ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Впоследствии Шадлун получал деньги от Ремо через советника польского консульства в Харькове Ружицкого и других лиц. При аресте Шадлуна в 1927 г. у него был обнаружен остаток этих денег – 93 доллара и 10 фунтов стерлингов.

Новая экономическая политика открыла благоприятные возможности для бывших владельцев угольных предприятий. Они решили, что имеют теперь возможность получить «свои» шахты и рудники в порядке денационализации или концессии. Как и прежде, бывшие владельцы угольных предприятий были заинтересованы в том, чтобы их шахты и рудники были «на ходу», в исправности к моменту, когда они вновь перейдут в их распоряжение. Но для достижения этих целей бывшие углепромышленники должны были теперь действовать более организованно и целеустремленно, чем раньше.

В 1923 г. в Париже из остатков дореволюционного капиталистического объединения «Совета съездов горнопромышленников Юга России» образовалось «Объединение бывших горнопромышленников Юга России» во главе с Б. Н. Соколовым, Фениным и другими. Примерно в то же время в Польше возникло и «Польское объединение бывших директоров и владельцев горнопромышленных предприятий в Донбассе», руководимое Дворжанчиком. Эти объединения помимо охраны за границей интересов бывших шахтовладельцев ставили своей целью добиться возвращения принадлежавших им ранее русских предприятий. Объединения и стали организованно и планомерно направлять деятельность своей агентуры на советских шахтах и рудниках для содействия осуществлению поставленных ими целей.

Одновременно начался процесс создания вредительских групп на советских предприятиях. Если раньше связи некоторых старослужащих с бывшими хозяевами носили личный характер, то теперь эти связи становились целенаправленными отношениями между объединениями бывших владельцев шахт и вредительскими организациями. Вместо индивидуальных вознаграждений, которые иногда носили характер «хозяйских подачек», «пособий», теперь финансирование вредительской работы стало носить систематический характер.

Начиная с 1922 г. постепенно образовались вредительские группы в Донецко-Грушевском, Власовском, Несветаевском, Щербиновском, Брянцевском, Селезневском, Екатерининском, Гришинском и других рудоуправлениях. К моменту вскрытия шахтинского дела в 11 из 28 рудоуправлений Донбасса уже существовали антисоветские организации инженерно-технических работников, занимавшихся вредительской деятельностью.

Вот некоторые факты, характеризующие процесс создания вредительских ячеек на предприятиях и источники их финансирования.

Инженер Донецко-Грушевского рудоуправления Н. Н. Березовский показал: «Во второй половине 1922 г… инженер Шадлун однажды похвастался передо мной, говоря, что его бывшие хозяева пересылают ему деньги из-за границы. Я заинтересовался этим и выразил сожаление, что я не получаю денег от хозяев. Шадлун мне сказал, что это легко можно сделать через Горлецкого (последний работал тогда в „Донугле“. – Д. Г.). Тогда же Шадлун мне сказал, что деньги эти являются вознаграждением со стороны хозяев за сохранение а порядке отобранных у них шахт, за сокрытие от советской власти наиболее ценных месторождений с тем, чтобы наиболее важные подземные богатства к моменту падения советской власти могли быть возвращены хозяевам нетронутыми и неистощенными. Я согласился принять на себя выполнение этих заданий… После этого я получил от Горлецкого письмо с изложением директив по вредительской работе».

Березовский вовлек в преступную деятельность несколько инженеров и техников Донецко-Грушевского рудоуправления и образовал вредительскую ячейку. О порядке ее финансирования он сообщил: «До конца 1923 г. я получал деньги от Шадлуна не только для себя, но и для распределения на периферии. Деньги я передавал Калганову, и последний мне сообщал, что распределял их между членами организации… Лично я получил в свою пользу за все время от 15 000 до 20 000 рублей. Всего за все время через меня прошло на нужды организации около 175 000 рублей».

В Екатерининском рудоуправлении вредительскую группу организовал инженер Д. М. Сущевский, он же и распределял деньги среди ее членов. Впоследствии деньги распределял инженер Ю. Н. Матов, работавший в правлении «Донугля». Инженер С. П. Братановский показал: «Деньги я получал от Сущевского в конвертах с надписями на машинке… По внешнему виду конверты были заграничные. Первый пакет был получен осенью 1923 г. Деньги были в новых купюрах червонного исчисления в 100 рублей каждая. Припоминаю, что всего я получил деньги четыре раза, причем два раза через Сущевского… в первый раз 200 рублей, во второй раз, кажется, 250 рублей, в третий раз через Матова… но точно сумму не помню».

Таким же образом распределялись деньги среди участников вредительских групп и в других рудоуправлениях.

В 1923 г. образовался «Харьковский центр» вредительских групп в угольной промышленности Донбасса, состоявший главным образом из инженерно-технических работников советского хозяйственного объединения «Донуголь». Деятели «Харьковского центра», являясь одновременно ответственными работниками «Донугля», удобно могли направлять работу советских шахт и рудников по вредительскому руслу.

Большую роль в создании «Харьковского центра» сыграл деятель «Польского объединения бывших директоров и владельцев горнопромышленных предприятий в Донбассе» белоэмигрант Дворжанчик. Он поддерживал регулярную связь с бывшими служащими горных предприятий, перешедшими на советскую службу (Сущевским, Матовым, Детером и другими), получал от них сведения о состоянии рудников, посылал им деньги. Свою «работу» по экономическому шпионажу Дворжанчик увязывал с польскими разведывательными органами. В частности, он поддерживал отношения с коммерческим советником Польского консульства Ружицким, через которого передавал указания, а также деньги своим агентам. В последнее время Дворжанчик имел постоянного связиста в лице члена вредительской организации инженера С. 3. Будного, часто выезжавшего за границу по делам «Донугля».

Один из руководящих деятелей «Харьковского центра» Ю. Н. Матов рассказал о таких обстоятельствах образования «центра»: «Однажды в „Донугле“ ко мне подошел Сущевский и сказал, что у него есть для меня письмо от Дворжанчика, которое ему привез Будный. Я прочел это письмо, в котором Дворжанчик пишет, что предлагает мне периодически давать сведения о шахтах и принять участие в работе в Донбассе, подробности о чем мне расскажет Сущевский. Я спросил у последнего, в чем дело, и он объяснил, что у него имеется письмо от Дворжанчика и инструкция, согласно которой и предлагается проводить работу в шахтах, причем добавил, что уже образовано ядро организации, в которое вошли он (Сущевский), Будный и другие. В общем инструкция сводилась к даче сведений о шахтах информационного характера и о проведении в жизнь ряда мероприятий на шахтах, которые должны были задерживать рост добычи и чинить всякого рода расстройства нормальному развитию работы».

Ю. Н. Матов хорошо знал об активной деятельности Дворжанчика по сбору шпионских сведений, так как и раньше передавал ему такие сведения через советника польского консульства Ружицкого. После обсуждения этого вопроса с некоторыми другими работниками «Донугля» Матов решил примкнуть к организации. На него оказало немалое влияние то обстоятельство, что «Дворжанчик предлагал довольно большое денежное вознаграждение за такую деятельность, а именно: несколько менее получаемого нами жалованья от „Донугля“, причем оплата предполагалась ежемесячно».

Ю. Н. Матов следующим образом изложил задачи, которые взял на себя «Харьковский центр»: «Информация бывших владельцев о происходившем в Донбассе, добыче, состоянии работ и перспективных планах развития рудников и шахт. Проведение вредительской работы при производстве добычи, замедление темпа нового строительства. Вредительство при импортной механизации и рационализации. Общая установка в задачах и деталях организации сводилась к общей дезорганизации каменноугольной промышленности».

Деятель «Харьковского центра» С. Б. Братановский, работавший в «Донугле» с 1925 г., показал: «Главнейшими задачами организации были: 1) Сохранение в неприкосновенном виде более ценных недр и машин для эксплуатации в дальнейшем прежними владельцами или концессиями. 2) Доведение рудничного хозяйства до такого состояния, при котором Советское правительство было бы вынуждено сдать рудники в концессию иностранцам или вообще капитулировать перед иностранным капиталом. 3) В случае войны помогать врагам СССР расстройством тыла, прекращая добычу и разрушая или затопляя рудники Донбасса. 4) Пропаганда против Советской власти».

61
{"b":"10315","o":1}