ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава двадцатая

Уже завечерело...

«Холодная», где провели этот день Стефан и Винсент, расположилась позади хозяйского дома, в старой каменной пристройке. Вокруг не было ни души, только слышен гогот и кудахтанье птицы да мычание скотины.

— Теперь у тебя своя дорога, у меня своя... — сказал кузнец, когда вывел мальчишку на подворье. — За ворота не поведу, там пан барон охраны поболее поставил, со всеми на справлюсь. Перелезай через ограду, да выходи на тракт, у людей спрашивай путь, тебе покажут. Вот тебе на дорожку.

И кузнец подал Винсу пару мелких монет.

— Прощай, — ответил мальчик, — спасибо, что помог нам.

Кузнец зашагал к воротам, ускоряя шаг, чтобы его не хватились и не успели задержать. А Винсент, пригнувшись и укрываясь за стенами да кустами, добрался к тому дереву, что касалось ветвями забора.

Здесь, на краю парка, была тишина. Не слыхать пьяных песен из усадьбы, что горланят осмелевшие от безнаказанности сотоварищи и слуги пана Лещинского.

И от тишины такой накатилась на Винса тоска, будто покидает он во второй раз свой родной дом. Но надо поспешить! И мальчик полез на ствол, цепляясь за шершавые уступы в коре.

Он уже занес ногу, чтобы перевалиться на ту сторону, но не смог. Что-то не отпускало его, что-то внутри, в сердце...

«Да не пойду я ни в какой Гданьск! — возмутился про себя Винсент. — Пока доберусь, пока дорогу выспрошу — барон успеет всласть над бедным Стефаном поиздеваться! Нет, я сам его спасу!»

Решив так, мальчик слез на землю и вернулся к дому. Он уже знал, что надлежит сделать, но еще не знал — как это осуществить. Он прилег на траву, прямо перед входом в дом, стал выжидать, пока там улягутся спать перепившие вина гуляки.

Окна дома были освещены множеством свечей, мелькали тени, слышался звон посуды и крики «На здраво!»

Винс терпеливо ждал. Становилось по-вечернему прохладно, но это сущие мелочи по сравнению с «холодной», где сейчас лежит Стефан...

Повезло, снова повезло! Из дома вышла девушка с большой миской в руках. Она выплеснула воду и собралась войти внутрь. Винс обрадовался — это же Марта!

— Марта! — окликнул он, — Марта!

Девушка услыхала, заоглядывалась. А увидав белобрысую голову, торчавшую из кустов, направилась к нему.

— Ой, хлопчик, это ты? — Марта тоже была очень рада встрече. — А что говорят, вроде тебя с панычем нашим в «холодную» засадили? Или брешут?

— Тише... Сбежал я... А Стефан все еще там. Ты мне поможешь?

— Ой, та что ж ты спрашиваешь, ну конечно! А что делать-то надобно?

— Мне бы в дом пробраться...

Марта глянула на взъерошенного мальчишку, покачала головой:

— Так там же этих пьянчуг полным-полно, они ж тебя посекут на шматочки.

— Вот и проведи так, чтоб не посекли, — упрашивал ее Винс. — Придумай что-нибудь, ну пожалуйста!

— Да зачем тебе в дом, что там?

— Надо! Долго рассказывать, а времени вовсе нет. Надо Стефана спасать.

Марта переложила миску из одной руки в другую, оглянулась на светящиеся окна, потом сказала, с сомнением в голосе:

— Ну, можно с той стороны дома... Там окошко есть... Я открою, а ты влезешь. Только гляди не попадись...

— Иди скорей! — поторопил ее загоревшийся Винс, — а я кругом обегу!

Скажем прямо, про «обегу» это Винс преувеличил. Он пробирался где вприсядку, где на цыпочках, а где и вовсе ползком. Замирая от каждого шороха и обмирая при каждом резком звуке.

Окно, к которому стремился Винсент, оказалось маленьким, с деревянными ставнями, что открывались вовнутрь. Марта уже приоткрыла одну половинку и поджидала мальчика.

— Лезь скорее, неровен час, кто появится, — зашептала она.

Винс приподнялся на носках и заглянул внутрь, затем уцепился за выщербленный край подоконника и вскарабкался на него, не без помощи Марты.

— Куда теперь-то? — спросила девушка, когда Винс оказался рядом.

— Да ты ступай, я уж и сам управлюсь, — прошептал мальчишка. — Спасибо тебе за помощь.

— Ой, я вся от страху дрожу, пойду лучше. Меня хватиться могут, я же там на кухне помогаю. Ты уж гляди не попадись снова...

Марта убежала, оставив Винса наедине с двумя десятками пьяных головорезов.

Страх в его маленьком сердечке не исчезал, но и не туманил голову, как бывало раньше. Винс шел по темным комнатам, держась руками за холодные стены, натыкаясь на мебель, сбивая колени об острые углы.

Кабинет воеводы был приоткрыт — наверное, здесь тоже побывали кладоискатели или даже сам барон Лещинский.

В кромешной темноте, наощупь, Винс пошарил по столу. Он помнил, что где-то здесь стоял подсвечник. Рука наткнулась на чернилный прибор, рассыпались перья, слетела на пол какая-то коробочка. Винс присел, пережидая. Нет, все тихо, никто не услыхал.

Во второй заход он все же отыскал подсвечник. А рядом, в бархатном мешочке, мальчик раздобыл кресало. Он не раз видел, как им пользовались слуги, но сам еще не пробовал. После нескольких неудачных попыток свеча все же занялась.

Прикрыв ее ладошкой, мальчик встал на четвереньки и стал искать тайник. Это была невероятно трудная задача, поскольку в паркете было множество одинаковых с виду плиток. Затратив уйму времени, Винс уже опустил руки и хотел было сдаться, но послышался слабый щелчок и одна досточка поддалась.

Винс вздохнул с несказанным облегчением, поднял крышку и вынул пистоль. Сунув его за пазуху, мальчик достал все остальное, что лежало в тайнике — пороховницу, всякие железные и деревянные штучки, назначения которых он не знал. Аккуратно завернув все в ткань, уложил рядом с пистолем. Теперь осталось совсем немного — прикрыть тайник и убраться отсюда, да поскорей.

Покинув дом тем же путем, Винс укрылся в глухом закутке, где его уж точно никто не найдет. Снова разжег свечу, что захватил с собой, и принялся рассматривать добытые сокровища.

Пистоль был удивительной красоты! Изогнутая рукоять с серебряной инкрустацией, тонкие гладкие пластины из незнакомого Винсу материала (а была это слоновая кость)

Какое изящество, как приятно держать это произведение искусства! Винс буквально таял от подобных вещиц.

Однако, надо приступать к делу. Как же его заряжать-то? Куда здесь порох сыпать? И сколько его надо, чтобы выстрел получился?

Мальчишка раскрыл коробочку, потрогал пальцем черный порошок. Винс даже не подумал, что свечу надо бы убрать подальше, он ведь впервые столкнулся с огнестрельным оружием.

Эх, как жаль, что Стефан не показал ему все от начала до конца. Приходится придумывать самому...

Как же он там говорил? Вот сюда вроде сыпать... А пулю вот сюда, в дуло... шомполом протолкнуть, пыжом закрыть. Или наоборот? Сперва пыж, потом пулю? Уффф, как же они это в бою делают, когда враги наседают?

С грехом пополам, Винс завершил сие непростое дело.

Но теперь предстояло самое трудное...

Мальчик загасил свечу, посидел немного, привыкая к темноте. И направился обратно к дому, откуда только что выбрался с таким трудом.

20
{"b":"103114","o":1}