ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

К Винсу подбежал счастливый донельзя Стась, обнял его и поцеловал в обе щеки:

— Я так рад! Прости меня, прости! И брата моего прости! Мы хотели помочь, правда! Он не знал, что так получится!

Винс приподнял ладонь, хотел погладить лохматую макушку Стаськи, но не сумел — силы таяли с каждым новым мгновением.

— Я не сержусь... — только и прошептал он.

Отец близнецов подогнал телегу. Он чувствовал себя виноватым за то, что поддался уговорам Пшеслава. Осторожно переложил в нее Винса, а сам взялся за вожжи.

— Пап! Можно мне с вами? — спросил Стась, что крутился рядом.

— Нет, ступай домой! Скажи мамке, чтобы выпустила Славоя, а то замерзнет в погребе.

— Винс! Прощай! Ты приезжай к нам, ладно?! — закричал Стась вдогонку тронувшейся телеге, но Винс уже не мог ничего ответить. Он наконец-то потерял сознание...

Спохватился Пшеслав, видя, что может остаться и без денег также. Он подбежал к телеге и запрыгнул в нее, бросив на ходу:

— Пожалуй, проедусь с вами. Хочу убедиться, что с мальчишкой все будет в порядке.

Такая двуличность могла покоробить кого угодно, только не односельчан, прекрасно знавших его натуру.

К «оборотню» уже был потерян интерес, когда оказалось, что обвинения ошибочны. Только малыш Стаська бежал рядом с колесом, провожая телегу за околицу, надеясь, что отец передумает и все же возьмет его с собой. Но отец шуганул мальчишку, ведь уже вечер, еще заблудится.

Лошадка выбралась на проселочную дорогу и побрела, сонно понурив голову...

Выезжать из деревни на ночь глядя было очень опрометчиво. По дорогам шныряли лихие люди, сбившиеся в разбойничьи шайки, от которых не было спасения запоздавшему путнику. Но судьба должно быть решила, что на долю Винса выпало уже достаточно злоключений и до усадьбы Стефана мальчика довезли благополучно.

У ворот вышла небольшая заминка — после недавних событий стража была усилена и телегу пропускать не хотели. Помогло то, что отец близняшек часто привозил сюда продукты и его признал кто-то из стражников.

— Проезжай! — махнул рукой старший и телега проскрипела в раскрытые ворота.

Кто-то сбегал к маленькому хозяину, сообщил о гостях. И Стефан вышел во двор. Он не спеша подошел к телеге, не теряя достоинства; заглянул... Его глаза раскрылись, донельзя удивленные. Потом он громко воскликнул, не скрывая радости:

— Винсент! Ты здесь! Живой!

Он подбежал, схватил Винса за руку, затряс ее. И лишь теперь заметил, что его друг безмолвен и неподвижен.

— Что с ним? — спросил Стефан у Пшеслава, стоявшего рядом. — Что вы с ним сделали?

Пшеслав кашлянул, собираясь с мыслями, и ответил:

— У него рана на ноге, должно быть уже и загноилась. Лекарь нужен...

— Да, да, лекарь, ну конечно! Живо, лекаря сюда! Разыщите, где бы ни был!

Слуги помчались на поиски, а Винса было велено перенести в уже знакомую ему комнатку, под присмотр доброй девушки Марты. Вот уж она обрадовалась!

Стефан не отходил и на минуту от постели друга. А Винс ничего этого не слышал, он витал где-то далеко-далеко, в черной непроглядной глубине, отчаянно сопротивляясь смертельной лихорадке.

Глава тридцать вторая

— Вот беда... — сокрушалась Марта, смывая с безжизненного тела мальчика болотную грязь и присохшую кровь. — За что же ему, бедному, такие мучения? Кто ж над ним так поизмывался?..

Стефан сидел в углу комнаты и винил себя на все лады:

— Это я, я во всем виноват! Не надо было отпускать его с бароном! Ну зачем я согласился? Надо было ворота гвоздями заколотить намертво, но не выпустить!

Появился взволнованный лекарь и сразу подступил к Винсу, попутно расспрашивая Стефана:

— Что с ним? А, вижу, вижу... Ишь ты, как рана воспалилась... Кто его так, пан Стефан?

— Не знаю... — угрюмо ответил мальчик. — Думаю, что барон Лещинский...

— Эх, второй раз приходится за жизнь вашего найденыша бороться. Но на этот раз... Кхм... Дело хуже, чем я надеялся...

— Что, что там? — подскочил Стефан. — Он не умрет?!

Лекарь не отвечал, ощупывая тонкими пальцами рану. Его лицо было мрачным, ничем не мог он порадовать.

— Марта, ты закончила? — спросил он.

— Да, пан лекарь, я его отмыла.

— Тогда давай перенесем его в постель.

Они взялись вдвоем за мальчишку, хотя весу в нем было — одной рукой поднять можно. Положив Винса на чистые льняные простыни, лекарь вновь взялся за тщательный осмотр.

— Ну что, что? — едва не плакал Стефан. — Скажите же что-нибудь!

Лекарь выпрямился, вытер руки рушником, и сказал:

— Я должен очистить рану. Велите принести сюда побольше ламп, да пусть не жалеют масла. Жаль, что ночь на дворе, днем было бы посветлее. Но тянуть нельзя, каждая минута на счету. Марта, согрей воду, ведра два.

С этими словами лекарь поставил свой сундучок на стол и стал перебирать блестящие инструменты. Стефану стало немного жутковато, когда он услыхал их металлический скрежет, но вместе с тем, его разобрало любопытство и он подошел поближе.

— Я могу помочь? — спросил он, с жадностью разглядывая замысловатые вещицы, больше походившие на орудия пыток.

— Не думаю... — хмуро ответил лекарь, не отвлекаясь. — Впрочем, его надо будет привязать к кровати. Наверняка будет больно...

Стефана передернуло, но он мужественно держался.

— Марта! Позови кого-нибудь из слуг, пусть принесут веревки и привяжут Винса — велел он.

Девушка вернулась со здоровенным парнем в лакейской ливрее. Он ловко справился с заданием, так что Винс не смог бы шевельнуться даже при всем желании.

— Вода нагрелась? — спросил лекарь у Марты. Девушка кивнула. — Налей в таз и добавь холодной...

А сам наклонился над обнаженным телом Винсента. Рана на ноге имела отвратительный вид в неярком свете масляных ламп, Стефану стало не по себе и он отвернулся. Но даже это не помогло, к горлу подступила тошнота и мальчик выбежал из комнаты, не в силах вынести столь неприглядное зрелище. Бедный Винс, а ему-то каково...

Во дворе Стефан увидел телегу с двумя мужиками и удивился:

— А вы почему еще здесь? Я думал, вы уж уехали давно!

Пшеслав подхватился и сказал подобострастно:

— Пресветлый пан... Мальчик так много говорил о вашей щедрости, что мы просто не могли уехать, не попрощавшись. Я подумал, не захочется ли вам узнать подробности...

— Какие еще подробности? — не понял Стефан.

— Это ведь я разыскал его в лесу. Можно сказать, спас от волков, вывел к деревне. Да и из болота его вытащил, когда уж совсем смерть в двух шагах была...

— Ах, вот ка-ак! Я весьма тебе благодарен! Пожалуй, ты достоин вознаграждения!

Пшеслав именно этого и добивался, но лишь молча поклонился, не выдавая свою радость.

Стефан подозвал к себе нового управляющего усадьбой, что был поставлен вместо погибшего Станислава, и повелел:

— Выдай этим славным людям по десяти золотых, да не скупись, отсчитай все в точности. За спасение моего Винса и этого мало! А вы, достопочтенные панове, — обратился Стефан к мужикам, — можете остаться на ночь в моем доме, вам приготовят достойное угощение и прекрасный ночлег.

Но Пшеслав поспешил отказаться. Он вовсе не намерен был ночевать здесь. Не ровен час, Винс придет в себя и расскажет, как его собирались поджарить на костре. Тогда и без денег можно остаться, и без головы. А отец близняшек так и не подал голос — он давно уяснил, что от панов надо держаться подальше, от их милости один шаг до гнева. Потому он сделал вид, что занят своей лошадкой и здесь он совершенно случайно.

Получив деньги, селяне поспешили уехать, а Стефан и не настаивал — пора было возвратиться к Винсу...

Когда он вернулся, Винс уже был укрыт, а лекарь промывал инструменты. Стефан спросил с надеждой в голосе:

30
{"b":"103114","o":1}