ЛитМир - Электронная Библиотека

Комок величиной не меньше кулака, образовавшийся в горле Улисса, грозил лишить его возможности говорить вообще.

– Долго я ждал, когда ты скажешь это, – еле выдавил он.

– Теперь не слишком поздно?

– Нет, черт возьми, самое подходящее время. – Улисс помолчал, потом выпалил, будто прыгнул в холодную воду: – По правде говоря, никогда в жизни я так не нуждался в твоем совете, как теперь.

Глаза Патрика ожили и засветились, на лице его расплылась широкая улыбка, и он заключил Улисса в объятия.

– Я постараюсь помочь тебе, если смогу.

– Мне кажется, я влюбился, – выпалил Улисс.

– Так это же замечательно! – Патрик хлопнул сына по спине с такой силой, что от этого поощрительного шлепка могло свалиться дерево.

Это дало Улиссу секунду передышки.

– Загвоздка в том, что я не уверен. Может быть, ты расскажешь мне, что почувствовал, когда впервые увидел маму…

Голос его ослаб. Прошлой ночью, когда он разговаривал с Люком Тигом, с парнем, которого едва знал, он задал ему личный вопрос. Теперь он задал еще более интимный вопрос собственному отцу. Что, черт возьми, с ним творится?

Но Патрик, как видно, не нашел в его вопросе ничего странного:

– Ты знаешь, в твоей матери для меня был сосредоточен весь мир. До того как мы поженились, я думал о ней день и ночь, но особенно много я мечтал о ней ночью. Боже, что за сны мне снились! Каких усилий мне стоило сдерживать себя, когда она еще была замужем за Отто, а он был моим лучшим другом. В те дни я был упрямым ослом и мне было ненавистно такое положение вещей.

– Что же ты делал?

– Я не мог находиться вдали от нее. – Патрик хмыкнул. – Я имел обыкновение ездить верхом в Фредериксберг раз или два в месяц повидать ее. Я говорил ей, что соскучился по булкам Отто. Но уверен, она понимала, что я сохну по его жене. Мы тогда говорили обо всем на свете, и частенько между нами пробегала искра, способная зажечь пожар в прерии.

– Понимаю, что ты хочешь сказать, – откликнулся Улисс. Он всегда это понимал. Он чувствовал, что то же самое происходит между ним и Райной.

– А я знал, сынок, что ты влюблен в Алицию! – сказал Патрик с чувством глубокого удовлетворения. – Ты не мог бы сделать лучшего выбора. Если ты примешь мой совет, не откладывай надолго. Женщины не слишком уважают мужчин, которые сами не знают чего хотят и слишком долго колеблются.

Черт возьми! Улисс уже хотел было признаться отцу, какие чувства он питает к Райне.

– Я не готов, – сказал Улисс, стараясь выиграть время и соображая, как исправить ситуацию.

– Ни один мужчина никогда не бывает готов к браку. – Голос Патрика даже завибрировал от сочувствия к сыну. – Мы все становимся трусами, когда речь заходит о том, чтобы встать на колени перед женщиной.

Улисс попытался возразить:

– Мы еще плохо знаем друг друга. Похоже, что Алиция не питает ко мне романтических чувств. Не думаю, что Шарлотта пробудет здесь достаточно долго, чтобы мы с Алицией познакомились получше. У них в Англии другая жизнь. Я уверен, что им не терпится вернуться обратно. – Улисс замолчал.

Отъезд Шарлотты положит конец этому нелепому недоразумению. Хотя он и привязался к ней, но ему вдруг захотелось ускорить их отъезд. Тем временем на губах Патрика расцвела блаженная улыбка.

– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что Илке моя женщина. Но, думаю, я прекрасно могу разрешить твою дилемму.

– Не понимаю.

Впрочем, Улисс и не хотел понимать. У них завязалась странная беседа, и была опасность, что она станет еще более странной.

– Я как раз думал, – продолжал Патрик, – как нам уговорить остаться погостить наших дам подольше. И мне кажется, я нашел убедительную причину. На свете еще не родилась женщина, за исключением твоей матери, которая могла бы устоять против предложения отправиться по магазинам.

– Я не понимаю, какое отношение это имеет к Шарлотте и Алиции.

– У твоей матери не было времени обставить новое крыло. Я, бывало, журил ее за это. Думаю, у нее просто не хватало сил, но она не хотела, чтобы я знал об этом. Но ведь жалко, что целое крыло пропадает зря. Кроме того, это будет прекрасное место для новобрачных.

– Я все еще не понимаю.

– Я попрошу Шарлотту заняться новым крылом, конечно, с помощью Алиции. Это позволит мне задержать их здесь на несколько месяцев.

Отчаяние сжало сердце Улисса. И в то же время план Патрика был столь совершенным, что он не мог удержаться от смеха.

– Я и не представлял, что ты настолько хитер, отец. Знаю, что такой комплимент тебе вряд ли придется по вкусу, но из тебя бы вышел чертовски ловкий политик.

Террилл Микс не помнил такой зимы, как эта. В прошлом году зима была тоже суровой, но нынешняя обещала быть еще жестче. Во время снежного бурана навалило столько снегу, ни один старожил не мог такого припомнить.

Он чувствовал себя дураком, отправляясь верхом на ранчо «Гордость Прайда» в такой холодный день только ради того, чтобы узнать, что Алиция не пострадала во время этого урагана. Скорее всего она в эти дни и ногой не ступала за дверь, так что самой серьезной опасностью для нее мог стать грипп.

И все-таки он должен был видеть Алицию, чтобы удостовериться в ее безопасности. Он даже придумал предлог для своего появления на ранчо, такой, что Патрик проглотит и вопросов не будет задавать. Но в отношении Шарлотты Террилл не был столь же уверен. Она умела так посмотреть на мужчину, будто видела его насквозь и могла разглядеть, что у него в сердце. А если ей удастся раз увидеть, что у него внутри, она тут же увезет свою дочь в Англию.

Он выехал на дорогу, ведущую к ранчо де Варгасов, и неохотно повернул лошадь к их дому. Совесть не позволяла ему проехать прямо к Прайдам, не заглянув по дороге к де Варгасам и не проведав Рио и Велвет. Въехав по пологому склону на вершину холма, Террилл увидел их дом, уютно примостившийся в долине, похожей на блюдце, и остановился полюбоваться видом. Из труб поднимался дым, суля безветренную погоду.

Несколькими минутами позже он спрыгнул с лошади и привязал ее к коновязи. Дверь открыла Велвет. Хотя со времени его последнего визита прошло меньше двух недель, она выглядела более усталой и озабоченной, чем когда бы то ни было. Но гостеприимство не изменило ей.

– Входи, Террилл, – сказала она, беря его за руку и втаскивая в комнату. – Как приятно тебя видеть!

– Мне тоже приятно тебя видеть, – ответил он, снимая шляпу и куртку. – Я беспокоился о вас.

– О Рио и обо мне или о Райне? – Велвет бросила на него проницательный взгляд.

– Я беспокоился обо всех вас, и о Прайдах тоже, – объяснил он, потирая руки. – На улице изрядный морозец. Я бы не отказался от чашки кофе.

– Я только что сварила, – ответила Велвет, направляясь в кухню. Она слегка улыбалась, но на лице было задумчивое выражение. – Раз уж ты проделал такой дальний путь, оставайся обедать. Райна скоро вернется домой проведать Рио. Пока отец болеет, она все взяла на себя. Эта девочка может управлять ранчо не хуже любого мужчины.

Терриллу понадобилось несколько минут, чтобы переварить все то, что сказала Велвет.

– А что с Рио?

– Он свалился с инфлюэнцей как раз после снежного бурана и пока еще не вставал с постели. Но не знаю, как долго я еще смогу удерживать его дома. Может, ты сумеешь вразумить его.

Она налила кофе в эмалированную кружку и протянула ему.

– Ты знаешь, где его комната. Прихвати с собой кофе. Хотя Терриллу не терпелось увидеть Алицию, он не мог отказаться выполнить просьбу Велвет.

– Тебя правда не затруднит накормить меня?

Велвет разразилась своим характерным смехом, отличавшим ее от всех других женщин:

– Красивый мужчина никогда не бывает в тягость, солнышко.

Вид Рио привел Террилла в ужас. Он был белым как полотно, тело, казалось, съежилось и стало меньше.

«Боже, да он совсем старик», – вдруг осознал Террилл, пытаясь вспомнить возраст Рио. Когда Террилл нанялся работать к Прайдам, Рио было сорок пять. Значит, теперь под семьдесят.

53
{"b":"103186","o":1}