ЛитМир - Электронная Библиотека

– Нужно разобраться с Паркхерстом, – сказал Амадеус. – Я хочу, чтобы ты принял предложение деда и занял свое место в обществе.

Александр открыл рот, собираясь спорить, но констебль Блэк положил руку ему на плечо.

– Твоя гордость мешает тебе признать родство, – произнес он, – но в душе ты считаешь иначе. Поверь мне. Ты не можешь причинить старику боль сильнее, чем та, которую он причинил себе сам. Тебе нужен повод, чтобы все исправить, и я даю тебе этот повод.

Александр задумался. Ему нужно время, чтобы собраться с мыслями и признать вину за то, что он отрекся от родных людей.

Александр не поехал в экипаже, а пошел на Парк-лейн пешком. Проходя мимо особняка герцога Инверари, он на минутку остановился. Нужно извиниться перед Рейвен. Он не хотел ей грубить. Но как объяснить девушке причины своего неподобающего поведения? Только держа ее на расстоянии, он мог охладить жар, который испытывал, глядя на нее.

Парк-лейн восхищала роскошью зданий. С одной стороны улицы простирался Гайд-парк, с другой стояли великолепные особняки. Воздух был пропитан смешанным ароматом множества цветов и подстриженной травы. Да уж, богачи неплохо устроились в этой жизни.

И вот Александр уже стоит перед входом в особняк деда и убеждает себя, что помириться со стариком необходимо. По крайней мере чтобы поймать убийцу. Но что еще важнее, старик мучил родителей Александра, а кончил тем, что бесконечно терзает себя.

Герцог Эссекс – одинокий старик. Отец Александра понял бы, почему он хочет помириться.

Александр поглубже вздохнул, поднялся по ступеням, постучат в дверь и приготовился к ожиданию.

Дверь распахнулась. На пороге стоял немолодой мужчина – дворецкий его деда.

– Добрый день, милорд. Входите, пожалуйста.

Теплый и доброжелательный прием удивил Александра, ни разу до сих пор не подходившего к этому особняку.

– Вы знаете, кто я такой?

– А вы разве не знаете? – ответил дворецкий.

– Я-то знаю. – Александр криво усмехнулся. – А вы?..

– Твигс. – Дворецкий показал в сторону лестницы. – Проходите. Его светлость пьет чай в гостиной.

Александр шел вслед за Твигсом вверх по лестнице, а потом по коридору в семейную гостиную, по дороге отмечая сдержанную элегантность убранства. Никакой безвкусицы.

– Ваша светлость, – возвестил Твигс, – маркиз Базилдон просит…

– Вижу я, кто это, – оборвал его герцог.

Твигс ужасно расстроился.

– Старый брюзга мог бы дать мне договорить. – пробормотал дворецкий, поворачиваясь к двери. – Я уже много месяцев никого не объявлял.

Александр посмотрел вслед уходившему дворецкому.

– Твигс?

Дворецкий остановился и обернулся.

– Да, милорд?

– Принесите чашку чаю.

Твигс расплылся в улыбке.

– Да, милорд.

Александр пересек гостиную и, не дожидаясь приглашения, опустился в кресло с подголовником, стоявшее напротив кресла деда.

– Нечего ему потакать, – пробурчал дед. – Внимание только вскружит ему голову.

Александр с трудом удержался, чтобы не рассмеяться прямо в лицо деду. Вместо этого он произнес:

– Я передумал насчет наследства.

– Хм… Я так и понял.

– Или вы предпочтете, чтобы я этого не делал?

– Разве я такое сказал?

Вернулся Твигс с чаем. Он снял с подноса фарфоровую чашку с блюдцем и поставил на стол небольшой чайник.

– Я принес вам сандвичи с огурцом, – сказал дворецкий, поставив на стол блюдо.

– Спасибо, Твигс.

– Всегда рад услужить. – Твигс бросил недовольный взгляд на хозяина и вышел из гостиной.

Александр отхлебнул чаю и взял с тарелки сандвич.

– Но предупреждаю, – произнес он, – я намерен жениться на Женевьеве Стовер и не собираюсь выслушивать ваши разглагольствования на эту тему.

Герцог Эссекс нетерпеливо вздохнул.

– Да мне плевать, женись хоть на цветочнице из Ковент-Гардена.

– Вы принимаете мои условия?

– А у меня есть выбор?

– Нет.

– Я уже прошел по этой дорожке с твоим отцом, а потом всю жизнь сожалел об этом, – признался дед. – Только не женись на ней мне назло. Жить в браке придется долго, Александр. Если ты сделаешь неправильный выбор, страдать будешь сам.

– Женевьева Стовер – это правильный выбор, – решительно заявил Александр. В голове тут же возникли мысли о черноволосой колдунье с загадочными глазами, но он постарался хотя бы на время отогнать их.

– Сходи завтра на Бонд-стрит, – сказал дед. – Купи себе приличную одежду.

– А что, моя так уж плоха?

Дед стукнул тростью по полу.

– Твоя одежда вполне подходит для расследования убийств, но не для приличного общества.

Александр наклонил голову.

– Замечание принято, сэр.

– Хм… пожалуй, тебе пора согласиться с тем, что ты многого не знаешь, – пробурчал дед. – А теперь расскажи мне, как продвигается расследование.

– Вам интересно?

– А с чего бы я иначе стал спрашивать?

Александр улыбнулся старику:

– Из вас получился бы настоящий преступник.

– Это еще почему?

– У вас привычка отвечать вопросом на вопрос, – пояснил Александр. – Мы никогда не смогли бы обхитрить вас и добиться признания.

На губах деда появился намек на улыбку, но только на мгновение.

– Если бы я не нуждался в этой трости, мог бы начать преступную жизнь.

– Кстати, о преступлениях, – сказал Александр. – Я пришел сюда с Милл-Бэнк, недалеко от моста Воксхолл-Бридж. Мы нашли там тело, усыпанное лепестками роз. Мы считаем, что это муж решил избавиться от своей жены, но свалить вину на убийцу «с лепестками роз».

– Он сознался?

Александр покачал головой.

– Но констебль Блэк без труда справится с допросом этого типа.

– На этой неделе граф и графиня Уинчестер дают бал, – сказал дед. – Я хочу, чтобы ты пошел на него со мной.

– С удовольствием. – Александр встал, собираясь уходить.

– Могу я спросить, почему ты передумал и решил принять наследство?

Александр посмотрел на деда и увидел одинокого старика, много лет прожившего с угрызениями совести.

– Констебль Блэк посоветовал мне помириться с вами.

Дед склонил голову.

– Я благодарен ему за вмешательство.

– Увидимся завтра, после того как я схожу на Бонд-стрит.

Дед прищурился.

– Прекрати меня жалеть. Я этого терпеть не могу.

Александр холодно посмотрел на старика:

– Почему это я должен жалеть никчемного сукина сына, так обидевшего моего отца?

Старик широко улыбнулся:

– Ты напоминаешь мне меня самого.

Александр улыбнулся в ответ.

– Если вы еще раз так оскорбите меня, я отрекусь от вас.

Дед откинул голову и громко расхохотался.

В полночь, когда все давно спали, Фэнси размышляла. Она ошибалась в князе. Верно, Степан не самый ответственный мужчина в Англии. Он до сих пор не нашел себе достойного занятия, зато комплименты женщинам срываются с его уст очень легко.

Но князь вовсе не вельможный распутник, каким был ее собственный отец. Он любит женщин; его комплименты рассчитаны на то, чтобы каждая женщина почувствовала себя особенной – будь то герцогиня или горничная. Он каждую неделю выкраивает время на чаепитие с племянницами, а это говорит о его нежной, любящей натуре. От его сыновьей любви к матери сжимается сердце.

Фэнси выглянула в окно. На черном бархатном небе сияла полная луна, заливая мир светом и укутывая тенями. Там, вдали, домик на дереве ждал, когда к нему вернутся дети.

Комнату заполнил запах корицы. Фэнси знала – это няня рядом, чтобы охранять ее; ей снова вспомнились нянины слова: «Слушайся разума, дитя, но следуй за своим сердцем».

Разум предостерегал ее, советовал держаться подальше от князя, чтобы не превратиться в такую, как мать. Сердце требовало, чтобы она бросилась к нему в объятия и доверилась его любви.

Одно Фэнси знала точно. Она не хочет умереть, не познав любви.

Решится ли она пробраться в его спальню? Или лучше подождать до утра и сказать ему…

44
{"b":"103167","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сны о Чуне
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Продвижение личных блогов в Инстаграм
Невольный брак
Злобный босс, пиджак и Танечка
Как разговаривать с девушками на вечеринках
Приключения Серёжи Царапкина
Бойся, я с тобой
Лейилин. Меня просто нет