ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Кто знает, кто знает… Черкану, к примеру, записку под «шапкой» судебного бланка – дескать, матери позво­лено забрать и все такое.

– Угу. Может, и сработало бы, если б у тебя был чис­тый бланк, – вздохнула Мишель. – А что, если я их заберу?

– Желаешь сесть на скамью подсудимых за киднепинг? Ради бога!

– Н-да… Тюрьма в мои планы не входит. Но для тебя, Джада, – все, что угодно.

– Знаю, подруга, – сосредоточенно кивнула та. – И рассчитываю на твою помощь. Единственное, чего я не имею права требовать, – это чтобы ты села за меня в тюрь­му. Нет, из школы все равно не годится: останусь без Шерили, – размышляла вслух Джада. – Увезти со свидания? Миссии Пэтель немедленно сообщит в полицию. Что же делать, черт возьми?!

– Пожалуй, без молитвы не обойтись, – пробормотала она, и вдруг ее осенило: – Церковь!

– Что – церковь? Прямо сейчас поедем?

– Нет! Нет! Я имею в виду – можно исчезнуть с детьми из церкви!

Глаза Мишель расширились:

– Есть бог на свете!

Этим вечером Джада позвонила Сэмюэлю Дамфрису в третий раз после встречи в Бостоне. Но если до сих пор ей, в сущности, нечего было сообщить, сегодня она с восторгом поделилась с ним своим замыслом насчет церкви и до­бавила:

– Только одна я не справлюсь, а подруг моих об этом просить нельзя: их сразу заметят в негритянской церкви. Может быть, мама с папой…

– Не глупите, – отозвался Сэмюэль. – В их возрасте так рисковать! Я сам приеду.

– Вы?! – не веря своим ушам, переспросила Джада. – Мистер Дамфрис, вряд ли я смогу возместить ваши расхо­ды, а уж об оплате услуг и говорить…

– О финансовой выгоде речь не идет. Уверен, что от­править вас на Барбадос у меня средств хватит. Для того чтобы устроиться на Кайманах, денег нужно гораздо боль­ше. Проблема в том, что именно на Барбадосе вас в первую очередь будет искать муж. Иными словами, бегство на Барбадос ставит перед нами массу юридических вопросов.

О господи! Джада уж и забыла, до чего у него канцеляр­ский язык.

– Мистер Дамфрис, за последнее время я столкнулась с такой массой юридических и прочих вопросов, что лиш­няя сотня не имеет значения. Я решилась на этот шаг и могу лишь поблагодарить вас заранее за помощь.

– Всегда рад. Впрочем, об одной услуге взамен я все же хотел бы вас попросить.

– Ну конечно! – моментально ответила Джада. Инте­ресно, чем это я могу быть полезна такому человеку?– Сде­лаю все, что в моих силах.

– Вас не затруднит обращаться ко мне по имени?

– Нисколько, Сэмюэль.

Как ни противно было шпионить, иного способа по­мочь подруге Мишель не придумала. Дождавшись конца разговора Джады, она закрылась в спальне Энджи и нажа­ла кнопку повтора на аппарате.

– Сэмюэль Дамфрис слушает, – произнес мужской голос с британским акцентом.

Британский акцент? Откуда? Мишель заколебалась.

– Э-э-э… Добрый вечер, – осторожно начала она. – Вы… вы действительно родственник Джады Джексон?

– В какой связи вас это интересует, позвольте узнать?

– Видите ли… Джада – моя лучшая подруга. Ой, про­стите, не представилась. Меня зовут Мишель Руссо. Я могу ей кое-чем помочь, только не знаю, как это лучше сделать.

– Почему вы обращаетесь с этим вопросом ко мне, а не напрямую к миссис Джексон?

– М-М-м… Все не так просто. Дело касается денег. Как по-вашему, если у Джады будут деньги… много денег… ей это поможет?

– Деньги помогают практически любому практически в любой ситуации. Миссис Джексон – не исключение. Не объясните ли поподробнее?

Мишель так и сделала.

ГЛАВА 59

В банк они поехали на «Вольво» Джады. Эта операция таила в себе немалый риск – впрочем, как и все, чем они теперь занимались, – поэтому Мишель решила по воз­можности меньше светиться. Кто знает, не следят ли за ней люди Брузмана, окружного прокурора или сам Фрэнк?

Мишель съежилась на кресле, съехав как можно ниже и уповая на то, что ее никто не заметит и не узнает по дороге в Первый уэстчестерский банк. Ее мутило от страха.

– Тебе не кажется, что двигатель как-то странно по­стукивает? – спросила она. Не хватало только сломаться, увозя трофей домой. Вот это был бы номер!

Джада прислушалась.

– По-моему, не больше, чем обычно. – И вздохну­ла: – С машинами, как с мужиками, – одни проблемы.

До самой стоянки перед банком Джада больше не про­изнесла ни слова, как не задала ни единого вопроса о том, что спрятано в сейфе. Мишель была безмерна благодарна ей за доверие. Не было у нее никогда и не будет подруги столь же верной, сильной, порядочной и веселой. Надо же – чернокожая женщина стала ей близка, как родная се­стра!

Одно плохо – если все у них получится, в новой жизни им не быть вместе. Если получится… Для этого нужны деньги. Мишель оставалось только надеяться, что ее план сработает.

– Приехали, – ворвался в мысли Мишель голос Джады, – Каковы мои дальнейшие действия?

– Идешь в банк и говоришь, что хочешь закрыть ячей­ку. – Мишель достала из-под сиденья черную сумку на «молнии» и протянула Джаде. – Все содержимое сейфа кладешь сюда – и сматываемся. – Джада послушно кив­нула, но прежде чем отправить подругу на «задание», Ми­шель взяла ее теплую ладонь в свою, ледяную от волне­ния. – Не знаю, насколько это опасно, но я бы соврала, если бы сказала, что риска вообще нет.

– Но там ведь не наркотики? – быстро отозвалась Джада. – Впрочем, я уже спрашивала. И я верю, что ты не стала бы связываться с этой дрянью. Ну все. Я пошла.

Сердце Мишель яростно толкнулось в ребра, а в горле застрял ком величиной с бильярдный шар. В двадцать пятый раз глянув в зеркальце заднего вида – никто ли не следит? – она сделала глубокий вдох. Господи, а вдруг Джаду арестуют и обвинят в пособничестве Фрэнку? Или то же самое произойдет с ней самой – только потому, что она связалась с преступными деньгами? Детей тогда им обеим не видать.

Может, бросить все к чертовой матери? Попросить Джаду развернуться и двигать обратно. Оставить эти день­ги, будь они прокляты, в сейфе, чтобы ни к Фрэнку в руки не попали, ни несчастья больше никому не принесли? Лично ей они не нужны, пусть бы хоть до второго прише­ствия не покидали своего несгораемого убежища. Но разве грязные деньги не могут послужить доброй цели… и не одной?

Застыв каменным изваянием, Мишель проследила, как Джада пересекла стоянку и скрылась за двойными дверями банка. Потом она снова бросила опасливый взгляд в зеркальце. Не слишком ли давно торчит на стоянке тот белый «Шевроле» с неподвижной мужской фигурой за рулем? Кажется, Фрэнк говорил, что именно на таких моделях ездит большинство тайных агентов уэстчестерской поли­ции. При виде средних лет дамы с жутким перманентом, усевшейся в «Шевроле» на место пассажира, Мишель вздохнула с облегчением. Боже, так и в психушку попасть недолго!

Минуты тянулись невыносимо медленно. И тут вдруг со стороны Пост-роуд, промахнув стоянку, прямо ко входу в банк подкатило полицейское авто. В панике Мишель не соображала, что делать: удирать нет смысла, мчаться в банк – тем более; если копы приехали по ее душу, облег­чать им задачу она не собиралась. Хотя обнаружить ее в «Вольво» Джады им, разумеется, не составит труда. Подлая память немедленно вернула ощущение защелкнувшихся на ее запястьях наручников.

Потирая запястья и дрожа всем телом, Мишель сползла по сиденью как можно ниже, но продолжала наблюдать за копами. Водитель остался на месте, а дверца со стороны пассажира распахнулась, выпустив дюжего полицейского. Тот миновал банк, химчистку и нырнул в закусочную. Ми­шель изумленно заморгала, когда он тем же путем вернул­ся обратно, держа в одной громадной ладони два пласти­ковых стаканчика с дымящейся жидкостью, а другой запи­хивая в рот датскую сдобу.

Коп уселся на место, машина уехала, и к Мишель нако­нец вернулась способность дышать, двигаться и даже ду­мать. Первым делом она посмотрела на часы: четверть одиннадцатого. Джаду, должно быть, уже провели к сейфу, если, конечно, не схватили прямо в банке. Мишель знала: случись что с Джадой, она себе этого до конца жизни не простит. В половине одиннадцатого ожидание стало невы­носимым. Неужели схватили? Из банка вышла женщина с девочкой лет пяти – первый человек, появившийся из дверей за последние полчаса. А вдруг налет? Может быть, грабители захватили банк и взяли всех, кто был внутри, в за­ложники? Тогда почему отпустили эту женщину с ребенком? Не сходи с ума, Мишель! Двери вновь открылись, Мишель затаила дыхание. Хрупкая старушка просеменила по крыльцу и, держась за поручни, стала осторожно спускать­ся по ступенькам.

85
{"b":"10294","o":1}