ЛитМир - Электронная Библиотека

Там было вдоволь очаровательных белокожих женщин – особенно в Плезант-Хилл. Мужчины не замечали некрасивую девчонку-сорванца со слишком смуглой кожей. Старая дева – это определение прекрасно подходило Индии Маршалл.

Женщина поставила бокал на тумбочку возле томика «Тысячи и одной ночи». Почему она не родилась счастливой принцессой, героиней ее любимого сказания? Все его мужчины мечтали о дочери султана, а особенно сильно – Аладдин. Все его помыслы были связаны с этой принцессой.

О, волшебство!

Обрести чью-то безоглядную любовь было самой заветной мечтой Индии Маршалл.

Однако осуществиться эта мечта может только с помощью черной магии.

– Эмили, даже если бы я захотела рискнуть соблазнить майора О'Брайена и скомпрометировать его, то побоялась бы выставить себя на посмешище. Я провела достаточно много времени перед зеркалом бабушки Мейбл и знаю, что не похожа на милую Персию и других моих сестер. И, уж конечно, на дочь султана.

Но майору очень понравились ее глаза, он хотел снять с нее одежду… Возможно, он так несчастен, что сможет забыть о ее излишне резком язычке и внешней непривлекательности.

Эмили понимающе замурлыкала.

– О, кошка, что я делаю? Замышляю соблазнить? Но я не должна дарить этому уроженцу Теннесси, заставляющему страдать сыновей Юга, самое дорогое, что есть у женщины.

Однако это война.

– Я не позволю майору отправить телеграмму в Вашингтон.

А как бы поступила на ее месте Персия?

Глава 4

Вытянувшись на кровати, Коннор почесал обнаженную грудь и усмехнулся. Он не сомневался, что связанная с Индией Маршалл проблема решена. Ударить его по головке! Ха! Индия Маршалл в роли кокетки – это нечто забавное. Ему следовало бы ответить на эту ее угрозу смехом. Это подлило бы масла в огонь.

Кто же она на самом деле? Санитарка или авантюристка? Документы Индии выглядели убедительно, и она была права – красивых молодых девушек не допускали к службе в добровольческих медицинских частях, созданных Кларой Бертон.

Вспомнив, что Индия назвала его эгоистом, Коннор нахмурился. Дэниэл О'Брайен был эгоистом, но его сын не думал, что унаследует эту черту. Я – эгоист? Коннор утвердительно ответил на этот вопрос. Гордиться этим не стоило, но это было правдой. Женщины умеют проникать в мужскую душу.

Индия. Эта женщина вызывала раздражение. Есть ли у нее слабое место? Он бы хотел обнаружить какую-нибудь ее слабую черту. В постели, например. Или в другом месте. Плохая мысль. Было бы лучше, если бы Индия утром уехала.

Коннор взял пачку писем, чтобы перечитать поздравления от тетушек. Как он и предполагал, послание тети Феб было совершенно нелепым. Изящное письмо тети Тессы отражало ее характер. Две славные женщины, воспитавшие его. Коннор скучал по своим родственницам. Несмотря на то что этой осенью тети нанесли ему короткий визит, путешествуя на борту «Дельты стар», флагманского грузового парохода Берка О'Брайена, в компании Юджина Джиннингса.

В отличие от Берка и тети Феб Коннор, как и его дед, не осуждал тетю Тессу за ее романтическую дружбу со смуглым иностранцем. Странная связь, подумал он. Джиннингс напоминал пирата-дикаря, нрав которого смягчила беззаботная жизнь в Мемфисе.

Действительно ли он был евнухом?

Коннор точно знал, что Джиннингс присаживался на корточки, чтобы помочиться. В любом случае это касается только самого Джиннингса. К тому же этот человек казался доброжелательным и совершенно безобидным. Тетя Тесса получала удовольствие от его общества. Почему Берк О'Брайен и тетя Феб едва терпели этого иностранца?

Любопытно, что сказал бы о Джиннингсе Джон Марк?

Никто из членов семьи не видел младшего из братьев О'Брайен после его ссоры с дедом. Но Коннор полагал, что Джону Марку не было никакого дела до выбора тети Тессы. Джон Марк плевал на семью.

Коннор не одобрял поведения давно исчезнувшего брата.

Внимание майора привлекли звуки, проникавшие через окно второго этажа. Повстанцы пели хором свой гимн каждый вечер. Они славили мятеж, обрушивая на остров и близлежащие поселения какофонию нестройных голосов:

– …братья, земляки, сразимся за свободу, отдадим за нее наши силы, кровь и богатство. Прославим наш синий флаг…

– Глупые обманутые негодяи. – Коннор встал с постели и босиком подошел к окну. – Если им доведется вернуться в их дома, то там уже будет реять звездно-полосатый флаг.

А до этого момента многие из них умрут. Многие уже умерли от болезней и холода. «Лапочка» Лоренс был слишком скуп, чтобы тратить государственные средства на предателей. И слишком злой, чтобы заботиться о ком-то, кроме себя самого и своей драгоценной племянницы. Его не интересовали людские страдания.

Коннор О'Брайен был обязан выполнять приказы Лоренса, но имел право осуждать их.

Не желая слушать гимн южан, он отошел от окна и снова лег в постель. Однако успел отметить, что кто-то идет по коридору, приближаясь к его комнате.

Лежа спиной к двери, Коннор не обернулся. Он был уверен, что его гостьей станет Индия Маршалл. Будь она проклята. Вино совсем лишило ее разума. Его слова, к сожалению, так и не проникли в ее затуманенное сознание.

– Вам требуется помощь для сборов, мисс Маршалл? – не оборачиваясь, спросил майор.

– Нет. – Женщина помолчала. – Я, хм, хочу заключить сделку.

Коннор не шевельнулся. Индия прочистила горло и мобилизовала все свое мужество.

– Какую сделку? – Майор был невозмутим.

– А какую бы вы предпочли? – последовал встречный вопрос.

Этот голос принадлежал пьяной в стельку женщине.

Ну и вопросик. Коннор не злоупотреблял спиртным, но иногда с удовольствием пил немного виски. Он был самым обыкновенным мужчиной. Но старался не терять головы.

– Вы пьяны. В дороге вам понадобится ясная голова. Отправляйтесь в постель, – приказал он.

– Вот именно. Это я и имею в виду. Постель. Вы ведь упоминали подарок ко дню рождения, – бормотала Индия тоном соблазнительной мольбы. – Я весьма предусмотрительна, когда речь идет о дне рождения.

Предательская улыбка вырвалась наружу и тронула его плотно сжатые губы: он вспомнил запах лаванды, соблазнительные формы, которые не могла скрыть даже мешковатая одежда. И глаза цвета индиго.

«О'Брайен, настоящие воины не спят с врагом. Тем более с женщинами типа Клары Бертон», – мысленно сказал себе Коннор.

– Почему вы медлите, майор? Прежде вы ведь хотели, чтобы я разделась.

О'Брайен повернулся. Как он и предполагал, в экзотической, смуглой сирене не было ничего старческого. Не течет ли в ее жилах индейская кровь? В любом случае ему нравилось то, что он видел.

Волнистые черные волосы ниспадали на ее плечи и спину. Майора завораживали соблазнительные очертания, прикрытые лиловым шелком. Маленькие ноги были обуты в атласные тапочки с загнутыми мысками. Индия неслышно скользила к нему, очаровывая, точно Шехерезада, рассказчица из книги, лежавшей в ее комнате.

Нет, эта девушка не была красавицей вроде Антуанетты Лоренс или чувственной героини арабских сказок. Черты ее лица были слишком резкими и не соответствовали стандартам классической красоты. Однако облик Индии Маршалл ласкал взор и вызывал тепло в паху.

– У вас в глазах порочный блеск, – прошептала она.

– Как и у вас. – Майор не отводил взгляда от ее волнующих глаз. Женщина вела себя дерзко. Однако при этом в голосе Индии он отметил нотки страха, а руки ее еле заметно дрожали.

– Вы сознаете, что делаете? – тихо спросил он.

– О да.

Похоже, Индия чем-то рот прополоскала, желая устранить запах вина. Накрашенные губы женщины выглядели весьма соблазнительно.

– С днем рождения, майор, – прошептала она.

Коннор понимал, что ему следует выгнать ее. Он даже приказал себе сделать это. Однако джентльмен не должен оскорблять даму…

В его глазах появилось что-то. Желание? Пусть это будет правдой, сказала себе Индия. Майор размышлял, стоит ли ему принимать такой подарок. Замечает ли он, как дрожат ее руки и ноги? Попытка Индии сыграть соблазнительницу была достаточно неуклюжей. Однако даже более старым и уродливым, толстым или худым женщинам ведь удавалось добиться подобной цели! Конечно, она сумеет обворожить упрямого уроженца Теннесси.

11
{"b":"103170","o":1}