ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Гвен откашлялась. Как начальница тюрьмы, она привыкла к вниманию и послушанию сотен людей. Здесь замечали каждый поворот ее головы и даже легкое движение бровей. Но сейчас, похоже, даже если бы Гвен разожгла костер у себя на голове, это не остановило бы молодую женщину, выступающую на тему телемаркетинга. Что такое телемаркетинг?!

Гвен посмотрела на часы. Она даст им еще четыре минуты, и пусть выметаются. Сегодня ей предстоит принять новую заключенную, познакомить ее с тюремными правилами и поместить в камеру. Дженнифер Спенсер может оказаться крепким орешком. Она уже знаменитость — вся Америка читала ее историю, а фотографии Спенсер под руку со смазливым адвокатом печатались во всех мыслимых изданиях и выглядели как репортаж со светского раута. Даже когда ее вводили в наручниках в зал суда, она высоко держала голову, словно отправлялась на совещание в совете директоров. Да, судя по всему, эта девушка привыкла во всех случаях выигрывать. А это означало, что среди ее подопечных найдется немало проигравших, которые захотят испортить гордое лицо Дженнифер с помощью острой заточки, сделанной из отломанного от оконной рамы куска металла…

Дождавшись паузы, Гвен решительно поднялась. С нее хватит. В конце концов, эти люди здесь всего лишь гости. Она не обязана перед ними отчитываться. Пока еще не обязана.

— Что ж, благодарю вас, — сказала она. — Все это очень… познавательно.

Люди из «ДРУ Интернэшнл» начали собирать свои бумаги. Они даже не представляли, с чем им предстоит иметь дело. Кто будет обучать этих женщин? И, что еще важнее, как они собираются добиться сотрудничества?

Весь персонал Гвен не мог добиться, чтобы заключенные нормально работали в прачечной или готовили еду так, чтобы она хоть чем-то отличалась от помоев. Многие из этих женщин на свободе жили в трущобах, и лишь немногие были приучены заботиться о своей внешности и о личной гигиене.

Гвен стояла у открытой двери своего кабинета, провожая гостей из «ДРУ Интернэшнл». Все они выходили, даже не взглянув на ее секретаршу мисс Ринглинг и на Мовиту Уотсон, заключенную, работающую в конторе. Мовита была замечательным исключением среди женщин, отбывающих срок в Дженнингс. Гвен знала, что не должна иметь любимчиков, но, когда дело касалось Мовиты, изменяла этому правилу.

Гвен еще не приходилось встречать таких умных, талантливых и сильных женщин. У Мовиты была самая крутая команда в Дженнингс, и она пользовалась большим авторитетом в тюрьме. Ее так уважали и любили, что Гвен — она готова была признаться себе в этом — почти завидовала.

Гвен подумала, что, если бы у этих идиотов из «ДРУ Интернэшнл» была хоть капля здравого смысла, они поговаривали бы не с ней, а с Мовитой.

3

ДЖЕННИФЕР СПЕНСЕР

Когда тюремная машина выбралась с забитого репортерами судебного двора и запетляла по бедным кварталам города, Дженнифер прижалась лицом к грязному поцарапанному стеклу. Ей вдруг показалось, что она путешествует во времени. Дженнифер видела изможденных непосильным трудом женщин, которые несли тюки с выстиранным бельем или тяжелые сумки, а потом скрывались в подъездах обшарпанных бетонных домов. В одном из таких домов выросла и сама Дженнифер. Ее глаза наполнились слезами. Эти женщины напомнили ей умершую мать, а каждый пошатывающийся пьяница походил на ее отчима.

Дженнифер поежилась и нервно потерла руки. Все это было настолько отвратительно! Эта грязная клетка, нищие дома, ничтожные люди, а самое мерзкое — ее воспоминания о тех временах, когда она жила так же, как они. Чтобы вырваться отсюда, ей потребовались железная воля и ясный ум. Это стоило адского труда. И, словно в насмешку, именно эти качества привели ее обратно. И даже не на эти улицы, а, как ни ужасно, в тюрьму!

Нет, она не заплачет. Все это только временная неудача. Хорошо, что мама не дожила до такого позора.

Дженнифер отвернулась от окна. Незачем сочувствовать женщинам, живущим на этих улицах, у нее есть собственные проблемы. Она так тщательно оделась сегодня утром — как, впрочем, и каждое утро, — а теперь ей приходится сидеть на этой грязной скамье. От резинового коврика на полу пахло мочой; она боялась опереться на стену, изрисованную жуткими картинками.

Дженнифер с сожалением подумала об огромных налогах, которые она платила все эти годы. Почему бы штату не потратить хотя бы тысячную долю на мытье тюремной машины? Ладно, может быть, это просто камуфляж, предназначенный для прессы. Том ведь говорил, что они хотят состряпать образцово-показательное дело. Когда они приедут в тюрьму, все будет гораздо лучше. Том говорил, что это что-то вроде загородного клуба. Ну и отлично. Она как-нибудь сможет выдержать там день-два.

В конце концов Дженнифер сдалась и облокотилась на спинку сиденья. Она слишком устала и просто не могла больше сидеть прямо. Да и какая разница? Через пару дней она отнесет свой костюм во французскую химчистку на Девятой улице, они там делают чудеса. Они удалят пятна и запахи точно так же, как Том избавит ее от судимости. Дженнифер хотела достать мобильный телефон и позвонить Тому, но ее мог услышать шофер; кроме того, вряд ли у Тома уже появились какие-то новости. Надо было затаиться и ждать.

Как только Дженнифер расслабилась, шофер прибавил газу и на скорости пролетел поворот. Девушку сбросило с железного сиденья на грязный пол. Она с трудом забралась обратно на сиденье и возмущенно крикнула шоферу:

— Вы что, с ума сошли? Такая скорость не разрешена в жилых районах!

Шофер лениво обернулся к ней.

— Не хватало еще, чтобы преступники учили меня водить машину! — фыркнул он презрительно и после этого поехал еще быстрее.

— Но это же опасно! Я и так уже из-за вас упала на пол!

— Мне плевать, что ты приземлилась на задницу. Заключенным не полагается лимузинов.

Да как он смеет так к ней обращаться?! Дженнифер попыталась держаться за скамью, но ей мешали наручники, врезавшиеся в запястья. А впрочем, при чем тут шофер? Как она сама могла дойти до такого? Дженнифер всю жизнь соблюдала все законы и правила. Она никогда не курила травку и всегда занималась безопасным сексом. Не переходила улицу в неположенном месте и вовремя сдавала книги в библиотеку. Черт! Да она даже не оставляла грязной посуды в мойке! А теперь он называет ее преступницей! Дженнифер с ужасом осознала, что действительно стала преступницей в глазах общества.

Поездка тянулась бесконечно. Наконец шофер сделал еще один крутой поворот — Дженнифер удалось на этот раз не упасть — и резко остановился. Девушка выглянула в окно и увидела, как открываются тюремные ворота и машина медленно въезжает во двор.

Однако это не походило ни на один загородный клуб, в которых бывала Дженнифер, а странная женщина, которая копалась на клумбе, совсем не напоминала садовника. Ее темная загрубевшая кожа была так туго натянута, что голова походила на череп. Как бы то ни было, эта первая встреченная здесь женщина приветствовала Дженнифер улыбкой и указала на клумбу. Когда машина проехала немного дальше, Дженнифер рассмотрела надпись, сделанную ярко-оранжевыми ноготками: «Добро пожаловать в Дженнингс».

За клумбой тянулся металлический забор с колючей проволокой, а через десять футов — еще один, на котором также красовалась колючка. У Дженнифер на секунду перехватило дыхание. Неужели это не сон? Ей казалось, что она попала в фильм ужасов.

Машина тем временем приблизилась к бетонному зданию с гаражными воротами, которые медленно открылись, пропуская ее внутрь. Ворота закрылись, шофер выключил мотор, и наступила зловещая тишина. Дженнифер даже вспотела от страха. Что теперь будет? Никто не двигался и не говорил ни слова. Почему они молча сидят в полумраке гаража? Ей не хватало воздуха.

— Прошу прощенья, — не выдержала Дженнифер, — сколько мы будем так сидеть?

— Черт побери! — хмыкнул шофер. — Неужели тебе так не терпится попасть внутрь?

Дженнифер не успела ответить, как зазвучала сирена и включился свет. Шофер и охранник вышли из машины и открыли заднюю дверцу. Дженнифер с трудом выбралась наружу. Неизвестно откуда появились еще два охранника.

4
{"b":"10293","o":1}