ЛитМир - Электронная Библиотека

– Как я тебя понимаю, – поддержал друга Николо. – Моя Эмми услышала о тигренке в здешнем зоопарке. Я тоже предложил дождаться более прохладной погоды. Она согласилась, вскользь заметив, что тигренок к тому времени станет тигром, а Ники вырастет.

– Приоритеты меняются, – констатировал Дамиан.

– И к лучшему, должен сказать.

Дамиан и Николо понимающе улыбнулись друг другу.

– Но только не для нашего закоренелого холостяка. Все никак не найдешь ту самую единственную?

– Вы хотите сказать, никак не попадусь в ловушку? Как вы оба, – отшутился Лукас. – Просто я – доказательство того, что не каждый мужчина создан для брака.

– Я тоже так думал, – признался Николо.

– И я. И оказался неправ, – со своей стороны признался Дамиан. – Итак, Лукас, что привело тебя в раскаленный Нью-Йорк?

– Дела.

– Жаль. Я подумал – вдруг женщина?

– С чего бы это?

– Так просто подумалось.

– Я же сказал – дела. И ничего больше. Не родилась еще та женщина, ради которой я бы предпринял такое путешествие.

Николо и Дамиан обменялись быстрыми взглядами. Обоим им послышалась фальшь в голосе друга?

– Я закончил сделку с банкиром. Он настаивал на личной встрече, был готов прилететь в Испанию. – Лукас обнаружил, что его бутылка пуста, и жестом попросил еще одну. – Но к чему такое беспокойство, если я могу быть в Нью-Йорке через несколько часов?

– Конечно, – осторожно согласился Николо. – Лучше встретиться там, где на тротуаре можно жарить яичницу, чем в прохладном патио в Марбелье, наслаждаясь морским бризом.

– Что ты хочешь сказать?

– Да ничего.

Дамиан не выдержал и рассмеялся, но, заметив выражение лица Лукаса, сделал вид, что закашлялся.

– Очень смешно. Мне просто было удобнее встретиться здесь. А яичницу лучше жарить юго-восточнее.

– Точно, во Флориде. Я однажды читал статью…

– В Техасе еще жарче…

– Значит, Техас? – Николо посмотрел на Дамиана и подмигнул. – Но в Техасе нет тротуаров…

– Жители Остина и Далласа очень бы обиделись, услышь они тебя.

– Техас, – холодно перебил острословов Лукас, – это ничего больше, чем полынь и гадюки, греющиеся под солнцем. – Он глотнул пива и снова сделал знак бармену принести следующую бутылку. – И если я его больше никогда не увижу, я буду только счастлив.

– Что лично ты имеешь против Техаса? – полюбопытствовал Николо.

– С чего бы мне иметь что-то личное?

– Ты говоришь как-то уж очень неравнодушно…

– Я встретил в Техасе женщину.

Николо взглядом передал инициативу Дамиану.

– И? – осторожно спросил тот.

– И, – Лукас кивнул бармену, – и ничего. Просто я встретил женщину. Пару месяцев назад. В Техасе. Все.

– И теперь ты мечтаешь никогда больше не увидеть штат Техас?

– Чертовски верно.

– А имя у женщины есть?

– Алиса. Алиса Монтеро Макдоноу. Ладно, забудьте, что я сказал. Она ничего для меня не значит.

– А-а-а, ну тогда…

– Мы встретились потому, что дед сказал, что я должен купить кобылу. А оказалось, что я должен был приобрести жену.

Дамиан открыл рот, но Николо больно стукнул его по ноге под столом.

– Но я же не идиот и не позволил заманить себя в эту ловушку. Я сказал об этом Алисе, но потом взял ее с собой в Испанию.

На этот раз Дамиану пришлось пнуть Николо, чтобы тот не перебивал.

– Закончилось тем, что я наделал глупостей. А потом дед сказал то, чего не следовало, Алиса показала свое истинное лицо и уехала обратно.

Друзья молчали, Лукас отпил еще пива.

– В Техас? – уточнил Николо. Лукас кивнул.

– И ты рад, что избавился от нее?

– Конечно.

– Тогда почему ты в таком ужасном настроении?

– Почему ужасном? – Лукас передернул плечами. – Да! Я – идиот, я позволил ей отчитать меня и не ответил достойно.

– Знаешь, – произнес Николо, – это не мое дело…

– Да, – перебил его Дамиан, – и не мое тоже, но, думаю, Николо хочет дать тебе тот же совет, что и я. Поезжай в Техас. Отчитай эту Алису, выскажи все, что хотел, когда она ушла.

– Вы думаете, нужно?

– Безусловно. Лети в. Техас и выскажи все, что у тебя на уме. Верно, Барбьери?

Николо кивнул.

– Вы правы! Нужно закончить эту историю. Я поеду и скажу Лисе…

– Мне показалось, она Алиса, – ляпнул Дамиан и зажмурился в ожидании пинка под столом.

На скулах Лукаса заходили желваки.

– Я звал ее так, когда думал… Ладно. Спасибо вам обоим за совет.

– А зачем еще нужны друзья?

Трое мужчин поднялись из-за стола, пожали друг другу руки, похлопали по плечам. Лукас достал портмоне, но Николо и Дамиан махнули руками.

– Иди уже, – велел Дамиан.

Глядя на удаляющуюся спину, Николо усмехнулся.

– Бедный, бедный. Он влюблен.

Дамиан усмехнулся в ответ.

– Еще один повержен в прах.

И друзья расхохотались.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Алиса никак не могла справиться с плохим настроением. Не просто плохим, а ужасным, неуправляемо отвратительным, хотя внешне жизнь налаживалась. Банк больше не дышал ей в затылок – Эль Ранчо Гранде теперь принадлежало ей. Жизнь день ото дня становилась все лучше и лучше, если бы только не мысли о самонадеянном, высокомерном испанском принце.

– Что с Алисой такое? – случайно подслушала она один раз разговор своих работников.

Сплюнув табачную жвачку на землю, старший работник высказался в том духе, что он, конечно, не уверен, но это вполне может быть связано с тем, что она скучает по тому испанскому парню.

– Я не скучаю по испанскому парню, – ответила Алиса, появившись перед ними. – А вам двоим нечем заняться, кроме как сплетничать?

Позже она извинилась перед ними с помощью яблочного пирога. Разве Джордж виноват в том, что ошибся? Она не скучает по Лукасу, она его ненавидит. Презирает. Не хочет больше никогда видеть.

У Алисы перехватило горло, она моргнула – на глаза внезапно набежали слезы.

Она вывела Bebe на их ежеутреннюю прогулку. Было только шесть утра, но жара уже была невыносимой. Это Техас, подумала она с улыбкой и легко взлетела на спину жеребца.

На ранчо в Монрое сейчас ночь. В Марбелье тоже. Там тепло, но морской бриз несет прохладу…

Жара или не жара – она лично предпочитает Техас!

Здесь живут честные и прямые люди… Да уж – Тадеус поприветствовал ее словами о том, что готов купить ранчо теперь, когда оно ее. Она сможет начать все сначала, и пусть ее не волнует, что он перепродаст ранчо застройщику.

А что, если бы она вернулась к Лукасу? Снова ложь? Как всю жизнь лгала ее мать? Отец? Хотя чем больше проходило времени, тем отчетливее Алиса понимала, что они лгали из-за любви. Да, плохо или хорошо, но ими двигала любовь.

Сама-та она вон, что натворила из-за любви! Нет, она никогда не любила Лукаса. Она лгала себе, ведь должна же женщина чем-нибудь оправдать свой поступок, когда дарит свою невинность бессердечному незнакомцу.

Bebe в поддержку фыркнул, и Алиса обняла его за мощную шею.

– Ты – моя единственна любовь, – прошептала она.

Они поскакали по пыльной дороге – сначала она пустила жеребца рысью, потом галопом, чувствуя, как спадает напряжение. Она принадлежит этому месту, этой земле…

Что это там впереди? Большое и черное? Бык, сбежавший с соседнего ранчо? Лошадь?

Нет, это машина. Огромный черный внедорожник стоит посреди дороги, а рядом стоит идиот водитель.

Алиса натянула поводья, Bebe сердито фыркнул. Он очень не хотел, чтобы утреннюю пробежку испортил какой-то незнакомец…

О боже!

Даже на расстоянии она не могла ошибиться – эти сложенные на груди руки, высоко поднятая голова – «мне-принадлежит-весь-мир», эта гордая стать…

Испанский принц собственной персоной.

У Алисы промелькнула мысль развернуть Bebe и уехать, но она тут же устыдилась собственной трусости. Впрочем, можно снова наехать на него, как в первую встречу. Нет, провести остаток дней в тюрьме за затоптанного копытами испанского принца она не хотела, он того недостоин.

23
{"b":"103182","o":1}