подумаю над этим, — сказала Молли, но Трейси видела по ее лицу, что она согласна.

— Спасибо, Молли.

— Подожди, я совсем не уверена, что у меня это получится. И не надо возвращать Джона в первобытное состояние. Мне понравилось, когда он стал получше выглядеть, честно говоря, ему давно требовался визит полиции моды.

Это был первый раз на памяти Трейси, когда Молли похвалила хоть что-то из того, что она делала.

— Но ты же понимаешь, что изменить его внешне не то же самое, что изменить его поведение?

— Кажется, да.

— Все равно ты предала женщин, — продолжала Молли. — Раньше он принимал наше внимание как подарок, а теперь считает себя божьим даром. Это большая разница. — Молли указала подбородком себе за спину. — Смотри-ка.

Трейси обернулась. В кофейню входил Джон. Он казался самодовольным развязным типом.

— Я сделала ужасную ошибку, — признала Трейси.

Молли кивнула и скрылась на кухне.

— Вот и я! Твой лучший ученик, — вместо приветствия сказал Джон, усаживаясь на то место, где только что сидела Молли.

Трейси внимательно оглядела его. Она видела, что Джон не только хорошо выглядел, но и отлично себя чувствовал. Интересно, насколько хорошо сейчас чувствует себя Бет?

— Слушай, что у тебя с головой? — спросил Джон.

— А что с ней? — ответила Трейси вопросом на вопрос, стараясь удержаться от порыва прикрыть голову руками.

Ей с трудом верилось, что Джон может критиковать ее.

— Ну, не знаю, — сказал Джон и пожал плечами. — Кто тебя стриг? Ты зря сменила парикмахера. Я недавно опять ходил к Стефану.

— Тем лучше для тебя, — сказала Трейси. — Это Стефан меня так постриг.

— Правда? А вообще-то очень оригинально. — Джон манерно прищурился. — Да, — изрек он. — Пожалуй, это твой стиль. Тебе подходит.

— А как тебе подходит твоя жизнь? — холодно спросила Трейси. — Не пора ли получить еще несколько уроков?

Она хотела сказать, что ему следует научиться вежливости и не стоит забывать старых друзей, но не успела Трейси начать, как Джон с ней согласился.

— Точно, но, надеюсь, теперь я перешел из начинающих в продвинутые.

55
{"b":"10292","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Долина драконов. Магическая Экспедиция
Таинственный портал
Дар или проклятие
Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения
Не делай это. Тайм-менеджмент для творческих людей
Пепел и сталь
Психология влияния и обмана. Инструкция для манипулятора
Арктическое торнадо
Тайна мертвой царевны