ЛитМир - Электронная Библиотека

– Это, наверное, потому, что вы очень страстный мужчина?

– А вот теперь пришла моя очередь ответить вам тем же: придется немного подождать, и вы сами увидите, Шарлотта, – ответил Патрик, наслаждаясь ее порозовевшими щечками.

– Надеюсь, ждать придется недолго, – пробормотала она. – Но вы вроде бы собирались рассказать мне о своем ранчо.

Патрику не надо было повторять эту просьбу дважды. Для него ничего приятнее не было, как рассказывать о местах, где он провел последние двенадцать лет. Он принялся подробно описывать местность, все манипуляции, какие проделывают со скотом, начиная от отела и кончая клеймением. Ну а закончил он свой рассказ детальным описанием дома, который был предметом его гордости. Тут уж он красок не пожалел.

Все время, пока Патрик говорил, Шарлотта не сводила с него своих янтарных глаз. Казалось, она была вся воплощенное внимание, как будто то, о чем он рассказывал, интересовало ее больше всего в жизни.

– Я надеюсь, вы не сочтете это бестактностью, – закончил он, – но к западу от Бразоса только у меня в доме есть ватерклозет, то есть внутренний туалет с водой, в комплекте с раковиной, цинковой ванной и шкафом.

– Это просто восхитительно и… практично, если учесть, что у вас нет рабов, чтобы выносить за вами эти… ну… хм, нечистоты. Я не знала, что в Техасе все так современно.

Шарлотта слушала долгие рассуждения Патрика и неимоверно скучала. Ну а описание ухода за породистым скотом: как его купают, кормят, лечат – все это буквально вогнало ее в сон.

Конечно, вполне естественно, что у мужчины есть какие-то интересы, которые женщина разделять не может. Но мать приучила ее выглядеть заинтересованной разговором. Это очень важно. И к тому же просто – надо только не сводить глаз с лица мужчины, а самой в это время думать о чем угодно.

В данный момент Шарлотту волновало другое. Ее служанка Элла Мэй так затянула на ней корсет, что дышать было невозможно. Долго она не вытерпит! Она также думала о новых платьях, заказанных в Лондоне. Скорее бы они пришли… Мысли ее были заняты теперь нарядами.

Но упоминание Патрика о туалете пробудило ее интерес.

Их плантация Виндмер была одной из самых процветающих на Юге, но даже у них не было такого туалета. Отец говорил, что это дорого стоит, а сейчас, когда все только и говорят, что скоро придется освобождать рабов, он не может себе позволить потратить на такие бесполезные вещи ни пенни.

Ее отец, благослови Господь его сердце, был безнадежно старомодным по сравнению с Патриком Прайдом.

– Может быть, мы с мамой нанесем вам визит когда-нибудь. Мне бы очень хотелось увидеть ваше ранчо и познакомиться с настоящими ковбоями. – И хотя Шарлотта не произнесла это вслух, но про себя добавила, что ей очень бы хотелось испытать этот, как он его назвал, ватерклозет.

– Я был бы этому несказанно рад. А тем временем я попрошу разрешения вашего отца встретиться с вами.

«Вот это действительно настоящая удача», – подумала Шарлотта, чувствуя, как учащается ее пульс.

В Натчезе уже почти месяц все только и говорили о Патрике Прайде. Он был богат, интересен и уже каждая незамужняя девушка в городе нацелила на него свой глаз.

«Как я должна реагировать на его слова? – размышляла она. – Скромно взмахнуть ресницами, потупить взор, томно вздохнуть? Или лучше смело посмотреть ему в глаза и сказать то, что я думаю с самого начала, как только села рядом с ним?»

Внезапно Шарлотта поняла, какой ответ больше всего его заинтригует.

– Я почувствовала сейчас огромное облегчение, Патрик, потому что, если бы вы не захотели со мной встретиться, я бы сама попросила об этом.

Глава 5

Эльке стояла обнаженная перед высоким зеркалом в своей спальне, изучая изменения, которые произошли за пять месяцев беременности. Ее груди стали больше и покрылись тонкими голубыми прожилками, а соски потемнели. Живот выпирал вперед, как миниатюрный холмик.

Никаких отклонений от нормы она не замечала, но подобными осмотрами занималась почти каждый день. Ей очень нравилось быть беременной.

Впервые в жизни она радовалась своему росту, не такому уж большому, всего метр семьдесят три, но все же она выглядела более стройной, чем низенькие женщины в ее положении. А надо признаться, сейчас она в свое платье едва влезала.

Вспомнив, что ее ждет Отто, Эльке поспешила одеться. Достала из гардероба чистую блузку и надела ее, оставив три нижние пуговицы незастегнутыми. А свою любимую серую юбку из саржи вообще с трудом смогла застегнуть.

Конечно, можно было бы затянуть корсет, но они с Отто решили, что корсет она носить не будет, чтобы не повредить ребенку. Как бы в подтверждение этих мыслей она почувствовала шевеление ребенка, и это в очередной раз ее восхитило.

В первый раз он шевельнулся месяц назад. И чем больше становился живот, тем сильнее были толчки. Теперь она могла почти с уверенностью сказать, в каком положении он там у нее находится.

Другие женщины, беременные первым ребенком, наверное, ворчали бы по поводу утраченной стройности. Она же радовалась. Что значит линия талии по сравнению с чудом зарождения новой жизни? Эльке никогда еще не чувствовала себя лучше и… счастливее.

С того самого утра, когда она сообщила Отто эту потрясающую новость, его поведение было образцовым. Большинство мужчин ведут себя в подобном положении достаточно сдержанно. Но не Отто. Он вел себя так, как будто был первым мужчиной на земле, зачавшим ребенка, и делал это так мило и естественно, что Эльке это совершенно не раздражало.

Он хлопотал над ней, как наседка над цыплятами. Она все еще продолжала работать в магазине, так он чуть ли не каждый час забегал навестить ее. Доктор сказал, что никаких оснований для беспокойства нет, но Отто был готов прекратить с ней супружеские отношения из боязни повредить ребенку.

Много ли мужчин на свете могут быть такими внимательными? – размышляла она, беря шаль с вешалки на стене. – И уж определенно не Патрик Прайд. Вспомнив его страстные поцелуи, она была почти уверена, что он на месте Отто, не задумываясь бы, потащил ее в постель.

Неожиданно при этой мысли у нее сладостно защемило в груди. Эльке в расстройстве покачала головой.

«Как я могла забыть, даже на секунду, что ношу ребенка Отто?»

Патрику небось ничего не стоило выбросить ее из головы. За все пять месяцев от него пришло всего одно известие. Он прислал Отто книги и короткое письмо, в котором говорилось, что он благополучно прибыл домой и что все нормально. В пакете также лежали три номера журнала Годи.

«Нет, – размышляла Эльке, – Патрик и думать забыл о том, что случилось между нами. И я буду последней дурой, если начну терять на него время».

Обернув вокруг плеч шаль, как бы ограждая себя от предательских мыслей, она вошла в гостиную, где ее ждал Отто.

В нем тоже за это время произошли кое-какие перемены. Отцовство, например, выпрямило его спину и приклеило к губам постоянную улыбку.

– Чего ты так долго, Liebchen? Я уже начал волноваться.

Эльке улыбнулась.

– Я ведь с трудом влезаю в свою одежду.

– Что же ты молчала? Мы немедленно должны купить тебе новую. И самую модную. Моя жена такая красивая, особенно сейчас. Мне завидуют все мужчины в городе.

«Отто сильно поглупел от любви», – подумала она с нежностью.

– По правде говоря, больше всего я сейчас похожа на корову. – Эльке взяла листовки аболиционистов, которые прислали на прошлой неделе из Бостона, сложила их в свою сумку и повернулась к Отто. – Сегодня тебе ехать со мной не обязательно. Ты и так всю неделю работал не покладая рук, так отдохни хоть в воскресенье. Я сама раздам все брошюры.

– Я даже и подумать не могу, что ты поедешь одна. Кроме того, мне полезно подышать свежим воздухом. – Отто надеялся скрыть от нее страх, терзающий все его нутро.

С тех пор как Эльке узнала о выдвижении Авраама Линкольна на пост президента, она решила раздавать аболиционистские листовки и брошюры всем своим клиентам. По воскресеньям же, когда булочная была закрыта, она развозила их по округе. Первое время он за нее не беспокоился, потому что ее сопровождала еще одна женщина. Кроме того, убеждал он себя, с лошадью и кабриолетом Эльке управляется лучше многих мужчин, и уж определенно лучше его.

13
{"b":"103187","o":1}