ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Она неуклюже старалась добраться хотя бы до одного.

Ни одна система безопасности не работала.

- Что происходит? - запросила она уже все каналы.

Тысячи ответов ударили ей в уши бессмысленным раздраженным ревом. Тогда она сама сосредоточила взгляд на ближайшем из прибывших. И тут исчезло все - и Корабль, и гости. Премьер не отрываясь смотрела на красивую женщину, высокую, с жестким лицом и наголо обритым черепом, которая до боли напоминала кого-то, кому она очень давно отдала когда-то все свои надежды.

- Миоцен! - крикнула Премьер. - Это ты?!

И кем бы она ни была, женщина улыбнулась очень похоже на Миоцен. С этой твердой улыбкой на губах она и подошла к главному столу. По бокам шли другие люди, тоже напоминавшие пропавших капитанов лицами, фигурами и манерой держать себя. Особенное внимание Премьера привлек один мужчина, чьи хладнокровное лицо, мальчишеское тело и яркие серые глаза, казалось, проникавшие во все, тоже и при этом очень сильно напоминали Миоцен. Он единственный посмотрел сначала налево, потом направо и кивнул товарищам, заставив остановиться рядом с различными столами. Те остановились и почти синхронно взяли со стола рыбу, воззрившись на нее так, будто никогда ничего подобного не видели.

Миоцен - или кто это был - вскарабкалась по травянистой гряде.

Рядом с ней поднимался яркоглазый человек.

- Это ты? - снова мягко повторила Премьер.

Улыбка женщины сменилась холодной яростью. Ее форма была зеркальной, но слишком грубой, кожаный пояс болтался не на месте. Она остановилась прямо перед Премьером, оглядела длинный стол с сидевшими за ним Вице-премьерами и ничего не сказала.

Ничего.

Ирвиг и остальные судорожно пытались наладить связь с несуществующей системой безопасности. Требовали решительных действий, просили информации, и наконец, растерявшись, в панике стали глядеть друг на друга.

- Как ты, дорогая? - еще мягче спросила Премьер. Ответ был произнесен голосом Миоцен, но относился не к ней.

- Ирвиг, дорогой, ты, кажется, сидишь на моем месте.

- Если б я знала, что ты придешь… - улыбнулась Премьер.

- Унылая, - громко сказал вдруг яркоглазый человек. И сотни голосов его товарищей подхватили: «Унылая!» И тысячи голосов с каждого конца зала внезапно загудели: «Унылая!»

Премьер вскочила.

- Что вы говорите?! Что значит «унылая»?

- Это ты, - холодно ответил яркоглазый.

И тогда, протянув левую руку, Миоцен схватила со стола лежавший около тарелки Премьера кривой золотой нож и тихим, пронизанным ненавистью голосом сказала:

- Я ждала. Ждала, что меня найдут и спасут. Я ждала века и века…

- Я не могла найти тебя, - призналась Премьер.

- Это доказывает, что все мои подозрения относительно тебя оказались истинными, - отпарировала Миоцен и назвала Премьера так, как ее никто не называл уже тысячелетия - Лиза. - Ты действительно не заслужила своего кресла, Лиза.

Премьер еще попыталась ответить.

Но нож уже вонзился ей в горло. Миоцен победно и хрипло вскрикнула и изо всех сил дважды повернула нож, улыбаясь при виде крови, заструившейся по ее рукам.

Спустя секунду голова была отделена от шеи.

Глава тридцать пятая

Лазер выстрелил с яркой вспышкой.

Лезвие света отполосовало половину кулака Памира, но он продолжал бить, чувствуя не боль, а лишь то, что его почерневшая плоть и края обгоревших костей продолжают вонзаться в лицо противника. Лишь спустя несколько секунд острая боль пронзила всю руку, и он слегка вскрикнул.

Враг глухо сопел, но в серых глазах на дымчатом лице появилось удивление.

Даже без рук у Памира было явное преимущество в тридцать килограммов. Он пустил в ход ноги, плечи и расплющил противника по закрытой двери шахты. Еще вспышка - и у него вместе с краем капитанской фуражки не стало части головы. Памир закричал громче, левая здоровая рука продолжала лупить хрипящее тело, ломай ребра и разбивая голову о гиперфибровую дверь.

Наконец с глухим стуком лазер упал на пол.

Памир перенес удары на живот и, схватив незнакомца здоровой рукой за шею, принялся мять и трясти его до тех пор, пока из раздавленного горла не перестали вырываться судорожные вздохи. Потом двинул коленом в пах, но, увидев на лице врага полное смирение, приказал себе остановиться и швырнул безжизненное тело обратно в проход.

Лазер валялся рядом с часами Уошен.

Памир поврежденной рукой нашарил, хотя и слишком поздно, свой бландер, переложил рукоять в здоровую руку.

Подкованный сапог, жесткий, как камень, ударил его в лицо, сломав сразу и скулу, и нос.

Он чувствовал, что отлетает к двери, и тут же выстрелил. Черно-синие вспышки сожгли вторую замахнувшуюся конечность.

Человек рухнул и тихо застонал. На дрожавших ногах Памир сделал несколько шагов по скользкому полу, стараясь держаться прямо, глядя, как лицо поверженного незнакомца успокаивается, и отчаяние светится уже только в серых глазах.

- Убей меня, - потребовал он.

- Кто ты? - вопросом ответил Памир. Ответа не последовало.

- Ты один из пропавших, так? - Памир произнес это с уверенностью, ибо никакого другого объяснения быть просто не могло. - Уошен жила в одном из ваших поселений?

В ответ на него глянули ничего не понимающие глаза.

- Как тебя зовут? - снова потребовал Памир. Серые глаза остановились на эполетах Памира, и хриплый голос тихо произнес:

- Ты капитан первого ранга.

- Да. Я Памир. Это мое имя.

- Я не помню твоего имени, -вздохнул незнакомец. - Ты, наверное, недавно в капитанах.

- Ты что, знаешь весь список? - Молчание. - Должно быть, у тебя хорошая память. - В молчании уже сквозила гордость. - Но у Уошен тоже всегда была прекрасная память, - задумчиво добавил вдруг Памир.

При этом имени незнакомец вздрогнул и, заставляя себя быть спокойным, уточнил:

- Ты знал мою мать?

- Думаю, что лучше, чем кто-либо. Да и ближе. Это утверждение озадачило незнакомца, но он опять промолчал.

- Ты похож на нее, - признался Памир. - Особенно лицом. Хотя она была гораздо выше.

- Моя мать… очень сильная…

- Что? - Молчание. - Что? - снова спросил Памир и поднял часы, пользуясь двумя оставшимися пальцами. Боль не утихала, но стала вполне переносимой. Этими же пальцами он подержал часы в воздухе перед лицом поверженного противника. - Она мертва. Я имею в виду твою мать.

Я нашел только это и больше ничего. А уж мы облазали здесь все. И не нашли никакого тела.

Человек поднял глаза к потолку, и в них застыли слезы.

- И это произошло здесь, в обиталище пиявок, да? - догадался Памир. - И ты видел, как она умирала?

- Убей меня, - снова прохрипел незнакомец уже совершенно равнодушно.

Его сожженная нога начинала потихоньку восстанавливаться. Это было очень быстро для обычного пассажира, и, не имея другого ответа, Памир предположил:

- Я знаю, откуда ты. Откуда-то из центра корабля. Так?

Незнакомец и глазом не моргнул.

Но Памир уже чуял, что правда где-то близко, сколь бы невозможной она ни была.

- Как ты выбрался оттуда? Где-то есть тайный туннель? Серые глаза оставались открытыми и совершенно спокойными.

- Ах, нет! - воскликнул Памир. - Я выкопал длиннющий широкий канал к вам, и по нему-то ты и пробрался. Так?

Ответа он ждать уже не стал. По своему каналу он вызвал дежурного робота, находящегося внутри дыры.

- Все в норме, сэр. Все идет по плану, - тихо и доверительно сообщил тот.

Памир ради любопытства сменил канал. И снова прозвучал приблизительно тот же ответ. Он выбрал третий - никогда прежде им не использовавшийся - и снова услышал в ответ, что все в порядке.

- Вот дерьмо! - выругался Памир. Его пленник уже сгибал отросшую ногу.

Памир снова отсек ее вспышкой сине-черного света, потом положил в карман часы и, схватив незнакомца под руки, пообещал:

73
{"b":"103161","o":1}