ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

С каждой секундой курс корабля менялся и становился все более опасным.

- Если двигатели не отключить… - прошептала Миоцен, так и не открывая глаз.

Изображение перескочило на пятнадцать часов вперед. Корабль погружался в наружную бахрому солнца - теплую плазму, более тонкую, чем самый идеальный вакуум. Поверхность могла поглощать и жар, и миллионы мелких столкновений, но простое трение все увеличивало скорость, и в следующее мгновение капитаны уже падали к крошечному плотному соседу умирающей яркой звезды. Сила притяжения скручивала оболочку Корабля до тех пор, пока она не зашаталась, его древние внутренности сплющились в горячий растягивающийся диск, и весь он быстро превратился в великое черное ничто, ускользнувшее из мира.

- Нет! Нет! Нет! - выкрикнул Локи.

- А что с Унылым? - подхватили несколько голосов.

- Он, наверное, тоже уничтожен, - сомневающимся голосом предположила Ааслин.

Но черные дыры, созданные в вихрях и водоворотах гиперплотной плазмы, существовали и в раннем универсуме.

- Строители могли бы сделать это сами, - напомнила всем Уошен. - Но они знали лучше, и вместо этого - не важно, по каким причинам - они забросили корабль туда, где было мало черных дыр, если они и вообще были.

Изображение наверху исчезло, капитанов снова окружали стены Храма.

Уошен поглядела на высокий потолок и старый базовый лагерь под ним, потом перевела взгляд на Миоцен и быстро спросила:

- Вы уверены, что двигатели теперь остановить невозможно?

- А что же, ты, твою мать, думаешь, я делаю!? - огрызнулась Миоцен. - Я и пытаюсь их остановить. Но у меня нет доступа, а отрезать доступ к ним Тиллу я не могу!

- Тогда зачем он направляется сюда? Молчание.

- Если мы ничего не можем сделать, то почему Тилл решил не ждать?

Лицо плачущей Миоцен вдруг успокоилось. На нем появилась какая-то мысль.

- Потому что это не мой сын, - удивляясь сама себе, произнесла она .- Конечно. Потому что не он контролирует двигатели.

Унылый, - догадалась Уошен. Просидев в тюрьме пятнадцать миллиардов лет, конечно, хочется в такой решающий момент оказаться у руля!

Миоцен тоже посмотрела на бриллиантовый мост, на лагерь и на Хребет. Именно по нему проходили к капитанам какие-то команды из глубин Медуллы.

- Если я перекрою мост, Уошен, то есть отрежу связь с Медулла оссиумом, то сможешь ли ты со своими союзниками достаточно быстро вывести из строя всю машинерию, чтобы спасти нас? - не веря в свое предложение, все-таки спросила она.

«Не знаю», - хотела честно ответить Уошен, но в этот момент раздался короткий, почти мягкий толчок, и все почувствовали, как стальной пол пошатнулся под их ногами.

- Что вы делаете? - прошептал Локи.

Миоцен поднялась с усталой торжественность, ее покрасневшие глаза все еще слезились.

- Система, контролирующая землетрясения. Это старая система, и она всегда будет моей. Ее они не могут у меня отобрать без моей воли.

По Храму снова прошло содрогание.

- Железо устало от сна, - провозгласила Миоцен, улыбаясь своей почти детской мудрости. - И времени у нас немного.

Одним словом и взглядом капитанам были предоставлены подъемные кары, и все кары на мосту - пустые и полные - начали спускаться к Храму.

- Вы знаете, что вышла из строя система контроля над землетрясениями!? - визжала администратор. - Почва под городом уже сдвинулась на пять метров?

- Знаю, - подумав, ответила Миоцен.

- Надо ли погрузить основной персонал на машины? Чтобы спасти его?

Администраторша, разумеется, говорила о себе.

- Да, - равнодушно ответила Миоцен. - Конечно. Но вы должны остаться здесь до тех пор, пока не соберутся все, ясно?

- Слушаюсь, мадам, слушаюсь…

Они заняли самый большой кар. Уошен вздохнула, села между Миоцен и Локи, и кар прыгнул в небо. Ветер засвистел в ушах. Мост промелькнул мимо, и борта кара заскребли по стенам туннеля. Кто-то закричал, и не сразу Уошен поняла, что кричит она сама. Локи, оторвав руку от акселератора, коснулся ее колена.

- Даже если погибнем, шанс выиграть остается,- Печально и сурово произнес он.

- Этого мало.

Снова перед ними оказался мост, и Миоцен громким шепотом заговорила с кем-то.

Уошен повернула голову, думая, что обращаются к ней. Нет, старая сука разговаривала с кем-то, видимым только ей одной. Ее лицо прояснилось и каким-то странным образом казалось даже счастливым.

- Что вы делаете? - начала Уошен, но они были уже в зоне действия контрфорсов, разум их отключился, а кар подбрасывало и кидало, и туннель, по которому они ехали, трясло до тех пор, пока, наконец, их не вынесло наверх.

Двери открылись с мягким, но каким-то незнакомым шипением.

Капитаны срыгнули, и спустя минуту весь воздух внутри пропах желчью.

Все выбрались на открытую бриллиантовую платформу в рассеянный серый свет почти пустого бывшего базового лагеря.

Там их ждали двое. Доблестный плакал не стесняясь. Тилл, наоборот, уставился на Миоцен холодными глазами и еще холодней заметил:

- Ты даже представления не имеешь о том, что сделала, мама. Ни малейшего.

- Я знаю, что делаю - я спасаю Корабль! Мой Корабль. Только это теперь и имеет значение. Мой Корабль.

Мальчишеское лицо окаменело. Потом смягчилось.

Мост под ними раскачивало, подбрасывало, платформа подлетала на несколько метров и снова вставала на место.

Уошен посмотрела вниз. То, что на первый взгляд напоминало дождевые облака, было миллиардами столбов дыма и бесчисленными пожарищами, порожденными бесконечными смертельными землетрясениями, прорывавшими толстую поверхность, разрывавшими в клочья железо в наиболее слабых местах.

Потом она снова перевела глаза на присутствующих.

- В машину,- приказал Тилл, и его рука уверенно легла на плечо Доблестного.- Если хочешь, то и ты, Локи. Ты тоже можешь вернуться с нами.

Локи расправил плечи и ничего не ответил.

- Так умирай здесь,- крикнул Тилл.- Со всеми остальными…

Миоцен подняла руку.

В густом переплетении ее плоти, сосудов и костей таился маленький лазер. Он казался ненастоящим, бесполезным, скорее символическим. Но Уошен знала, что он запросто может испепелить человека, не оставив ничего. И по лицу Миоцен она знала, что сейчас она убьет своего сына.

Но выстрел так и не прозвучал.

Сверху упал сноп света, уничтожив ее оружие вместе с рукой. Но вместо болевого шока Миоцен неожиданно почувствовала в себе дикую разрушающую силу. Наклонившись вперед, она ударила в сына всем телом в тот момент, когда платформа подпрыгнула в очередной раз. Новая пурпурная вспышка сожгла ей ноги.

Уошен упала и посмотрела наверх.

Она увидела солдата-Бродягу. Кажется, это был Гольден. Он стоял на высоком рабочем мостике, целясь из большого лазера с профессиональным спокойствием. Последовала целая серия выстрелов, слишком быстрых, чтобы их сосчитать. Она повернула голову к Миоцен и увидела, как та исчезает в клубах кипящей крови и белого пепла.

Но, умирая, она все еще цеплялась за сына и все еще продолжала бормотать:

- Тилл! - И в голосе ее звучали и нежность, и обреченность, и вина.- Прошу! - шептал и шептал кипящий рот.

Потом все кончилось. Точный хирургический выстрел полностью сжег голову вместе с зеркальной фуражкой, и спустя мгновение ее сын снова повернулся к кару, но и того уже не было.

Вся машинерия моста остановилась. Доблестный несся вниз, пытаясь спасти драгоценный кар.

Миоцен своим нападением спасла сына.

Уошен смотрела на Тилла, но видела на этом привлекательном лице только одну мысль. Как это могло случиться? Ради чего все это происходило?

- И что мне теперь делать? - тихо спросил он неизвестно у кого.

Если ответ и последовал, то Уошен его не услышала.

Но кто-то, должно быть, все-таки услышал, потому что уже более не колеблясь Тилл рванулся в открытые двери, которые тут же за ним закрылись, мост снова зашатался, Хребет закачался и стал медленно опускаться к пылающему лику кипящего Медулла оссиум.

99
{"b":"103161","o":1}