ЛитМир - Электронная Библиотека

Леонардо напрягся и выдал латинскую фразу, которую зубрил до этого в течение недели:

— Хомо хомини люпус эст![5]

— Ну-ну, — сказал хозяин города и помахал на прощание бокалом.

После ухода гостей Леонардо в разобранном состоянии духа бродил по мастерской. Несмотря на все требования Беса, в седло винтопеда он не сел — хватило вчерашнего.

— Какое свинство! — говорил великий изобретатель. — Во-первых, нельзя наживаться на чужом горе! Во-вторых, холодильник я еще два дня назад придумал! Это моя идея! Ну, допустим, не совсем идея, но предположение об идее. А он взял и упер идею. А почему я-то ею не воспользовался?.. А, ну да, фреон разрушает озон... Природу пожалел! Иностранец этот не пожалел, хозяин города ухом не повел, один я как лох...

Леонардо остановился и торжественно объявил:

— Вот организую экологическую партию, будете знать! Станем ходить вокруг с красными знаменами и скандировать: «Лапы прочь от озонового слоя!».

Да Винчи задумался.

— Нет, красные слишком кричаще. Оранжевые? Под оранжевыми пусть ходят восточные варвары. Может, синие? Нет, придумал, зеленые! Если что, маскироваться в лесу будет удобнее. Как тебе, Бес — «партия зеленых»? Бес, зараза, ты что с зеркалами сделал?

В ответ кот красноречиво удрал под кровать. Леонардо подошел к перекошенному зеркалу, но не стал его поправлять, а пристально всмотрелся. Теперь он видел не подходы к мастерской, а небо до самого горизонта. И вид этот коренным образом изменил настроение изобретателя.

— Урра! — завопил он. — Я же говорил! Прогорите, коммерсанты херровы! Анчоус вам с апельсином, а не маркетингскомпанье! Ишь, придумали — золотой за стакан! Уррррра!

Бестолоччи решил выглянуть, чтобы узнать причину столь бурной радости хозяина, и немедленно за это поплатился. Лео подхватил кота на руки, принялся его тискать, целовать и танцевать какие-то дикие танцы. Когда Бес потерял способность сопротивляться, хозяин поднес его к зеркалу и воскликнул:

— Смотри, Бестолоччи! Смотри, наглая морда!

На Флоренцию шла гроза. Темные, даже на вид холодные тучи неумолимо приближались к городу.

— Смотри! — кричал Лео. — Не пройдет и часа, как на Флоренцию обрушится целый водопад! Горы холодной воды! И все это — совершенно бесплатно!

Бес послушно смотрел в зеркало. Он понимал, что изобретение холодильника и партии «зеленых» временно откладывается.

Глава 3

Призрак замка Медичи

Ничто так не утоляет голод, как пища.

Латинская народная мудрость 

Демократически избранный диктатор города Флоренции Лоренцо Медичи зачем-то спал на полу.

Он слегка похрапывал, упираясь головой в ножку кровати, обнимая ее и поглаживая как дорогую вещь или как ножку красавицы. Лоренцо видел сладкий утренний сон, в котором он являлся великим правителем и императором, основал огромную империю от Балтийского моря до Красного (с перерывом на Азовское). Во сне ему присягнули на верность большие и маленькие царьки, а китайский император на пару с японским как раз принесли очередную дань — и тут чей-то протяжный замогильный вопль разбудил Медичи.

Лоренцо не успел извиниться перед императорами и проснулся как ошпаренный. В реальном мире его ожидал удар: кровать из красного африканского дерева оказалась прочнее головы великого Медичи. Выбравшись из-под семейного ложа, великий Медичи схватился обеими руками за макушку. Макушка прямо под пальцами стала приобретать выпуклые, не соответствующие статусу правителя республики очертания.

— Кто посмел кричать в моем замке? — прорычал великий флорентийский, правитель. — И кто засунул мою голову под кровать?

— Каждый день одно и то же, — недовольно заерзала в кровати его жена Изабелла, — ночью не дают покоя привидения, утром вопли мужа и свекрови.

В отличие от мужа, она нежилась в супружеском ложе. Видимо, ночью Изабелла приняла милого супруга за привидение (о котором только что упомянула) и столкнула его на пол.

Услышав, что молодые уже проснулись, в комнату ворвалась возмущенная маменька Лоренцо.

— Кто-то снова за ночь съел полбочки икры и ящик устриц. В нашем доме завелись воры! — прокричала она тем же замогильные голосом, разбудившим диктатора.

— Маменька, — Лоренцо приложил к шишке водяные часы, — неужели это так срочно? Шесть часов утра!

— Пресвятая дева Мария, я же вам добра желаю круглые сутки, и даже в шесть часов утра, — возмутилась основательница династии. — Кстати, что ты делаешь на полу? Ты простудишься!

Изабелла выбрала из двух зол наиболее неприятное и вступилась за мужа:

— Это все проклятые привидения. Вот уже которую ночь, пока Лоренцо работает в кабинете, они преследуют меня. Они, наверное, и икру с устрицами съели, и Лоренцо сбросили на пол.

— Какие привидения? — поджала губы свекровь. — В нашем замке отродясь привидений не было! Негодяи, лицемеры, идиоты — сколько угодно, но чтобы в виде привидений! Это воры! Надо выгнать всех слуг немедленно!

Лоренцо еще раз пощупал макушку:

— А странно, что у нас привидений нет. Вы, маменька, сколько людей икрой да устрицами перетравили в этом замке, прежде чем установилась наша династия? Что вы молчите?

— Я считаю.

— Она до сих пор травит, — наябедничала Изабелла мужу. — Сама говорила, что посыпает еду ядом.

— Значит я прав, — заключил Лоренцо. — Это привидения. Из-за вас они преследуют нашу семью.

Медичи попытался припомнить подходящее к случаю латинское выражение, не смог и заявил раздраженно:

— Все, пора прекратить это безобразие. Привидения должны исчезнуть из нашей жизни. Раз и навсегда. В крайнем случае, раз-два — и навсегда. Посыльного мне....

Леонардо еще спал, когда в окно подвала постучали. Легкая туфелька барабанила по стеклу, которым могли похвастаться немно гие во Флоренции.

Неделю назад Леонардо задумался о проблемах информационной безопасности. Пока, изумленный мозг осмысливал идеи гигантских информационных сетей, по которым шныряют похитители данных, руки сами собой разрисовали оконные стекла поразит тельным образом.

Когда Лео очнулся, он обнаружил на окнах изящных ящериц и гадюк. Видимо, они должны были отпугивать непрошеных гостей. В солнечном свете гадюки, казалось грелись на солнце, готовясь к ночной охоте, а в свете луны, высунув ярко красные языки, поджидали заблудших путников. Любой грабитель при виде такого впечатляющего террариума должен был броситься наутек. К сожалению, грабители отлично знали состояние финансов великого да Винчи, поэтому ящерицы и гадюки напрягались зря.

— Это я, — прожурчал за окном сладкий женский голос, — завтрак принесла.

— Джиневра, ты, что ли? — уточнил на всякий случай еще сонный, но уже бдительный Леонардо.

— Кто еще в такую рань попрется кормить непризнанного гения?

— Как, впрочем, и в любое другое время суток, — согласился Леонардо и направился к входу.

Джинни чмокнула его в небритый подбородок, сморщилась и сказала:

— Колючий! Изобрети себе что-нибудь, чтобы не кололось.

— Да я уж думал, — ответил Лео, позевывая, — есть одна идейка: бритва с тремя лезвиями. Первое чисто бреет, второе приглядывает за первым, третье пасет, чтобы не отупели первые два.... Эй! Ты чего? Ай!

Джиневра перестала щипаться и назидательно сказала:

—  Сначала поешь, а потом будешь всякую ерунду придумывать.

—  Ладно, — сказал Лео. — А твой этот... Джинаро Берлускотти! Опять спит?

— Как всегда, — Джинни беззаботно махнула рукой, — вчера три аншлага, так что закончили глубоко за полночь.

— А я тебе обновку изобрел, — похвалился Лео. — Смотри, какие тонкие, прозрачные, а растягиваются как.... Колготы называются.

— Давай, — Джиневра растянула колготы на руках. — Полезная вещь. В них лук можно хранить.

— Ага, — иронически согласился да Винчи, — ты еще скажи: прохожих грабить. Это же на ноги нужно надевать!

вернуться

5

Homo homini lupus est — человек человеку волк (лат.)

10
{"b":"103200","o":1}