ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нет, — сказал он. — Это просто… для расширения кругозора. Ну, чтобы узнать побольше о ваших обычаях и…

— Я понял. — Айльф покосился на него. «Лазутчик, не иначе», — явственно читалось в его взгляде. — Для расширения кругозора вам нужно поглядеть вон туда.

Там тоже толпились люди, возбужденно крича и подбадривая кого-то.

— Эк они стараются, — сказал Айльф.

Леон увидел окруженные плотным кольцом зрителей сцепившиеся смуглые тела. Двое молодых мужчин отчаянно пыхтели, расставив ноги и мертвой хваткой зажав друг друга в объятьях. У обоих уже были расквашены носы, а многочисленные синяки как следует проявятся чуть позже, решил Леон.

— Ну и что? — спросил он. Движения борцов были беспорядочными, некоординированными… неизящными.

Айльф напрягся, вглядываясь с гораздо большим вниманием, чем за полчаса до того — на кукольное представление.

Берг моргнул светлыми ресницами.

— Обычное дело в таких вот… культурах… пар надо как-то спускать…

Драка тем временем становилась все отчаянней, в кольце притихших зрителей отчетливо послышался глухой хруст, точно переломанной ветви, и рука у одного из сражавшихся беспомощно повисла вдоль тела. Он, казалось, и не заметил этого, обхватив своего напарника неповрежденной рукой, пока тот отчаянно пытался двумя пальцами попасть ему в глазные яблоки.

— А глаза полагается выдавливать? — спросил Леон. — Это как, по правилам?

Берг задумался, поджал губы.

— Обычно в таких вот единоборствах…

— Ничего такого и не полагается, сударь, — встрял Айльф, — вот я и гляжу…

«Окоротить его, что ли, — подумал Леон, — вроде не полагается слуге встревать в господские разговоры… Мерзко все это, а что поделаешь… Ладно, потом скажу».

Он покорно вздохнул.

— Надеюсь, хоть не до смерти драка.

Айльф обернулся. Его живое лицо стремительно меняло выражение — точно рябь на волнах, переливающаяся под ветром.

— Обычно не до смерти, — пробормотал он, — обычно до первой крови… Странное дело, сударь…

Один из борющихся увернулся, зажал партнера в локоть… Тот захрипел, попытался вывернуться…

— Давай! — заорал над ухом у Леона какой-то зевака. — Шею, шею выкручивай!

Ноги побежденного слабо дернулись, заскребли по пыли…

Толпа орала, визжала, на Леона напирали разгоряченные тела… Нападавший расслабил хватку, и его напарник выскользнул из смертельных объятий, повалившись на землю, точно тряпичная кукла, — голова свернута набок, между зубами прикушен кончик лилового языка…

Победитель тем временем недоуменно озирался, словно слабо соображая, что происходит.

Напрягшаяся толпа разом выдохнула, словно единое многоногое, многоголовое существо…

— Не нравится мне это… — бормотал над ухом Айльф.

Берг развернулся, проталкиваясь сквозь кольцо народа, точно мощный плуг.

— Не понимаю я этого удовольствия, — ворчал он на ходу. Рука его при этом рассеянно коснулась рубиновой застежки на плече, отключая видеозапись.

— Так ведь не полагается до смерти-то, — виновато сказал Айльф. — Сроду такого не водилось… Это ж так, для куражу… для развлечения… И чего они их не разняли?

— А ты чего ж не вмешался? — сухо спросил Берг.

— Мое дело маленькое… Я тут тоже чужак, сударь… Не меньше вашего… ну, почти не меньше… Не любят они нашего брата, бродячего актера…

Он моргнул, прислушиваясь.

— Вот, похоже, кто-то и вмешался… жаль только, поздно… толку-то никакого, шум один.

Леон насторожился. Толпа и впрямь изменила структуру, распалась, потом вновь сплотилась вокруг тщедушной фигурки, потрясающей кулаками.

Примас тем временем, точно на импровизированную кафедру, взгромоздился на стоявшую поблизости телегу. Его хрупкие кулачки вздымались к небу.

— Опомнитесь! — его высокий голос перекрыл неразборчивые выкрики зрителей. — Как вы могли? Неужто не видели, кто сидел у них на плечах?

— Нашелся один храбрец, — философски констатировал Берг, — ну-ну…

— А по виду и не скажешь, — Айльф разглядывал священника с неподдельным интересом. — Вы его, часом, не знаете?

— Это, брат, примас Солерский, — рассеянно отозвался Леон.

— Он всегда такой? Голосистый?

— Вроде нет… Мы всего лишь пару часов назад с ним расстались. Тогда он вроде был потише… образованный человек, спокойный…

«Впрочем, — подумал он, — как раз образованного человека все это должно уж так с души воротить…»

— Страховидные бесы, — надрывался примас, — оседлали их! Вы что думали — это честная борьба? Бесы и боролись! А люди лишь повторяли их движения! Он и до сих пор там… сидит… Вот глядите… Сейчас он поднимет руку!

Леон так и не разглядел из-за взбудораженной толпы, поднял борец руку или нет. В конце концов не стоять же ему столбом.

— Мало вам, что детей в рощу таскаете, так еще и это! Будь они прокляты, эти порождения тьмы!

— Что это он так взъелся? — недоуменно спросил Леон. Обычно Правая Ветвь не держала зла на слуг Темного — они выполняли предначертанное им свыше, только и всего. Да и сам примас, насколько Леон успел его узнать, был человеком мягким и терпимым.

Кто-то запустил в священника комком сухой грязи, и тот не успел — вернее, даже не дал себе труда — увернуться.

— Богохульники! — крик возвысился почти до визга. — Отступники!

Человек, стоявший рядом с Леоном, наклонился и поднял с земли камень. Леон начал поспешно протискиваться сквозь толпу.

— Да оставь ты его, — недовольно произнес ему в спину Берг.

— Его же сейчас убьют на наших глазах. Камнями закидают. Стоит одному начать…

Толпа напирала. «Этих фокусы Айльфа уже не утихомирили бы», — подумал Леон. Он набрал в легкие побольше воздуху и заорал:

— Расступитесь, именем маркграфа!

«Не приведи господь, опять начнут искать у нас хвосты». Деревянной походкой, отчаянно стараясь держаться прямо, он приблизился к телеге. Берг, махнув рукой, двинулся следом, толпа расступалась перед ним и вновь смыкалась за спиной, точно ледяная шуга под килем корабля.

Наконец Леон вплотную подобрался к телеге и потянул примаса за рукав.

— Пойдемте отсюда, ваше святейшество! Примас поглядел на него мутными глазами.

Леон дернул его за руку и стащил вниз. Обхватив священника за острые плечи, он повел его из кольца, ежесекундно ожидая удара камня в висок, несмотря на то что Берг внушительно двигался впереди, заслоняя их от зевак. Но толпа внезапно успокоилась. Так же внезапно опомнился и примас.

— Это вы, амбассадор Леон? Он растерянно оглянулся.

— Что произошло? Чем я так рассердил этих добрых людей?

— Проповедовали, — коротко ответил Леон.

— Я и вправду… — священник ошеломленно помотал головой.

Взгляд его скользнул по группе горожан, волочивших с площадки безжизненное тело. Он вздрогнул всем телом.

— Но это же… богомерзко… убийство… вот так, ради развлечения, на потеху толпе…

— Полностью согласен с вами, — отозвался Леон. — Но знаете, это все равно было очень рискованно. Именно в такой вот толпе… Вы бы их не убедили… даже с этими вашими бесами…

— Какими бесами? — удивился священник.

— Ну, этими, сидящими на плечах…

— О чем это вы, амбассадор Леон?

Леон нерешительно пожал плечами и смолк. Потом подозвал Айльфа, который все это время благоразумно предпочел держаться в стороне.

— Найди повозку поудобней, парень. Отвезем его в замок…

Айльф с удивлением разглядывал примаса, который производил впечатление человека, очнувшегося после тягостного сна в совершенно незнакомом месте.

— Что это на него нашло?

— Хотел бы я знать, — пробормотал Леон. — Как вы себя чувствуете, ваше святейшество?

Тот провел дрожащей рукой по лбу.

— Мне… что-то нехорошо. Они что, хотели меня… камнями?

— Ну… вроде того…

— А где ваши сопровождающие? Что ж вы в одиночку-то?

— Хотел прогуляться… в гуще жизни… среди мирян… тяжелая проповедь была… — Он вздохнул. — Да и время грядет тяжелое. Недаром мне видение было… Ужасное… Жаль, не могу вспомнить…

6
{"b":"10310","o":1}