ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Словом, к назначенному часу все было готово, все собрались, кроме Ивана Ивановича. Я, впрочем, не помнил, назначал ли я ему время. Прождав его с полчаса, решили начинать. И понеслось: поздравления, тосты. Я вообще-то никогда не злоупотреблял, но тут как-то вышло, что доза, которую я «злоупотребил», для меня оказалась роковой. Мама, правда, пыталась меня остановить, но спохватилась она поздновато. И когда зазвонил телефон, я, пытаясь к нему подойти, упал, и лежать было так хорошо… Последняя мысль, помню, была, что это звонит Куб… Все.

Очнулся в маминой постели. Думаю: вот это я даю — праздник, гости, а я почему-то в маминой постели валяюсь. Потом думаю: стоп, а почему в соседней комнате темно? Свет пробивается только из кухни, слышу, мама моет посуду… Я что, все проспал, что ли? Вскочил с постели, шатнуло так, что еле успел поймать равновесие. Елки-палки! Вот это я набрался! Побрел к кухне… Походка неверная. А пить как хочется!

— Проснулся, алкаш? — встретила меня вопросом мама на пороге кухни. Вопрос был задан суровым тоном.

— Пить хочу.

— Сейчас чай согрею.

— Да я просто. Из-под крана.

— Холодную воду не пей. Снова захмелеешь. Ты ведь не водку глушил, а разведенный спирт.

— Ну и что?

— А то, что снова опьянеешь, а тебе больше нельзя. Константин Иванович для экономии с работы спирт принес, думал, лучше и дешевле будет, а оно видишь как получилось. Терпи, жди чай.

— Ты на меня рассердилась?

— Не на тебя, что с тебя, несмышленыша, взять. Просто не к месту ты напился. Не вовремя.

— Да я всего-то три или четыре рюмашки выпил.

— Всего-то ты выпил шесть, то есть примерно триста граммов. От этого и взрослый мужик закосеет. Плохо то, что твой Куб в больнице лежит. В очень плохом состоянии. Со дня на день может Богу душу отдать.

Глава 7

В ЦЕЙТНОТЕ

Кроум проснулся только на рассвете. От неприятного тягостного чувства.

— Укатали сивку крутые горки… Совсем старый стал, — пробормотал он.

Внезапно Кроум понял причину чувства неясной вины: дочь и эти сопляки, террористы недоделанные, наблюдали за ним во время оргии у наместника. Кроум поморщился от некоторых воспоминаний и задумался, почему это происшествие не вызвало в нем ни протеста, ни удивления, — видимо, эта сволочь, наместник, подмешал в вино какую-нибудь гадость. До сих пор оргия воспринималась Кроумом как нечто естественное, а остатки собственной мужской доблести будили в нем чувство не то самолюбования, не то самоуважения: как-никак пятый десяток вот-вот разменяет, а вот поди ж ты… Мысли постепенно переместились к Мрай: скверная девчонка за собственным отцом подглядывала. Он представил, как она выбирает ему в магазине пояс, а кто-то спокойно в это время втыкает ей в платье микрофон-булавку, не зря же наместник нацеплял микрофончиков на одежду Кроума. Значит, он знал?..

Эта мысль просто выбросила Кроума из постели. Путаясь в ночной рубашке, он подбежал к тому месту в стене, где скрылись эти конспираторы, и закричал:

— Мрай! Поди сюда, дрянная девчонка!

Из стены показалась голова Сетроума Колпика:

— Все в порядке, господин предводитель. Они с Озерсом пошли поискать чего-нибудь съестного. Сказать по правде, мы все тут здорово проголодались.

— Зачем же вам ходить? Включили установку да и обшарили все холодильники в окрестностях!

— Они с Озерсом посчитали это неэтичным. Да они уже должны вернуться. С полчаса прошло.

— Что? — заорал Кроум. — Да вы с ума сошли! Дайте мне руку, проводите меня к себе.

Сет помог предводителю преодолеть стену.

— Где мы? — тотчас же спросил Кроум, оглядываясь.

— В комнате Озерса в студенческом общежитии.

— Где?! — переспросил пораженный Кроум, ожидавший, что окажется в каком-нибудь подземелье, ну, на худой конец, в секретной лаборатории.

— В университетском общежитии.

— Я так и думал, что вы психи. Угрожать миру из студенческого общежития? Простите, но вы определенно свихнулись. — Кроум высунулся из окна. Да, несомненно, это был сквер студенческого городка. Окно находилось на фасаде здания, почти над центральным входом. У входа стоял микроавтобус реанимационной службы «Скорой помощи».

— Странно… — пробормотал Кроум. — Кому это из студентов стало вдруг плохо?

И почти сразу после этого из здания вышли два санитара с носилками. Кроум не поверил глазам: возможно, он и не разглядел как следует лицо женщины, обращенное к нему, зато волосы Мрай он узнал бы и с расстояния, вдвое превышающего это. Мрай лежала на носилках, которые санитары ловко втолкнули внутрь микроавтобуса. Машина тут же сорвалась с места и укатила.

— Так… Наместник все слышал, наместник пошел ва-банк. Черт побери! А я сплю… Ну что же, придется сражаться подручными средствами. Мрай — потом, наместнику нужны Озерс и установка. Озерса он, видимо, уже получил, значит… Сетроум! Вы умеете управлять установкой?

— Не так виртуозно, как Озерс, но могу.

— Хорошо. Сейчас я пройду к себе, затем вы примете… Впрочем, надо спешить. Заприте хорошо дверь, просуньте в ручку стул и никому, слышите, никому не открывайте. Даже если за дверью окажется ваша мама. Мрай и Озерс уже арестованы. Вам понятно?

— Да-да… — закивал внезапно побледневший Сетроум.

«Политика имеет два конца… — успел подумать Кроум, совершая обратный переход в свой кабинет. — И второй ее конец порой может зашибить до смерти…»

Он наконец добрался до селектора:

— Охрана! Кто сегодня у вас главный?

— Марс Арес, господин предводитель.

— Сынок, — сказал Кроум, — возьми с собой человек пять-шесть с автоматическим оружием — и ко мне. Да патронов побольше захвати. Быстрее!

— Есть! — коротко ответил Марс.

Через пару минут в кабинет вошли шесть вооруженных охранников.

— Здравствуйте, господа, — обратился к ним предводитель. — Очень сожалею, но вам предстоит сейчас сражаться. Возможно, кого-то из вас убьют. Поэтому я заранее, от себя лично и от имени правительства Атлы, обещаю позаботиться о ваших семьях и сделать для них все, что будет в моих силах. Господина Ареса попрошу задержаться, остальные подойдите сюда. — Кроум указал на стену с переходом к общежитию.

— Ваша задача: сейчас вы попадете в комнату студенческого общежития. Там находится экспериментальная секретная установка. Пока еще не уверен, но установку непременно попытаются похитить террористы, намеревающиеся при ее помощи захватить власть. Вам, повторяю, придется сражаться, с тем чтобы отбить атаки террористов. Вы будете первыми, но на помощь вам господин Арес сейчас мобилизует весь личный состав, а я подниму по тревоге столичный гарнизон. Пройдемте, господа. — И Кроум шагнул в стену. Пожимая плечами, охранники последовали за ним. Арес, включив селектор, оповестил личный состав о боевой тревоге, приказав снарядиться по полной боевой и собраться в кабинете предводителя. Ознакомив бойцов с обстановкой на месте, Кроум вернулся.

Марс немедленно доложил:

— Господин предводитель, по вашему приказанию весь личный состав охраны поднят по боевой тревоге.

— Хорошо, Арес. Надеюсь, они захватят с собой гранатометы?

— Так точно.

— Сынок, я не уверен в сроках, но бой будет страшный, вам предстоит драка с профессионалами. Пленных не брать, и постарайтесь сохранить установку. Моя дочь у них в плену… В общем, с Богом.

В кабинет тем временем стали входить стражники в касках и бронежилетах. Одного за другим Марс Арес отправлял их сквозь стену, наконец и сам последовал за ними. Тогда Кроум связался со штабом столичного гарнизона и продиктовал приказ. Только убедившись, что приказ принят к исполнению, Кроум вспомнил, что еще не переоделся после сна, быстренько исправил эту оплошность и вернулся в комнату Озерса в общежитии. Здесь уже начались военные действия. Боевики наместника, не ожидавшие какого-либо сопротивления, заняв по всем правилам обе лестничные клетки здания и лифт, отрядили для изъятия установки человек пятнадцать, которые, сгрудившись у двери в комнату Озерса, попытались проникнуть внутрь. Шесть первых охранников, уже находящиеся в комнате, открыли огонь на поражение. И тем и другим сражаться было неудобно. К тому же у боевиков был приказ применять оружие только в крайнем случае и никоим образом не навредить установке. Колпик Сетроум, совсем недавно демагогически вещавший о том, что ему не жалко будет во имя идеалов свободы расстаться с жизнью, обретя вдруг эту возможность, растянулся на полу, делая отчаянные попытки заползти под ближайшую кровать. Потеряв человек восемь, террористы решили изменить тактику. Положив под дверь гранату, они отступили. Взрывом дверь снесло вместе с косяками, однако ощутимых преимуществ боевики не получили, так как у обороняющихся расширился сектор обстрела, а нападающих сдерживала вероятность повреждения столь драгоценной для наместника установки, что в конце концов и привело их к поражению. Конечно, если бы наместник мог сейчас вмешаться, он приказал бы установку немедленно уничтожить, но наместник был занят с пленниками. Подоспевшие на помощь полностью экипированные стражники, применив гранатометы, перехватили у боевиков инициативу. Кроум вошел, когда сражение уже отодвинулось от комнаты Озерса к лестничным клеткам.

11
{"b":"103258","o":1}