ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Друзья. Больше, чем просто сериал. История создания самого популярного ситкома в истории
Записки реаниматолога
Тайна виллы «Лунный камень»
Кредит доверчивости
Сбежавшая игрушка
О чем мы молчим с моей матерью
Замок дракона, или Суженый мой, ряженый
Спроси маму: Как общаться с клиентами и подтвердить правоту своей бизнес-идеи, если все кругом врут?
Идеальная жена

Перепрыгивая через ступеньку, она взбежала по лестнице на второй этаж и осторожно постучалась в комнату Дзинтона. Ответа не последовало, но незапертая дверь приотворилась от толчка.

– Можно? – она робко заглянула в щель.

Дзинтон неподвижно сидел на пятках на полу посреди комнаты лицом к двери: глаза закрыты, руки лежат на коленях, а неподвижное тело кажется вырезанным из дерева.

– Дзинтон? – неуверенно спросила девушка.

Вместо ответа Демиург поднял руку ладонью вперед, после чего указал пальцем на стул и вернул руку в исходное положение.

– Цу, присядь на минуту, я сейчас освобожусь.

Его голос казался таким же деревянным, как и тело. Цукка недоуменно взглянула на него, но подошла к стулу и села. Кто их знает, этих инопланетян. Может, они так медитируют.

Ждать пришлось минут пять. Девушка уже почти решила вернуться попозже, когда Демиург пошевелился и повернул голову.

– Извини, – сказал он. – Не рассчитал время. Я полагал, что ты проспишь еще полчаса, но ошибся. На самом деле я здесь отсутствовал. Проекция работала в режиме автоответчика. Я общался с Эхирой – той женщиной, что появлялась у нас сегодня.

– То есть ты можешь оставить тело здесь, а сам переместиться куда-то еще? – заинтересованно спросила девушка.

– Да, можно сказать и так. На самом деле я никуда не перемещаюсь – носитель… э-э, скажем для простоты, моего сознания относительно планеты висит в одной точке. Просто я создаю новую проекцию в другом месте, оставляя старую без присмотра. Вообще-то я могу создавать несколько почти независимо мыслящих копий себя – точек концентрации сознания, как мы их называем. Но сейчас все мои ресурсы задействованы совсем в другой звездной системе очень далеко отсюда, так что здесь у вас я присутствую в единственном экземпляре.

– Хм… – Цукка нахмурилась. – А как…

– Цу! – Дзинтон поднял руку. – Я уверен, что ты способна задавать мне вопросы в течение года подряд и при том ничуть не устать. У тебя еще появится такая возможность, но давай не сейчас, ладно? Поговорим пока что о деле. Итак, что ты решила по поводу моего предложения?

– Я согласна! – выпалила девушка. – Я хочу быть няней у твоих детей.

– Они не мои, – вздохнул Демиург. – Боюсь, они станут куда больше твоими, чем моими. У меня, знаешь ли, на воспитание детей времени не так много. Где контракт?

– Ой… – Цукка смутилась. – Сейчас сбегаю.

– Не трудись, – он одним гибким движением поднялся с пяток и положил на стол перед Цуккой лист бумаги и стило. – Если ты согласна, подписывай. Только ты точно уверена, что не хочешь обсудить его с юристом?

– Не-а, – девушка помотала головой. – Ты же меня не обманешь, правда?

– Цу, – голос Демиурга стал терпеливым, как у отца, в десятый раз объясняющего ребенку правила арифметики, – пожалуйста, отнесись к ситуации серьезно. Я прекрасно понимаю, какие эмоции ты сейчас испытываешь. Но эмоции со временем утихают, а жизнь продолжается. Контракт нужен не мне, он нужен тебе. Пойми – мне не требуются рабы, пусть даже добровольные. Со временем ты осознаешь, что находиться рядом с Демиургом, зная об его сущности, достаточно тяжело. Мы, сами не желая того, полностью подчиняем себе личности наших друзей, если только не принимаем специальных мер. Контракт – одна из таких мер. Я хочу, чтобы ты помнила: ты свободна уйти в любой момент. Это не шпионский боевик, и здесь нет красивых правил наподобие "вход – за маер, выход – за жизнь". Наши с тобой отношения – отношения двух свободных личностей. А потому вопросы типа "ты же меня не обманешь?" здесь неуместны. И не забывай – я вовсе не намерен держать тебя на коротком поводке. У тебя своя жизнь, и проживешь ее ты самостоятельно. Ты поступишь в университет – не забыла, что это обязательное условие? – закончишь его… ну, а там посмотрим. К тому времени Майя с Палеком как раз достигнут совершеннолетия, так что тебе придется искать свой путь в жизни. Понятно?

– Понятно, – вздохнула Цукка. – Дзи… слушай, а ничего, что я тебя "Дзи" называю? Тебе вообще сколько лет на самом деле.

– Примерно девятьсот пятьдесят тысяч по вашему планетарному летоисчислению, – подмигнул Демиург. – Плюс-минус. Примерно половина галактического дня по нашему стилю. Я, между прочим, совершенно серьезно. Расслабься, Цу. Если бы я хотел почтительного уважения, я бы с самого начала так дело и поставил.

– Девятьсот пятьдесят тысяч лет… – потрясенно пробормотала Цукка. – Это же целая вечность!

– Самому старшему из Демиургов около четырех миллионов лет. Вот это действительно почти вечность. А я в семейке младшенький.

– Но… но почему ты так молодо выглядишь? Почему так не… не…

– Несолидно? Ну, как тебе сказать. Майя – она тоже Демиург и в некотором смысле моя тетушка – как-то выразилась на сей счет, что некоторые старики и старушки очень любят молодиться. У нее вообще язычок острый, лучше на него не попадаться. В моем же случае такая внешность помогает привлекать меньше внимания. Но, как я сказал, вопросы потом. Пока закончим формальности. Итак, человек Цукка Мерованова, я, Демиург Джао, известный тебе под именем Дзинтона Мурация, объявляю тебя своим другом и беру под покровительство и защиту. Принято и записано. Это, чтобы ты понимала, официальная формула, имеющая юридическую, так сказать, силу в среде Демиургов.

Он легонько щелкнул девушку по носу.

– Рот закрой, муха залетит. Кстати, задним числом я перевел твое жалование за пятый период на твой текущий счет в банке. Увольняйся из своего магазина, Цу, и начинай всерьез заниматься подготовкой к вступительным экзаменам. До зимников – меньше одиннадцати периодов. Тридцать две недели и два дня, если точно. На самом деле осталось не так много. Ну, и про детей не забывай. Кстати, график дежурств по кухне остается в силе, так что не забывай, что за тобой сегодня обед. Так, я ничего не забыл?

Он поскреб в затылке.

– А! Сейчас я объясню тебе одну очень важную процедуру. А процедура эта – доступ к голосовому каналу мысленного общения со мной на любом расстоянии. Слушай, Цу, кончай смотреть на меня глазами величиной с тарелку. Вообрази на время, что попала в сказку. Или в кино. Итак, связь осуществляется просто голосом. У военных есть особый микрофон – ларингофон, он прижимается к горлу и снимает звуковые колебания прямо с него. Фантомный передатчик, который я повесил на тебя, работает похожим образом, только он снимает сигнал непосредственно с нервов, управляющих голосовым аппаратом, и воспроизводит звук с помощью прямой трансляции импульсов в соответствующие ушные нервы. Система уже завершила подстройку под тебя, так что учись ей пользоваться. Сложного ничего нет – просто бормочи себе под нос, остальное все получится само. Со временем, когда привыкнешь, тебе даже бормотать не придется. Для активации канала связи нужно сосредоточиться специальным образом, чтобы воспроизвести нужный код доступа…

Карина проснулась словно от толчка. Она резко села на кровати, борясь с путами сна. Сейчас придут солдаты – а она прохлаждается в постели…

Ох, нет. Солдаты уже ушли, и Дзинтон защитил ее. На самом деле защитил, как и обещал. И еще он теперь – ее папа. Настоящий папа! Пусть даже приемный, но папа. Нет, так не бывает, чтобы все было так плохо, а потом вдруг стало так хорошо!

Что-то смутное ворочалось в памяти, смутное и тяжелое. Она сосредоточилась. Что-то, связанное с Институтом. Или нет? В памяти вдруг всплыли растерянные голубые глаза, и она вспомнила.

"– Я искуплю! Я хочу! Но не знаю, как. Ты научишь меня, папа?

– Я научу тебя, Каричка, обещаю".

Да, она искупит. Она была очень плохой, но она исправится. Она ни за что не станет больше никого убивать. А папа расскажет ей, что нужно делать.

На сердце стало светло и радостно. Теперь все точно будет хорошо. Не нужно никуда бежать, ни от кого прятаться. Не нужно бояться, что придут солдаты из Института и заберут ее. У нее есть настоящий дом и настоящий папа. И у нее есть Цукка, которая почти как мама. И Палек с Яной, которые как брат и сестра. Теперь у нее есть самая настоящая семья!

44
{"b":"103149","o":1}