ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Послушай… – Джада взяла подругу за руку. – Оши­биться может любой, но почему тебе пришло это в голову? Заметила что-нибудь? Есть причины сомневаться?

– Не знаю! Я чувствую, что от меня что-то скрывают. Брузман сказал, что я должна свидетельствовать в пользу Фрэнка, а я… почему-то не хочу. – Слезы уже катились по ее щекам. – Я сама не знаю, чего хочу! Боюсь сказать Фрэнку, боюсь сказать Брузману… – Мишель всхлипнула.

Энджи воспользовалась паузой, чтобы присоединиться к разговору и немного разрядить обстановку.

– Не будет ли нахальством с моей стороны напомнить, что вы имеете дело с профессиональным юристом, и пред­ложить свою помощь? – Подруги как по команде повер­нули к ней головы. – Я не твой адвокат, Мишель, но позволь спросить: ты слышала о Четвертой поправке к кон­ституции? Обыск в нашей стране возможен лишь при на­личии очень веских доказательств вины.

– Но они ничего не нашли, хотя и старались, – возра­зила Мишель.

– Весь дом перевернули, мебель изуродовали! – доба­вила Джада.

– Дело-то все в том, что они не могли обыскивать дом просто так. Они знали, что именно ищут!

– Ты хочешь сказать, что у полиции есть доказательст­ва вины Фрэнка?

Энджи чуть не сказала «да», но вовремя остановилась.

– Я ничего не могу утверждать, однако Четвертая по­правка – штука серьезная.

Почти три квартала они прошагали молча. Энджи уже хотела извиниться, что наговорила лишнего, когда Джада прервала молчание:

– Знаешь, что мне пришло в голову, Мишель? Тебе нужен адвокат. Твой личный адвокат. Не Брузман.

Отчаяние и боль исказили лицо Мишель.

– Да как ты не понимаешь?! Я должна поддерживать Фрэнка, иначе нашему браку конец!

– Если Фрэнк виновен, вашему браку определенно конец, дорогая.

ГЛАВА 29

Мишель наводила чистоту. Речь шла не о еженедель­ной уборке дома и даже не о генеральной. Мишель находи­лась в постоянном процессе наведения чистоты. Нормаль­ные люди так не поступают, но ситуация была далека от нормы, и Мишель справлялась с ней как могла. Уж лучше мыть, чем пить.

Она вымыла стены мастерской Фрэнка, перебрала и разложила все инструменты и даже выдраила цементный пол. Открыв для себя новое великолепное чистящее сред­ство и испытав его в мастерской, она не удержалась и использовала остатки, чтобы до блеска оттереть крашеный пол в гараже. Сегодня ей предстояла работа во встроенных шкафах Дженны и Фрэнки. Нужно оттуда все вынести, перебрать одежду и обувь, затем отмыть стены и потолок, пропылесосить ковровое покрытие и оттереть грязь – у детей на полу всегда грязь – жидкостью для ковров.

Встроенный шкаф Фрэнки отнял немногим более часа. Еще один час прожит если и не в покое, то по крайней мере в согласии с самой собой, без мучительных мыслей о Брузмане, судебном процессе, школе-пансионе для Джен­ны, хорошего детского психолога для Фрэнки… Кроме всего прочего, Мишель обеспокоило, что они с Фрэнком не занимались любовью уже недели две, если не больше. Вчера ночью она вдруг открыла глаза – и утонула в глубо­ком карем взгляде мужа, который смотрел на нее, припод­нявшись на локте. Мишель тут же придвинулась к нему, но Фрэнк молча отвернулся. Такой долгий перерыв в их суп­ружестве случился лишь однажды, после рождения Фрэн­ки: роды были тяжелыми, и Мишель не скоро оправилась. Сейчас она не сказала бы наверняка, что тому виной – усталость ли, стресс или возникшее отчуждение, которого они не желают признавать…

Вздохнув, Мишель закашлялась от едких испарений и тут же до отказа раздвинула дверцы, чтобы проветрилось. Одежду Фрэнки сразу обратно не повесишь – пропахнет химикатами. Придется подождать. Она собрала выбив­шиеся пряди, поправила шпильку в пучке и, взглянув на часы (почти одиннадцать), окликнула Поуки:

– Пойдем, приятель, займемся другой детской.

Со шкафом дочери пришлось повозиться. Ее гардероб ломился от платьев, жакетов, юбок, туфель, сумок, пояс­ков и прочей мелочовки, засунутых куда и как попало. Свалив все это добро на кровать, Мишель оглядела пустой шкаф. Откуда, спрашивается, на стенах столько жирных пятен? Не пропустить бы ни одного. Она вспомнила дом, где росла, и то, как мама любую неприятность – пятно ли, разбитую чашку или сломанный стул – «исправляла» вы­пивкой. Мишель давным-давно уже решила, что такого себе не позволит. Никогда!

Встроенный шкаф Дженны был не только гораздо больше, но и куда запущеннее шкафа Фрэнки, а в одном из дальних углов несущая балка образовала своеобразную узкую нишу. Фрэнк-старший, помнится, устроил взбучку рабочему, когда тот начал заделывать этот закоулок доска­ми – ни к чему, мол, уничтожать лишнее пространство в доме. Фрэнк все делал на совесть. Как и сама Мишель.

Она приступила к самой грязной работе – чистке ниши и тогда обнаружила, что ковер в этом уголке отошел от пола и слегка загибается. «Господи, сколько же там, на­верное, пыли накопилось!» – со вздохом подумала Ми­шель. Она отогнула ковер и с удивлением увидела, что квадрат досок под ним совершенно чист. Более того, не­сколько досок не набегали друг на друга, как на паркетном полу в гостиной, а просто соприкасались краями. Мишель машинально протянула руку в резиновой перчатке и с лег­костью вынула одну из досок.

Все остальное происходило словно во сне. Под доска­ми обнаружились четыре прямоугольные, завернутые в га­зету, пакета, туго притиснутые друг к другу. Один из них Мишель достала, осторожно отогнула уголок газеты – и увидела пачки стодолларовых купюр в банковской упаковке.

Сама не своя от шока, Мишель поднялась, прошла в комнату и рухнула на кровать лицом вниз. Еще совсем не­давно она была банковским работником, и ей не составля­ло труда прикинуть сумму, спрятанную в платяном шкафу ее одиннадцатилетней дочери. Полмиллиона! Почти пол­миллиона долларов хранятся под стоптанными кроссовка­ми и новенькими лаковыми туфельками «на выход»…

Перед ней замелькали кадры жизни с Фрэнком и деть­ми. Какой она была, эта жизнь? Удобной. Легкой. Рост цен, инфляция, экономические кризисы, сказавшиеся на всех, кого она знала, ее семью не затронули. Бизнес Клин­тона рухнул, а дело Фрэнка по-прежнему процветало. Ми­шель покупала себе все, что понравится, и Фрэнк ее только поощрял. Он дарил ей драгоценности, возил всю семью на море. Регулярно пополнял ее счет, и она спокойно оплачи­вала квитанции. Месяц за месяцем. Месяц за месяцем.

Она вспомнила обыск. И встречи с Брузманом. И заве­рения Фрэнка, что он ни в чем не виновен…

– Дура, – произнесла она вслух. – Дура!

Мама была права. Я действительно дура. И Фрэнк тоже принимает меня за дуру.

Но даже круглая дура понимает, откуда берутся такие деньги.

ГЛАВА 30

Едва открыв глаза, Энджи ринулась в ванную. Каждое утро, прежде чем пройти с Джадой и Мишель обычный ма­ршрут, она должна была сначала пройти через эту пытку, а потом целый день бороться с тошнотой, накатывающей от любого запаха. Беременность и обоняние развивались в едином темпе, причем любое мясо отдавало падалью. Соб­ственно, она теперь питалась только хлебом. Библейское «не хлебом единым жив человек» следовало бы дополнить: если этот человек – не беременная женщина. «Вот вам и еще одна разница между полами», – с горечью подумала Энджи, по кусочку отламывая от горбушки, и представила крохотную жизнь, растущую внутри ее. К врачу пора схо­дить… А зачем?

Она все еще сомневалась, стоит ли продлевать муки хоть на один день; но мысль об аборте, об уничтожении маленького человечка и о том, чтобы принять такое реше­ние в одиночку, была невыносима. Она так любила Рэйда, так мечтала всегда быть рядом с ним… Одним махом убить свою мечту, пусть ей и не суждено осуществиться? Немыс­лимо.

Но и оставаться со своей тайной один на один станови­лось все тяжелее. До сих пор Энджи удавалось скрывать от отца приступы рвоты, а Энтони, бизнес которого требовал частых отлучек, пока не замечал округлившейся талии до­чери. И слава богу. Ничем он ей сейчас не поможет, только разразится угрозами в адрес Рэйда и, конечно, заплатит за операцию, приняв за нее решение, которое вправе прини­мать только женщина.

47
{"b":"10294","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Подземелья Кривых гор
Что я делала, пока вы рожали детей
Forever Young. История Троя Сивана
Вечный. Выживший с «Ермака»
Тысяча сияющих солнц
Любовь по закону подлости
Безродная. Магическая школа Саарля
Невидимые герои. Краткая история шпионажа
Дневник чужих грехов