ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Но сейчас тактичное замечание Зуки задело ее. Как будто эта мартышка понимает, о чем говорит!

— Единственное, чего у нас дома было много, — это работы, — заявила Шер. — Если ты не сделаешь свою часть работы, ты не получишь свою долю еды. Чертовски просто.

Все уже наполнили свои тарелки и теперь молча ели, а Шер продолжала:

— Кроме моего братишки Эллиса. — Она покачала головой и откусила изрядный кусок курицы. — Мама вконец испортила его. Она была уже старая, он был у нее последним. Такой жалкий и слабенький, что она из кожи вон лезла, лишь бы ему и пальцем не пришлось пошевелить. А я как раз была самая старшая, поэтому мне приходилось выполнять его часть работы и делиться с ним своей порцией.

Шер рассмеялась, хотя тогда ей приходилось совсем не весело. Но сейчас никто не смеялся вместе с ней. Ей стало не по себе. Она посмотрела на Дженнифер Спенсер, такую сдержанную и чертовски серьезную.

— Меня до сих пор тошнит, когда мне предлагают делиться. Тогда было тошно и сейчас еще хуже. С меня этого довольно!

Мовита нахмурилась.

— Чего ты вдруг завелась? — спросила она.

— Они считают, что я взяла слишком много курицы, — сердито ответила Шер.

— Разве кто-то тебе сказал хоть что-нибудь? — спросила Мовита. — Я ничего такого не слышала. А если ты читаешь чужие мысли, то это твои проблемы.

— Знаете, что я всегда говорю? — вступила миротворица Тереза.. — Получить поровну — все равно что побывать на празднике.

— Но это и есть праздник, — сказала новенькая, как будто она не ела всю жизнь в роскошных ресторанах.

— Да? А что ты обычно готовила на ужин? — злобно спросила Шер. — Заказ из ресторана?

Дженнифер встала. Она смотрела куда-то мимо Шер, словно той и не существовало, и это бесило еще больше.

— Спасибо, Тереза, — сказала Спенсер. — Отличная курица. Извините меня за салат, он получился неудачный.

Она пошла к выходу, и Шер захотелось, чтобы решетка закрылась и прижала эту чванливую суку.

— Мне нужно позвонить, — сказала новенькая. — Я лучше пойду сейчас, пока очередь еще не очень большая.

— Так вот куда направилась наша мисс Армани! — протянула Шер. — Она каждый раз уходит и не моет посуду.

— Дженнифер помогала мне готовить ужин, — сказала Тереза. — Она делала салат, это довольно трудоемкое занятие. А ты знаешь правило: кто готовит, тот не моет посуду.

— И ты считаешь, что это справедливо? — проворчала Шер. — Никто не ел эту гадость, которую она приготовила. Ее даже в унитаз не выбросишь — засорится. — Она с отвращением посмотрела на почти полную миску. — Надо было заставить ее все это съесть!

— Но ей же надо было позвонить, — объяснила Зуки, вставая, чтобы помочь Шер помыть посуду. — Мы с тобой вместе все быстро уберем.

— Без тебя обойдусь! — огрызнулась Шер. — Я умею работать и не против того, чтобы выполнять свою часть работы, если все остальные будут делать свою часть. Это все, что я хочу сказать. Можете не сомневаться: я прослежу, чтобы завтра, когда я буду готовить, она помыла посуду. А я уж устрою тут помойку что надо!

Мовита неодобрительно покачала головой.

— Подруга, ты тут брызжешь слюной уже пятнадцать минут. Может, лучше подготовишь свою речь для комиссии по досрочному освобождению? О том, например, как ты хорошо научилась ладить с людьми?

Шер снова села. Что же, черт возьми, происходит? Может, Мовита перестала общаться с ней, потому что она скоро выйдет? И Мо взяла себе новенькую на ее место? Шер почувствовала пустоту в груди, и ей это не понравилось.

— Отлично, — ответила она. — Так я и сделаю. Шер встала и сердито поставила чайник на горячую конфорку. Несмотря на все раздражение, ей нравились эти женщины. Во всех своих приключениях, а Шер пересекла страну вдоль и поперек бессчетное количество раз, она никогда не встречала никого, похожего на Мовиту, на Терезу с ее непробиваемым оптимизмом и глупыми афоризмами и даже на Спенсер с ее умом и образованностью. С этими женщинами она хотела бы продолжать общаться. Но после условно досрочного освобождения ей будет запрещено видеться с ними. Она даже не сможет написать им без разрешения инспектора, к которому прикреплена. Это было жестоко. И жестоко со стороны семьи заменить ее, когда она еще здесь. Да еще на Дженнифер Спенсер!

Шер испытывала незнакомое ей раньше чувство. Она была всегда такая независимая, равнодушная к мнению окружающих, считала себя лучше всех, и ей ничего ни от кого не было нужно. А теперь Шер поняла, что причина ее неприязни к новенькой — зависть. С того момента, как Дженнифер появилась в Дженнингс в костюме от Армани, она словно бросила Шер вызов, как будто говорила: «Я лучше тебя. Ты никогда не станешь такой, как я». И у Мовиты она ходит в любимицах…

Да, Шер завидовала Дженнифер. Это было тяжелое чувство, но она ничего не могла с ним поделать. Очень жаль, что Мовита взяла Дженнифер в семью вместо нее, но за это трудно осуждать. После освобождения заключенные старались даже не вспоминать о тюрьме и о тех, кто остался там. Шер знала, что могла бы пройти на улице мимо Терезы и не заметить ее. Но дружба с Мо стоила многого.

Шер повернулась к Мовите.

— И зачем ты лижешь ее белую задницу? — с горечью спросила она подругу.

— Ты представления не имеешь о том, что она для нас делает, — рассердилась Мовита.

Шер видела, что подруга собиралась сказать что-то еще, но резко замолчала, избегая ее взгляда. Тут определенно что-то затевалось. Шер воровала уже двадцать лет и мошенничество чуяла за километр. Сузившимися от злости глазами она пристально уставилась на Мовиту:

— Что происходит, Мо? Почему ты мне ничего не говоришь? А?

— Я же сказала, что нужно быть снисходительнее к Спенсер, потому что она нам нужна. — Мовита сосредоточенно очищала тарелки от остатков пищи. — Вот и все.

Шер фыркнула. Ее не проведешь, это еще никому не удавалось! А теперь какая-то богатая кукла из Нью-Йорка отнимет у нее все? И Мовиту? Черта с два. У Шер ушло несколько месяцев на то, чтобы сблизиться с Мовитой. А теперь эта новенькая будет ее лучшей подругой?

Шер в жизни ничего не боялась, но… Она с грохотом поставила чайник на стол и направилась к двери.

— Я покажу этой богатой суке, как задирать нос! — прошипела Шер себе под нос, отталкивая с дороги Зуки.

Она слышала, что Мовита что-то сказала, но ее уже несло.

Телефон находился в дальнем конце комнаты отдыха. Дженнифер стояла спиной к очереди, прижимая трубку к уху плечом, и лихорадочно записывала что-то в блокнот. Шер в несколько прыжков пересекла комнату, вырвала у удивленной Дженнифер трубку и повесила ее место.

— Ты что, с ума сошла? — воскликнула Дженни. — Что ты делаешь?!

— Учу тебя, что надо делиться с другими!

— Я еще не закончила, и это очень важный звонок… Дженнифер снова потянулась к трубке, но Шер перехватила ее руку.

— Подумаешь, какие мы важные! — фыркнула она. Женщины вокруг засмеялись. Только не Мовита, которая последовала за Шер и наблюдала всю эту сцену.

— Хватит, — сказала Мовита. — Замолчите обе. Спенсер должна закончить разговор.

— Обойдется! — закричала Шер. — Что за важные разговоры могут быть у этой богатой суки?

— У меня дело, за которое я отвечаю! — закричала Дженнифер в ответ.

— Дело? — презрительно выговорила Шер. — Какие у тебя могут быть дела? К тому же, — добавила она с издевкой, — ты ведь не собиралась оставаться здесь надолго.

В комнате воцарилось молчание, и все глаза уставились на них. Шер нарушила один из самых главных законов тюремного общежития: никаких драк и ссор между членами семьи перед чужими.

— Так, заткнитесь обе! — приказала Мовита и с гневом посмотрела на Шер. — Похоже, тут кое-кому хочется подольше посидеть в тюрьме?

Шер покраснела. Господи, в последний раз она краснела, когда ей было двенадцать лет. Что же с ней творится?..

Мовита показала ей на дверь.

— Ты пойдешь со мной. А ты, — сказала она новенькой, — снова займи очередь и перезвони. Думаю, так будет справедливо?

39
{"b":"10293","o":1}