ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я… нет, наверное, – она покраснела и шмыгнула носом. – Нет… не знаю. Дентор, прости меня, ладно? Я не могла оставить Бикату просто так, без помощи.

– Ну что с тобой поделаешь! – вздохнул капитан. – Прощаю, конечно. Конфликт между дружбой и законом всегда неприятен. Придешь в следующий раз на тренировку – загляни, обсудим, если захочешь. Пошли, Триш, нас уже, наверное, потеряли.

Когда полицейские вышли, прикрыв за собой дверь, Карина перевела взгляд на Вараусина. Сосед, скрестив руки на груди, все так же сверлил ее насмешливым взглядом. Она открыла было рот – и осеклась, пораженная внезапным осознанием.

– Камилл? – переспросила она. – Тот самый Камилл?

– Да, тот самый Камилл, – сосед тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой. – Уже два миллиона планетарных как тот самый, единственный и неповторимый. И почему все разговоры с воспитуемыми Джао начинаются с этой сакраментальной фразы?

– И ты все время жил здесь, рядом?

– Нет, разумеется, – фыркнул тот. – Не жил и жить не собираюсь. Дел у меня больше нет, можно подумать! Бойра, объясни ей, что такое социальный сенсор. Полную версию.

– Социальный сенсор – человекообразный автономный фантом, – пояснила чоки. – Он имитирует человека и живет, если так можно выразиться, в определенной социальной роли. Его задача – сбор информации и отслеживание реакции общества на ключевые события общественно-политической жизни. Но при необходимости Камилл может напрямую подключаться к нему и использовать как свою проекцию.

– Именно, – согласился Демиург. – Черт, и угораздило же меня засветить сенсор перед полицией! Придется стирать и переинсталлировать.

– Мог бы просто проекцию прислать, – угрюмо буркнула чоки. – Свежесгенерированную. И ничего переинсталлировать не пришлось бы.

– Умная ты у нас, да? – прищурился Камилл. – Ну, раз так, к завтрашнему дню я ожидаю от тебя публикацию отчета о своем исследовании и полный анализ допущенных ошибок. А пока развлекайся, незадачливая ты моя. Приведи для начала в чувство своего малахольного ухажера, пока он не помер у тебя на руках от огорчения.

Он повернулся.

– Эй! – воскликнула чоки, и в ее голосе явно послышалась растерянность. – Но что мне с ним делать? Я же думала, что мы расстанемся, и дальше он сам по себе!

– Бойра, – с досадой через плечо сказал Демиург, – ты знаешь, я не формалист и могу допустить нарушения почти любых правил. Кроме одного: кто котенка подобрал, тот с ним и возится. Мне этот по голове ушибленный не интересен, я его выхаживать не намерен. У меня сейчас и так на две проекции больше, чем я уверенно держать могу. Лень разбираться – оставь как есть, пусть сам выкарабкивается, если сумеет. Или найди кого-нибудь, кому он интересен – Карине оставь или просто врача вызови, пусть лечат. От бронхита не умирают, по крайней мере, не сразу. Но меня этим не грузи, я на вас и так слишком много времени потратил. Пока, девочки, я отключился. Котенка только не перекормите на пару, а то сдохнет от обжорства. Карина, я взял на себя смелость отменить твой вызов такси, чтобы лишних свидетелей не плодить. Если оно тебе еще нужно, вызови заново.

Он вышел из квартиры. Хлопнула дверь, по лестнице зазвучали приглушенные шаги. Карина посмотрела на Калайю – или на Бойру? – потом на Бикату. Инженер лежал с закрытыми глазами, периодически его сотрясал кашель.

– Калайя… – еле слышно прошептали его губы.

– Все хорошо, Биката, – чоки погладила его по волосам. – Я с тобой. Карина, ему нужны лекарства.

– Калайя? – неуверенно спросила девушка. – Я не понимаю, что происходит. Ты какая-то совсем другая стала. Почему тебя зовут иначе? При чем здесь Демиург Камилл?

– Камилл при всем, что только можно придумать, – почти по-человечески фыркнула чоки. – По крайней мере, при всем, что касается его творений. Я – искин из Третьего лагеря, так что он фактически мой папочка. Примерно как для тебя Джао.

– Третьего лагеря?

– Ты точно воспитанница Джао? – с подозрением спросила у нее чоки. – Или он вам не рассказывал про лагеря Камилла?

Карина помотала головой.

– Он много о чем рассказывал, но о Камилле – почти ничего. Про лагеря я слышала – там, кажется, девиантов реабилитировали, которых папа вместе со мной из Института вытащил, но ничего конкретного.

– Так ты одна из Двадцатки! – воскликнула чоки. – Тогда почему я тебя в лицо не опознаю? Вроде бы всех, кого в лагеря привозили… Стоп! Карина. Карина Серенова, приемная дочь роли Дзинтона Мурация, ну разумеется. Похоже, я еще толком не проснулась, раз так плохо соображаю. С тебя Джао шаблон для реабилитации снимал, потому ты в лагеря не попала.

– Шаблон для реабилитации? – кажется, это уже было слишком для одного дня. Карина бессильно опустилась прямо на пол, усевшись на пятки и пачкая грязными задниками кроссовок штаны на ягодицах, и потерла кулаками глаза.

– Ну да. Сначала он на тебе методику протестировал, и только потом мы ее на остальных из Института применяли. Почему, думаешь, он сначала только тебя вытащил, а остальных – период спустя? Да уж, не думала, что вот так случайно столкнусь с легендарной личностью.

– Калайя…

– Бойра. Калайи больше нет, Кара.

– Ладно, пусть Бойра, но все равно я ничего не понимаю, – призналась девушка. – Ты сплошными загадками разговариваешь. Еще раз – как ты, чоки, сделанная корпорацией "Визагон", связана с Камиллом? Откуда в тебе взялся паутинный аккумулятор?

– Потом, – качнула головой Бойра. – Я все объясню, но нам нужно помочь Бикате. Неудачно все получилось прямо до невозможности. Ты можешь одолжить мне деньги, чтобы я купила лекарства? Я верну не позже завтрашнего утра.

– Я могу одолжить тебе деньги, – Карина чувствовала страшную усталость, словно весь день таскала тяжести. – Но у меня есть лекарства от простуды. Кое-что из антибиотиков следует докупить, но я сама. Сейчас быстро сбегаю в аптеку и вернусь. Не позволяй Бикате вставать.

Она нехотя поднялась на ноги и тряхнула головой. Соберись, скомандовала она себе. Не расклеивайся на пустом месте.

Когда полчаса спустя она вернулась из аптеки, Биката лежал нагой на кровати, а Бойра осторожно обтирала его тело влажным полотенцем. Кисло пахло уксусом. Карина расставила на столе разноцветные пузырьки и коробки, заполнила шприц антибиотиком и подошла к инженеру.

– Ка… Бойра, что с ним? Он без сознания?

– Я пока усыпила его. Воздействие на определенные нервные узлы. Если надо, могу привести в чувство, но через какое-то время он проснется и сам.

– А-а… нет, не нужно будить. Просто переверни его. Нужно сделать укол.

– Что в шприце? – поинтересовалась чоки, выполняя указание.

– Ктусалин, – пояснила Карина, протирая кожу дезинфицирующей салфеткой и втыкая иглу в ягодицу. – Хороший антибиотик при инфекциях дыхательной системы, но в желудочно-кишечный тракт его допускать нельзя. Всю полезную микрофлору передушит. Приходится вводить внутримышечно. Нужно ставить трижды в день, курс пять дней. Ампулы на полкубика, шприцов я купила с запасом. Сегодня еще раз поставлю ближе к ночи, и завтра утром – тоже. Вот кто днем поставит, когда я в больнице… – Она задумалась. – По дневным пробкам в обед я точно не успею туда-сюда смотаться.

– Я сделаю, – предложила Бойра. – В Микросети – это наша закрытая сеть – есть шаблоны базовых медицинских примитивов, в том числе процедур постановки уколов. Их нужно приспособить к моему шасси, на что потребуется немного времени. К вечеру я буду способна ставить уколы, зашивать поверхностные раны, вводить зонды и катетеры, выполнять гигиенические процедуры и вообще работать медсестрой и сиделкой.

– Годится, – тряхнула головой Карина. – Только… у твоего тела достаточно координации?

Бойра закончила протирать тело Бикаты полотенцем. Она прикрыла его одеялом, встала и молча сделала классическое балетное фуэте.

– Могла бы просто сказать "да", – ошарашено пробормотала Карина.

– Биката – очень хороший инженер, – с гордостью сказала Бойра. – Он сконструировал выдающееся для ваших технологий шасси, пусть даже на наших комплектующих, и замечательно отладил его двигательные алгоритмы. Координация движений у моего тела лучше, чем у большинства людей. По этой части оно почти не уступает биокуклам, что делают наши практиканты. До промышленного уровня… нашего уровня, конечно, далеко, но все же весьма прилично.

119
{"b":"103150","o":1}