ЛитМир - Электронная Библиотека

Коннор теребил пуговицу на своем мундире.

– Мне тоже не хочется разговаривать с моим бывшим начальником. Но у нас возникла проблема. Берк сказал, что Лоренс и его команда настигнут нас раньше, чем мы успеем создать нужное давление в котле.

– Они увидят карантинный флаг и вернутся назад, – попыталась успокоить их Индия.

– Сомневаюсь, – возразила Антуанетта. – Он гонится за мной, и ничто его не остановит.

– Чего же мы ждем? – Индия выпрямилась. – Антуанетта, ищите укромное место. Коннор, отведи меня в машинное отделение. Давайте создадим нужное давление в котле.

Индия была просто удивительной женщиной. Коннор потер ладонью свой закопченный лоб, оперся о лопату и посмотрел на маленький ураган по имени Индия. Его невеста бросала уголь в топку, помогая двум кочегарам. До последнего момента Коннор делал то же самое. Индия работала целый час, не замечая безжалостной жары и грохота клапанов.

Он нуждался в отдыхе, хотя не желал признаваться в этом. Ее брат избавил его от необходимости искать предлог для передышки. Спустившись по лестнице, Мэтт Маршалл крикнул:

– Все в порядке. Мы оторвались от Лоренса. Все радостно завопили, Индия положила лопату, чтобы броситься в объятия Коннора.

– Отличная работа, приятель.

– Из тебя вышел бы отличный кочегар, верно? – улыбнулся он, наслаждаясь ее близостью.

– Коннор… думаю, Роско Лоренс еще напомнит о себе.

– Индия Маршалл, у нас и без него хватает забот. Если он появится снова, мы опять убежим.

– Но Антуанетта…

– Это не наша проблема. Действительно, у них хватало своих забот.

Коннору с большим трудом удалось выпросить у Стю Льюиса отсрочку; он не мог гарантировать, что ему удастся найти Индию. Но он сделал это. Не совершил ли он ошибку, поклявшись оставаться рядом с ней? Нет. Он рассчитывал, что ей удастся обрести свободу. Тогда он сможет помчаться в Джорджию, к своему воинскому долгу, а потом вернется к Индии.

– О чем ты думаешь? – спросила она.

– Я еще не имел возможности сказать тебе, но… Берк приказал спустить карантинный флаг. Наша жизнь вступает в новый этап. – Заглянув в ее темно-синие глаза с лавандовыми крапинками, он подмигнул ей. – Как только мы доберемся до Натчеза, для нас зазвенят свадебные колокольчики.

– Сначала – поиск, потом – свадебные колокольчики. Не забывай, что мы должны разрыть погреб моей сестры.

– Забудь слово «мы». Мэтт и я в ладу с законом. А ты – нет. Копать буду я с твоим братом.

Она вскинула голову.

– Несколько минут назад ты так тяжко дышал, что приходится констатировать: лопатой ты владеешь неважно.

– Согласен, ты права, – улыбнулся Коннор. – Нам пригодится твое умение орудовать лопатой, моя Кнопка.

Он взял ее за подбородок.

– Ты нуждаешься в моих… услугах?

– Возможно, – кивнула она. – Натчез еще далеко, и у нас в запасе еще несколько ночей. Ты умеешь пробираться в темноте в каюту женщины?

– Я превосходно владею этим искусством.

– Кто-нибудь видел, как ты шел сюда?

Коннор изобразил возмущение.

– Инди, ты меня недооцениваешь.

– Перестань меня щекотать!

– Это в наказание за то, что ты не веришь в мои способности.

– Горе мне, несчастной. – Индия засмеялась.

– Эта койка слишком коротка. Мои ноги упираются в стенку.

– Прошлой ночью ты не жаловался.

– Я не мог. Ты не оставляла мне шансов, соблазнительница. – В каюте было так темно, хоть глаза выколи. Коннор припал губами к шее Индии, усмехнулся, когда она заерзала. Та ночь имела свои достоинства и недостатки, но сегодня… сегодня боли уже не будет. – Почему бы нам не перебраться на пол?

– На палубу, сухопутная крыса, на палубу. – Она ущипнула его обнаженную ягодицу. – Пол на корабле называется палубой.

– Век живи, век учись. Так как насчет пола – то есть палубы?

– Если ты настаиваешь.

– Не изображай такое безразличие. – Он помог Индии устроиться на ковре. Восставшая плоть Коннора касалась бедер молодой женщины, майор был готов отдаться бушевавшей в нем страсти, но он сдерживал себя. Эта ночь была ночью Индии.

– Мне кажется, будто я парю в воздухе, – призналась она, тяжело дыша.

– Я напоминаю тебе облако? – пошутил он. – По-твоему, я такой же рыхлый, как Джиннингс?

– О, нет. Ты весь такой твердый.

Они оба усмехнулись, и она осмелилась провести пальцем по предмету его мужской гордости.

Ночной ветерок врывался в каюту через иллюминатор. Индия подставила Коннору шею, и он принялся целовать ее. От Индии пахло мятной лепешкой, которую она съела на десерт.

Когда их уста разъединились, Индия провела пальцем по щеке Коннора. Кончик его языка устремился вверх, отыскал ее глаз, коснулся носа, верхней губы. Вырвавшийся из уст Индии стон был таким же волнующим, как исходивший от ее тела запах лаванды.

Коннор хотел давать больше, чем получал сам; он принялся целовать ее плечо, потом ложбинку между грудей. Она была роскошным даром. У Индии были восхитительные соски. Не слишком большие и не слишком маленькие. Он обожал их. И он никогда не утолит свой голод. Как и она.

Индия поражала Коннора своей раскованностью. Он ликовал, когда она обхватывала его ногами. Он с самого начала догадывался, что она – страстная женщина. И Индия его не разочаровала. Она была Шехерезадой и принцессой из «Тысячи и одной ночи».

«Она так любила эту книгу, а я сжег ее. Надо купить ей другую. При первой возможности», – подумал он.

– Коннор…

– Як вашим услугам, мэм.

– Ты не хочешь сделать то, что ты делал со мной в том вагоне?

На его лице появилась улыбка. Улыбка, осветившая каюту, точно сиявшая над пароходом луна.

– Вперед, легкая кавалерия.

Она засмеялась. Он – тоже. Он не сознавал, какой покой может дарить смех, пока в его сердце не ворвалась Индия. Ее оружием были любовь и нежность. Она сумела преодолеть все укрепления, которые он возвел в своей душе.

– Ну что, вперед? – подтолкнула его Индия. Он закинул ее ногу себе на плечо. Господи. Как замечательно она пахнет! Коннор наклонился. Жесткие волоски, обрамлявшие вход в ее лоно, щекотали его губы. Язык Коннора затрепетал, Индия приподнялась, застонала.

«Ты больше не можешь это выдерживать, Коннор», – мысленно произнес он.

Нет, может. Он доведет Индию до пределов блаженства и лишь после этого войдет в нее. Он знал, что его пенис слишком велик для Индии. Фитц часто говорил: «Любая машина нуждается в смазке, внук». Коннор должен убедиться в том, что Индия готова.

Индия прогнулась и оросила его лицо своими соками. Ее крик заполнил каюту. Коннор поблагодарил магию, кто бы ни был повинен в ней – сама Индия или волшебная лампа.

– Тише, дорогая. Ты разбудишь всех пассажиров.

– Будь ты неладен, Коннор О'Брайен. Сделай это. Скорее. Пока я не закричала еще громче, пока всех не перебудила.

Она готова. Он усадил ее на себя.

– Прошлой ночью ты назвала меня жеребцом, обвинила в том, что я разорвал тебя на части. Эта ночь – твоя, Инди. Ты – госпожа.

– Я ничего не умею.

– О, нет, умеешь. Просто подчиняйся своим инстинктам. Иди ко мне, дорогая. Я буду руководить твоими действиями, пока ты не возьмешь бразды правления в свои руки.

Он приподнялся, пытаясь войти в нее. И в конце концов проник в Индию. Она сжала его плоть, причинив сладостную боль.

– Действуй, Инди. Пока я не сделал все за тебя. Она бросала ему вызов. Ее ягодицы пришли в движение. Коннор проникал в нее все быстрее и быстрее. Никогда еще близость с женщиной не приносила ему такого удовольствия. Он находился на неизведанной территории.

Горячая, страстная Индия задрожала в экстазе. Он перевернул ее на спину. Он уже дал ей все, что должен был дать.

Потом они лежали в объятиях друг друга, ничего не говоря, купаясь в любви. Им требовался священник. Срочно. Они могли зачать ребенка, и Коннор не хотел, чтобы он оказался незаконнорожденным.

49
{"b":"103170","o":1}