ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Прогулка для меня — время медитации, как это называют буддисты. Я обхожу двор по периметру, с каждым кругом сокращая радиус обхода. Я делаю вдох на каждом втором шаге, и, когда мне везет, а это бывает очень редко, через полтора часа я заканчиваю прогулку ровно посередине двора. Однако очень часто мне мешают разные препятствия — это бывают другие женщины или мой собственный артрит. Но каждый раз я надеюсь. И мне жаль тратить это драгоценное время на разговоры, даже на такие важные.

На улице моросил дождик. Такую погоду, как сегодня, раньше я сочла бы серой и унылой, а теперь называю мягкой. Ее легче выдержать. Теплая обволакивающая сырость добрее, чем слепящее солнце, накаляющее кирпичные стены. А я, как и все остальные женщины здесь, больше всего нуждаюсь в доброте. Одним словом, я решила, что погода нам благоприятствует.

Я заметила Мовиту, как только вышла на улицу, но начала прогулку, как обычно. В последнее время Мовита на себя не похожа. Конечно, нам, получившим пожизненное заключение, всегда тяжело, когда кто-то выходит на свободу: ведь мы останемся здесь навсегда. И очень жестоко, что нам потом запрещают общаться с ними, а им — с нами. Но я смирилась с тем, что все проходит, и иду сквозь неизменный, но все меняющий поток времени без боли и радости. Странно, что Мовита так сильно привязалась к Шер и разлука заставила ее по-настоящему страдать. Главный урок, который усваиваешь здесь, в тюрьме: держи дистанцию, никогда ни с кем не сближайся.

Но, как бы то ни было, Мовита тосковала. Я не подошла к ней. Я никогда ни к кому не подхожу на прогулке, а заключенные — особенно женщины — очень наблюдательны и замечают любую странность. Не следовало изменять своим привычкам, если мы не хотели привлекать внимание к нашим переговорам.

Вскоре Мовита сама оказалась рядом со мной, потом к нам присоединилась Дженнифер Спенсер, и мы продолжали прогулку по кругу, а не по излюбленной мною схеме.

Мне нравится Дженнифер Спенсер. Я восхищаюсь ее энергией и любуюсь наивностью, которая скрывается за маской умной и решительной деловой женщины. Мне понятны ее мечты и надежды, ее разочарование в человеке, которого она любила. И я уважаю ее за конструктивный подход к делу.

— Итак, — сказала она уверенно, — мне удалось выяснить, что момент сейчас довольно острый.

— Мы и так знаем, что происходит, — мрачно перебила Мовита.

— Я неправильно выразилась, — объяснила Дженнифер. — Положение критическое не только у нас, но и у них. А значит, мы должны использовать эту благоприятную возможность.

Она рассказала нам о финансовом положении «ДРУ Интернэшнл». О том, что у фирмы не хватает ресурсов, и она может быть выставлена на продажу.

— И я подумала, — закончила Дженнифер, — что вместо того, чтобы попытаться повлиять на правление или предпринимать другие действия с неопределенным исходом, нам следует купить эту фирму.

Мовита раздраженно потрясла головой.

— Сейчас не время для шуток.

Но я понимала, что Дженнифер не шутит.

— Сколько это может стоить? — спросила я. Впервые с тех пор, как я прочла отчет «ДРУ Интернэшнл», в моем сердце шевельнулась надежда.

— Пока трудно сказать точно. Но они явно на грани банкротства. Две других тюрьмы, которые они приватизировали, не приносят прибыли. Я не уверена, что «Уокенхут» или другой подобный монстр захочет иметь с ними дело в такой ситуации. И, судя по тому, что я узнала, у них нет других источников финансирования.

— Сколько же это может стоить? — снова спросила я.

— Не знаю, но думаю, что мне пора познакомиться с вашими сыновьями.

Мовита смотрела на нас с ужасом.

— Вы что, взбесились? — воскликнула она. — Или вы богаче, чем я думала, или большие мошенницы, чем Шер Макиннери в ее лучшие дни! Как вы собираетесь купить целую фирму?

— Пока не знаю, — прямо ответила Дженнифер. — Я не знаю, сможем ли мы это сделать. Ясно только, что действовать придется через подставных лиц, и самое главное — получить кредит. Зато если у нас все получится, мы будем сами себе хозяева!

— Что ты имеешь в виду? — озадаченно спросила Мовита. — Вы что, сможете открыть ворота, и всех отсюда выпустить? — продолжала Мовита.

Я не выдержала и рассмеялась вслух.

— Нет, этого не может ни «ДРУ Интернэшнл», ни другая фирма, — серьезно объяснила Дженнифер. — Ни повлиять на наши приговоры, ни отменить досрочное освобождение, ни добавить срок. Фирма может управлять тюрьмой вместо администрации штата. Но если мы возьмем в свои руки управление…

— Мы сможем все здесь изменить! — не выдержала я. — Мы снова введем учебные классы. Мы выделим отдельное крыло для буйных заключенных. Улучшим условия труда, укомплектуем библиотеку…

— Остановитесь, — сказала мне Дженнифер. — Прежде всего, мы не можем позволить себе потерять деньги или выкинуть их на ветер: ведь нам придется возвращать кредит. Значит, нам нужно будет найти способ сделать тюрьму прибыльной. Но, может быть, нам это и удастся. Мэгги, вы можете пригласить сюда ваших сыновей?

— Конечно, — ответила я. — И начнем игру.

Оба моих мальчика очень привлекательны. Брюсу тридцать пять, и он разведен. Тайлеру тридцать девять, и он никогда не был женат. Они унаследовали мои мозги, обаяние своего отца и немало его коварства, но все это они используют в бизнесе и получают отличные дивиденды. Оба они богаты и своим богатством обязаны только себе самим. Кроме того, у них есть доли в трастовом фонде, который основали мои родители, и они получат от меня в наследство приличную сумму.

Женщин, с которыми они встречались, я всегда жалела. Как правило, это были умные и красивые девушки. И мои мальчики их соблазняли, а потом бросали. Однако со временем я перестала мучиться угрызениями совести по этому поводу и решила, что такое поведение передалось им по наследству от отца.

И все-таки мне стало не по себе, когда Брюс и Тайлер пришли в Дженнингс и уселись напротив меня, не сводя глаз с Дженнифер Спенсер. У нее тоже был посетитель — невзрачный молодой человек по имени Леонард Бенсон. Правда, должна признать, через некоторое время мое мнение о нем изменилось: мне стало ясно, что он отличный профессионал.

А Дженнифер сразу же понравилась обоим мальчикам. Мне показалось, что ей не безразличен Брюс. Это, как обычно, подогрело интерес Тайлера.

Надеюсь, вы не сомневаетесь, что со стороны наше совещание совсем не выглядело как совещание. Просто к нам с Дженнифер одновременно пришли посетители. В обычной суете, царящей в комнате для свиданий, с незаметной помощью Мовиты мы как бы случайно заняли столики, стоящие рядом, и могли беседовать все вместе, не привлекая к себе особого внимания.

Я уже рассказала мальчикам о предложении «ДРУ Интернэшнл» и о том, что оно принято штатом. Они пришли в ярость и очень беспокоились за меня. Сейчас они очень внимательно выслушали Дженнифер и — хотя и менее охотно — Бенсона. После этого первым заговорил Брюс.

— Это впечатляет, — заметил он. — Это полностью переворачивает представление о тюремном режиме.

— Да, теперь это островки рабовладения, — засмеялся Тайлер.

— Знаете, если ваша информация надежна, — сказал Брюс Бенсону, — я думаю, будет несложно найти кредит для приобретения «ДРУ Интернэшнл». — Он повернулся к брату: — Ты ведь, кажется, знаешь этого Таррингтона, их президента?

— Да, мы вместе учились в Йеле. Безмозглый, зато жутко жадный, — ответил Тайлер. — Мы подготовим для него предложение. Думаю, наша фирма не пожалеет на это семь или восемь миллионов. — Он обратился ко мне: — Дело в Гонконге прошло удачно, несмотря на этого… подонка Мердоха.

Мальчики не ругаются грязными словами в моем присутствии, невзирая на то, что здесь можно наслушаться всякого от женщины, уронившей заколку для волос, не говоря уже о расческе.

Дженнифер широко раскрыла глаза.

— Вы можете вложить так много? — спросила она и перевела взгляд на Ленни. — А этого хватит?

— На пределе, — ответил он серьезно. — За эти деньги мы получим большую долю акций, но едва ли контроль над фирмой.

49
{"b":"10293","o":1}