ЛитМир - Электронная Библиотека
Подмостков бледный властелин
Явившимся из Гарца феям
Волшебникам и чародеям
Поклон отвесил арлекин
И между тем как ловкий малый
Играет сорванной звездой
Повешенный под хриплый вой
Ногами мерно бьет в цимбалы
Слепой баюкает дитя
Проходит лань тропой росистой
И наблюдает карл грустя
Рост арлекина трисмегиста

АННИ[22]

В Техасе на побережье
По дороге на Гальвестон
Есть огромный сад утопающий в розах
И он окружает со всех сторон
Виллу что схожа с огромною розой
Когда мне случается мимо идти по дороге
За оградой я женщину вижу она
В саду неизменно гуляет одна
И мы глядим друг на друга
Она менонитка[23] и носит упрямо
Одежду без пуговиц таков ритуал
Две штуки и я с пиджака потерял
Единоверцы мы с этою дамой

КЛОТИЛЬДА

Анемоны с водосбором
Расцвели в саду где спит
Меж любовью и раздором
Грусть без горечи и обид
Там блуждают наши тени
Скоро их рассеет ночь
День с игрою светотени
Вслед за ними исчезнет прочь
Родниковые наяды
Расплели за прядью прядь
Но спеши тебе же надо
Тень прекрасную догонять

МАРИЗИБИЛЬ[24]

Брела по кельнским тротуарам
Жалка и все-таки мила
Согласна чуть ли не задаром
И под конец в пивную шла
Передохнуть перед кошмаром
А сутенер был полон сил
Еврей с Формозы рыж и розов
Он ел чеснок и крепко пил
И в заведенье для матросов
Ее в Шанхае подцепил
Я судьбы знал еще похуже
И по судьбе людей не мерь
Их жизнь листва в осенней луже
Но взгляды тлеют и как дверь
То наглухо то настежь души

МАРИ[25]

С годами всплывет ли опять
Тур вальса поры твоей школьной
И танец вернет тебя вспять
Какой был бы звон колокольный
Когда же Мари тебя ждать
Сменяется бал тишиною
И музыка так далека
Что стала почти неземною
Любилось бы легче влюбись я слегка
И боль моя в мире со мною
Укрыла овечьи стада
Зима в серебристую пряжу
Бьют зорю а я никогда
С изменчивым сердцем не слажу
И как я узнаю куда
Куда уплывут твои пряди
Барашков морских кружева
Куда уплывут твои пряди
И канет ладоней листва
Мой след хороня в листопаде
Бреду сам не зная куда
Со старою книгой над Сеной
А боль как речная вода
С ее бесконечною сменой
И дни мои словно года

БЕЛЫЙ СНЕГ

О сколько ангелов над головой
Один одет как рядовой
В халате повара другой
И горний хор вокруг
Один как небо голубой
Весной ты будешь награжден с лихвой
Медалью солнца золотой
Медалью золотой
Ощипывает повар кур
Неодолимый
Снег и любимой
Нет меж моих простертых рук

СТИХИ, ПРОЧИТАННЫЕ НА СВАДЬБЕ АНДРЕ САЛЬМОНА[26] 13 ИЮЛЯ 1909 Г

Увидев с утра многоцветные флаги я не был ничуть удивлен
И себе не сказал мол опять нищету драпируют богатством
Мол под ложным стыдом демократия язвы скрывает
Мол хотят чтоб свобода листве подражала
О свобода природы последняя в мире свобода
Мол пылают дома потому что уходят из них навсегда
Мол взволнованно машут нам руки что завтра вернутся к станкам
Мол повесили тех чья проиграна жизнь
Мол опять обновляется мир и Бастилия пала
Нет его обновляют лишь те кто в поэзию страстно влюблен
И Париж оживлен многоцветьем знамен ибо женится друг мой Андре Сальмон
Встретились мы в дрянном погребке
Оба юнцами были
Оба курили обноски носили рассвет поджидали
А как мы слова любили чью суть изменить предстояло
И как мы обмануты были бедные бедные дети не умевшие улыбаться
Стол и два стакана на нем вдруг привиделись нам лицом умирающего Орфея
Стаканы скатились стаканы разбились И мы научились смеяться
И тогда мы пошли разбрелись кто куда пилигримы сомненья изгнанья
По дорогам земли по глухим перепутьям сознанья
А потом я увидел его у реки где качалась Офелия
Нежно белея в кувшинках как сон
Гамлеты бледной безумной толпою его окружали и он
Флейтой озвучивал странное это веселие
После я видел как он с мужиком умиравшим сидел размышляя о благодати
Видел как он восхищался снегом подобным нагому женскому телу
Видел как делал он то и другое вспоминая слова что мы так любили
Слова изменившие детские лица и я говорю это все наделен
Памятью и Предвидением ибо сегодня женится друг мой Андре Сальмон
Будем же радоваться но вовсе не потому что наша дружба была изобильной рекой
И плодородьем прибрежных почв которые могут вскормить любого
Не потому что наши стаканы снова смотрят на нас подобно умирающему Орфею
Не потому что мы так повзрослели что можно принять одно за другое наши глаза и звезды
Не потому что знамен многоцветье плещется в окнах довольных граждан которые вот уже больше столетья гордятся каждой мелочью быта и готовы живот положить за нее
Не потому что мы научились плакать и не казаться смешными не потому что умеем смеяться
Не потому что мы пьем и курим как прежде когда мы были юнцами
Будем же радоваться потому что силой внушенной огню и поэтам
Любовью наполняющей светом
Все Вселенную испокон
Любовью приказано чтобы сегодня женился друг мой Андре Сальмон
вернуться

22

Аполлинер никогда не был в Америке, и это стихотворение – плод поэтического вымысла, рожденного разлукой с Анни Плейден.

вернуться

23

Она менонитка… (правильнее – меннонитка) – т. е. последовательница одного из течений в протестантизме (по имени основателя секты Симониса Менно, 1496–1561), на членов которого налагаются значительные религиозные запреты.

вернуться

24

Маризибиль (Мария-Сибила) – легкомысленная девица, героиня кельнских народных песен, чье имя стало нарицательным.

вернуться

25

Стихотворение, написанное после разрыва с Мари Лорансен летом 1912 г., одновременно посвящено воспоминаниям о другом разрыве, с другой Мари Дюбуа, «Марей» из цикла «Ставло».

вернуться

26

Поэт Андре Сальмон (1881–1969) был одним из ближайших друзей Аполлинера. Ассоциативный ряд стихотворения строится на том, что свадьба Сальмона состоялась накануне 14 июля 1909 г., когда отмечалось 120-летие Французской революции. По воспоминаниям поэта Филиппа Супо, Аполлинер написал эти стихи на империале омнибуса по дороге в мэрию (I-а, 1055). Сальмон интересовался Россией, бывал в Петербурге, что нашло отражение и в стихотворении Аполлинера.

5
{"b":"103128","o":1}