ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Он следовал в Солер другой дорогой, — устало сказал он. — Не представляю, что его задержало.

— Дороги сейчас опасны, — Эрмольд явно был намерен поддерживать беседу, — бродяги, разбойники… Представьте себе, амбассадор Берг, еще год назад Солер можно было пересечь из конца в конец, ничего не опасаясь… Впрочем, Солер такой маленький, что…

— По сравнению с Ретрой, — любезно подсказал Берг.

— О, да… Наш маленький сосед. Неудачно расположено это графство, вы не находите? А по сравнению с Террой?

— Что? — не понял Берг.

— Ну, насколько велика ваша Терра?

Берг мысленно вздохнул. «Посол» и «осведомитель» — синонимы. Для посла естественно работать еще и осведомителем, так что повышенное любопытство Эрмольда к терранцам совершенно в порядке вещей, ну а ему что делать? Первая Комплексная выбрала Солер после долгих консультаций — естественная граница с морем, из-за которого, якобы, и прибыли терранцы, да еще, не всегда, впрочем, строго соблюдавшийся, принцип начинать с малого, чтобы исподволь подготовить умы к своему присутствию… А там, глядишь, наладим контакты, откроем свои посольства и в Ретре… И в других Срединных графствах… Вернее, так бы оно и случилось, не будь этого космического катаклизма. Ибо другие послы далекой Терры могут прибыть далеко не так скоро, как планировалось первоначально. Они с Леоном могут оказаться в довольно сложном положении, подумал он.

И, словно отвечая на его мысли, Эрмольд заметил:

— Вы выбрали неправильного союзника. Слабого.

— Терра, — холодно возразил Берг, — не нуждается в союзниках. Она и без того достаточно сильна. Терра ищет партнеров, деловых партнеров — как и любое государство, впрочем. Та же Ретра, например. Вы-то тоже тут сидите, за этим столом…

— Значит, вы не собираетесь оказывать Солеру никакой помощи?

«Это, — подумал Берг, — уж слишком». А вслух сказал:

— Помилуйте! Да разве Солер нуждается в помощи, амбассадор Эрмольд?

— Да, — виновато согласился Эрмольд, — да… Я, пожалуй, плохой дипломат…

«Как же, — подумал Берг. — Ты просто думаешь, что это я — плохой дипломат…»

Он взглянул на сиятельных особ, сидевших во главе стола, — Ансард от маркграфа по правую руку, леди Герсенда — по левую…

— Простите мое любопытство, сударь, — вновь заговорил Эрмольд, — насколько в Терре осведомлены об истории Срединных земель?

— В общем и в целом, — неопределенно ответил Берг.

Похоже, как следует поесть ему Эрмольд так и не даст. Впрочем, такие обеды затеваются отнюдь не ради еды…

— Ганед Первый, Основатель, — рассеянно сказал Эрмольд, — принадлежал к благородному, но весьма захудалому роду… Его держание было на окраине Срединных земель.

— Об этом, — отозвался Берг, — мне известно.

— Любопытно, знаете ли… Тогдашний владетель его усыновил — своих детей у него не было. А Ганед доводился ему то ли племянником, то ли двоюродным братом… Леди Герсенда выглядит несколько расстроенной, вам не кажется?

Берг пожал плечами.

— Скажите, — настаивал Эрмольд, — а в Терре есть горы?

— Да, — ответил Берг, — да… разумеется.

— Значит, вам доводилось видеть, как сходит лавина… Она часто начинается с одного-единственного камня, амбассадор… Мир меняется… Он всегда меняется — когда постепенно, а когда стремительно… Вы знаете, скольких казнили в Солере за тяжкие преступления нынешней весной? Столько же, сколько за два последних года. Солер неспокоен, амбассадор. Тут назревает смута.

«Ну и ну! — подумал Берг. — Вот это настоящий дипломат. Статистику преступлений ведет».

— Странными вы подсчетами занимаетесь, сударь мой Эрмольд, — сказал он.

— Бросьте, — резонно возразил Эрмольд, — вы же так не думаете. Все следят за всеми — а то вы сюда прохлаждаться прибыли. Осведомленный всегда выигрывает, а Ретре есть от чего тревожиться — она же рядом… А кому охота нежданно-негаданно заполучить чумной барак у себя под боком. Так что вы поразмыслите, амбассадор Берг… как следует поразмыслите…

— Надо мной, — возразил Берг, — есть свои лорды…

— Так свяжитесь со своими лордами, — мягко посоветовал Эрмольд, — уж не знаю, как там вы с ними связывались. С тех пор, как вы сюда прибыли, из вашей Терры так и не пришел ни один корабль.

«Ах ты, — подумал Берг, — ах ты, осведомленный сукин сын».

— Благодарю вас, амбассадор, сударь мой, — ответил он. — Я подумаю.

* * *

Солнце поднималось все выше, разгоняя туман. Теперь оно повисло над гребнем горной гряды, очерчивая ее контуры. Пахло свежестью, зеленью и медом; над вереском лениво перелетали сонные пчелы.

Айльф развел крохотный костерок — скорее тень костерка — из сухой травы и стеблей вереска, поставил на камни котелок.

— Когда это ты успел так основательно собраться? — устало спросил Леон.

— Я привычный, сударь, — серьезно ответил юноша, — никогда не знаешь, когда придется опять сниматься с места.

Он плеснул в оловянную кружку теплого варева и поднес ее Сорейль.

Она покорно взяла кружку — обеими руками, чтобы не расплескать, — но ничего не сказала.

Леон обеспокоено взглянул на нее — она двигалась и вела себя, как сомнамбула.

— Оставьте ее, сударь, — проследив за его взглядом, тихонько сказал Айльф, — она вроде как не в себе. Так иногда бывает с теми, кто попадает туда…

— Куда?

Он пожал плечами.

— Завтра она уже ничего не будет помнить, помяните мое слово.

Он помолчал.

— Я боялся, что и вы будете не лучше, сударь. Но вы, похоже, и впрямь из другого теста слеплены.

Потом робко добавил:

— А это и вправду вы, сударь? Я хочу сказать…

— Что меня там подменили? — догадался Леон. Почему-то в какой-то момент он и сам испытал странную неуверенность — в самом деле, что отличает человека от копии, от подделки? Воспоминания? Уникальные, присущие только ему одному генетические особенности? Неужто он и вправду он лишь только потому, что уверен в этом? Но вслух сказал:

— На что спорим?

Айльф неопределенно хмыкнул.

— Существуют горные породы, — наставительно произнес Леон, — которые могут выделять особые испарения… ядовитые — смертельно или нет, но они вызывают видения. Морок. Человеку мерещится именно то, что он хочет или боится увидеть.

— Ага, — кивнул юноша, — Гунтр то же самое говорил. Он говорил, что самое простое объяснение, скорее всего, и окажется самым верным.

— Он прав, — согласился Леон.

«Берг идиот, — подумал он, — они — это мы… люди… везде, во всех мирах… Если они мыслят, как люди, и выглядят, как люди, значит, они люди… Вот и еще один Оккам выискался, надо же!»

— Скорее всего, а не всегда, заметьте, сударь. Возможно, есть высшая простота, которой мы просто не в состоянии постигнуть…

— Это, — сказал Леон, — для меня слишком мудрено.

Айльф пожал плечами.

— Не будь эта простота непостижима, мы бы ее уже постигли, разве нет? А сейчас отдохнуть бы надо — я этой ночью глаз не сомкнул, а уж вы и подавно.

…Предоставив Айльфу позаботиться о стоянке, Леон отошел в сторону и включил передатчик. Ответа долго не было, и он начал уже опасаться, что пребывание в горе окончательно вывело прибор из строя. Однако страхи его не оправдались — просто Бергу, когда он почувствовал, как нагревается сигнальный браслет на руке, вероятно, понадобилось время, чтобы под каким-то предлогом остаться одному.

— Леон, — наконец раздался знакомый голос, тихий, как комариный писк, — слава богу!

И совершенно нелогично добавил:

— Где тебя черти носили? Я всю ночь пытался с тобой связаться!

— Передатчик сбоил, вот и все. Ты был прав — ничего мы не нашли. Мы уже возвращаемся.

— Поторапливайся, — коротко велел Берг.

— Что-нибудь случилось?

Молчание — он не видел, как Берг пожал плечами, но отлично представлял себе это.

— Потом всегда что-нибудь случается. Ерунда, но все же… нам нужно держаться вместе, Леон.

— Да мы уж выезжаем…

— Все в порядке?

19
{"b":"10310","o":1}