ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

4. Летучая мышь

Тревоги сильнее всего одолевают по вечерам, когда остаешься один на один с собой. Они мучают, сжимают сердце, мешая ему биться, болью разливаются по всему телу. Чтобы погнать их, нужен сон. Крепкий. Спокойный...

Мальчик потянулся, зевнул, за тем выдвинул ящичек небольшого шкафчика, стоящего у изголовья кровати. Голубой кристалл, дыхнув ласковым теплом, озарился розовым сиянием. Мальчик улыбнулся, погладил пальцем гладкую грань; задвигая ящичек оставил узкую щелку. Он верил что кристалл живой и ему надо дышать.

А сейчас спать... Надо выспаться. Забыть о том что случилось. Забыть тень, которую увидел Учитель, тревожную настороженность кота... А вот и он. Мягко прыгнув на одеяло, приветливо урча потерся о подушку; потом о локоть мальчика.

— Я здесь — говорили его глаза.

— Я охраняю — напоминали уши.

— Но здесь ты в безопасности, а в подвале мыши — торопили лапы...

Кахомир не появился. Раньше он каждый вечер приходил к засыпающему мальчику. Говорил несколько ласковых слов. Гладил сухощавой ладонью по голове. Прогонял страхи... Мальчик не обиделся. Он знал — Кахомир чем-то озабочен. Но завтра они встретятся. Опять будут занятия и он узнает много нового. И очень скоро почувствует себя настоящим волшебником...

Кот спрыгнул на пол. Задрав хвост гордо удалился.

Спать... Факела погасли. Только один, у двери, продолжал гореть.

Сквозь дремоту мальчик ощутил движение воздуха (тогда было так же; потом стало переворачивать...), услышал несколько хлопков и слабый шум перешедший в легкий шорох.

Это сон? Продолжение кошмара?

Мальчик резко сел, подавил в горле крик. Сильным усилием воли остановил хлынувшие было пот и мочу. Весело рассмеялся. То, что так напугало его, было удивительным зверьком. Мальчик видел его отражение в зеркале. Повернув голову, посмотрел на него. Живого и не страшного.

Зверек сидел на узком парапете каминной решетки, обхватив его лапками, и сложив крылья. Он напоминал птицу, но у него были усы-рожки как у улитки и большие кошачьи уши. Маленькие круглые глазки поблескивали в полутьме.

— Здравствуй — сказал мальчик.

— Здравствуй.

— Ты... Ты умеешь говорить?

— Я живу много лет. Неужели так трудно научиться, если хозяин — волшебник.

— Но я не видел тебя раньше.

— Немудрено. Я летаю по ночам, ты ночью спишь.

— Ты птица?

— Ох рассмешил! — зверек и вправду залился тонким посвистывающим смехом.

— Нет, я не птица. Я мышь. Летучая.

— Я слышал, что есть такие. Но никогда не видел.

— Так посмотри.

— Как ты попала сюда?

— Через каминную трубу. Думала попасть на кухню. Полакомиться. А попала сюда.

— Но ты ведь живешь в замке.

Мышь поняла, что заболталась...

— Легко ошибиться с трубами. А живу не в замке, а в замках. Летаю от одного к другому. Путешествую.

— И знаешь, наверное, много интересного...

— Ты хитрец. Разбираешься что к чему. Я действительно могу много чего порассказать...

— Знаешь ли ты что-нибудь о розе?

— Розе?

— Да. На которой никогда не было цветов.

Мышь застыла. Ее словно парализовало от неожиданности. Вот и все. Мальчишку придется уговаривать недолго...

— Ты почему молчишь?

— Думаю.

— О розе?

— О тебе.

— Обо мне?

— Я недаром живу среди волшебников. Мне полагается знать многое. Ты действительно видел эту розу. В этом замке. О ней сложено много легенд.

— Мой Учитель говорил об этом.

— Видишь ли; над родом Кахомира тяготеет проклятие... И роза зацветет, когда оно будет снято...

— А как его снять? — мальчик весь напружинился. Тайна стала приоткрываться.

— Ты очень многого от меня хочешь. Мне не дано знать этого. Это дела людей.

— Но ведь кто-то знать должен?

— Если бы знал, то давно бы и снял.

— А если тот, кто знает, не хочет этого?

Мышь посмотрела на мальчика со смесью удивления и восхищения.

— Ого, ты необычайно умен! И я не прочь помочь тебе. Но сначала поклянись, что любишь своего хозяина. Докажи.

— Как?

— Полосни ножом по пальцу, подойди ко мне. По вкусу крови я узнаю достоин ли ты любви своего учителя. Любишь ли ты его...

Обряд с кровью над ним однажды был уже совершен. В нем ничего страшного. Ранка заживет быстро, за то он узнает, что скрывают от него... И он сможет помочь... Спасти...

Мальчик встал. Подойдя к столу взял нож. Он знал: обряд надо производить обнаженным. Душа должна быть чистой и не смешиваться с мертвой тканью одежды... Он не стал надевать накидку. Беззащитный и открытый всем колдовским силам, он острым лезвием рассек кожу на пальце.

— Вот моя кровь. Попробуй.

Мышь лизнула палец шершавым язычком. Остановила себя: нельзя. Чуть позже. Чувствуя вкус сладкой крови и сдерживая разыгрывающийся аппетит, она все еще сверлила мальчика своими глазками. Они у нею необычайно блестели, но мальчик принял этот блеск за святое сияние.

— Ты чист — молвила наконец она. — я помогу тебе. Разгадка тайны рядом...

Она уже представляла как вопьется в его горло. Как сладкий обжигающий сок заструится по ее жилам. Ошеломляющий пьянящий нектар! Он сводил ее с ума. Но чем дольше удерживаешься от соблазна, тем чудеснее миг пиршества...

— Твой Учитель сейчас в лаборатории. А в его кабинете есть книга. Она лежит на столе. У нее черный переплет. В этой книге ответы на все вопросы. На все...

— Но я не могу без спроса...

— Но ты хочешь помочь!

— Это так.

— Ну, не трусь!

— Я подумаю. Нет, пойду. Прямо сейчас.

* * *

Ночью в коридорах, проходах, бесконечных замковых лабиринтах, прохладно. Говорят что камень высасывает из человека все жизненные соки и поэтому ходить по нему босиком опасно. В комнате мальчика и везде, где он мог появляться, полы были устланы толстыми теплыми коврами. Но сейчас предстояло идти там, где царит холодный ночной воздух, где пол — каменные бездушные плиты.

Мальчик зажег еще два факела. Поискал глазами свои сандалии. Они лежали недалеко от шкафчика. Он обулся, накинул свою накидку. Ремешок же словно сквозь землю провалился... И ладно; не стоит тратить время на его поиски.

Вдруг что-то кольнуло его в спину. Кристалл! Мальчик отчетливо представил, как он озарился кровавым сиянием. Но ему не хотелось чтобы об этом узнала мышь.

— Лежи, я скоро — мысленно произнес мальчик и снял факел со стены.

В глубине кристалла бесновались молнии. Не ходи! Там смерть! Мальчик всем своим существом ощущал эту тревогу, но не идти он уже не мог.

— Я ведь только в кабинет Учителя. И кто в замке может причинить мне вред?

— А ты забыл?! Тебе мало?! Как ты не можешь понять; Кахомир изо всех сил хочет огородить тебя от несчастий, ты же, сам ищешь их.

— Но я люблю его. Ведь он не раз спасал меня. Приютил меня — бедного оборванца... Я хочу знать что это за проклятие!

Мальчик вышел. Захлопнул дверь.

* * *

Кабинет Кахомира находился в левом крыле замка. Самый короткий путь туда вел через толстую башню-колодец по крутым ступеням идущих спиралью по внутренней стене. На этой головокружительно-длинной лестнице не было ограждения и идти по ней, было лучше придерживаясь стены. Чем выше, тем светлее: это блеск полной луны заливал все внутреннее пространство через узкие щели бойниц, расположенных в несколько рядов под конусообразным куполом.

А внизу — вода. Она лежала ровным кругом, изредка изрыгая тихое побулькиванье. В том месте, где начиналась лестница и была входная дверь, над ней нависала каменная плита, огороженная с двух свободных сторон цепью, провисающей на нескольких невысоких столбиках.

Мальчик, несмотря на то, что было достаточно светло, все еще держал в руках пылающий факел. Медленно, но уверенно, он шел по второму витку спирали и был на полпути к заветной цели, как вдруг правая нога, наступив на что-то скользкое, поехала к опасному краю ступени.

7
{"b":"103256","o":1}