ЛитМир - Электронная Библиотека

– Она только что изложила теорему итальянского ученого-гидравлика, и я полагаю, вполне резонно откорректировала его формулу, – пояснил он. – Так что у вас нет причин так убиваться, барышня. Стало быть, вы не знаете, что ваша госпожа одна из самых ученых женщин мира, привыкшая в Париже участвовать в математических дебатах с профессорами Сорбонны?

Анжелика слушала его, не вполне понимая смысл столь поразительного сообщения.

Склонившись над Амбруазиной и подложив руку ей под голову, она попыталась приподнять ее, чтобы напоить. И вновь едва уловимый чарующий аромат, исходящий от густых черных волос герцогини, вызвал в ней странную тревогу. Словно это было предупреждение.

«Что бы мог означать этот запах?» – задумалась она.

И тут же заметила, что глаза герцогини де Модрибур открыты и пристально смотрят на нее. Анжелика поняла, что больная пришла в себя, и улыбнулась ей.

– Выпейте. – Она поднесла плошку к губам герцогини. – Ну, пейте же, вам полегчает.

Госпожа де Модрибур с трудом приподнялась. После перенесенного припадка она выглядела совершенно разбитой. Обессиленная, она пила маленькими глотками, и Анжелике пришлось несколько раз подбодрить ее, чтобы больная смогла допить все. Потом Амбруазина закрыла глаза и снова откинулась на подушки. Но ей было лучше.

– Жар спадает! – объявила Анжелика, приложив руку ко лбу герцогини и почувствовав, что он уже не такой горячий. – Теперь можете не беспокоиться.

Она пошла вымыть руки и собрать свои снадобья. Спутницы госпожи де Модрибур взволнованно обступили ее.

– О сударыня, не покидайте нас, – умоляли они, – останьтесь здесь нынче ночью, чтобы понаблюдать за ней. Мы так беспокоимся за госпожу.

– Да нет, я же вам сказала, вы понапрасну тревожитесь.

Чрезмерная обеспокоенность всех этих женщин за свою попечительницу начинала надоедать Анжелике.

– Уверяю вас, она будет спать. И вы тоже отдохните, – посоветовала она. – Адемар, собирай свои ведра и откланивайся. Пойдем, проводишь нас до порта с фонарем.

Почему все эти люди, точно лианы, цепляются за них с Жоффреем, словно хотят парализовать? Наваждение какое-то.

Анжелика подошла к мужу. Он не спускал пристального взгляда с распростертого на кровати тела герцогини де Модрибур. Среди разметавшихся по кружевным подушкам роскошных черных волос герцогини, чересчур тяжелых и обильных, ее спящее лицо словно бы уменьшилось и казалось совсем детским.

Анжелика вполголоса спросила:

– Вы идете?

Но Жоффрей де Пейрак, казалось, не слышал ее. Мысли Анжелики путались, у нее начиналась мигрень. Больше всего на свете ей сейчас хотелось уйти отсюда, бежать вместе с мужем. Это была острая потребность, в которой желание оказаться в его объятиях играло не самую значительную роль. То была насущная необходимость, вопрос жизни и смерти. Ей ни в коем случае нельзя было снова потерять его в этот вечер, иначе…

Анжелика ощущала, что нервы ее напряжены до предела.

– Сударыня, останьтесь, – не унимались женщины.

– А вдруг она умрет! – трагическим голосом воскликнула Дельфина дю Розуа.

– Да нет же!

Дамы плотным кольцом обступили ее.

– Останьтесь! Останьтесь! – заклинали они. – Сжальтесь, милостивая госпожа!

Их глаза выражали непритворный страх. Анжелику осенило: «Да они безумны!» Ища поддержки, она инстинктивно ухватилась за руку мужа.

Он как будто пришел в себя, взглянул на нее, увидел бледное напряженное лицо и у всех на глазах обнял Анжелику за талию.

– Сударыни, будем благоразумны, – произнес он. – Госпожа де Пейрак тоже нуждается в отдыхе, и я увожу ее, нравится вам это или нет! Если же вас посетят какие-то опасения относительно вашей покровительницы, пошлите за доктором Парри. Он плохого не посоветует.

С этими словами, иронии которых дамы не могли оценить, граф де Пейрак чрезвычайно галантно простился с ними и вышел, увлекая за собой Анжелику.

Глава VI

– Эта герцогиня де Модрибур и ее люди меня утомляют, – заметила Анжелика, когда они покинули форт и спускались к берегу. – Она как будто всех их лишает рассудка. Знаете, я никогда не испытывала большего удивления, нежели впервые увидев ее. И почему я представляла ее себе полной престарелой дамой? Наверное, из-за ее титула герцогини, а вдобавок еще и попечительницы…

– А также из-за того, что знали, что она вдова герцога де Модрибура, несколько лет назад скончавшегося в преклонном возрасте. Если я не ошибаюсь, сегодня ему было бы далеко за восемьдесят… что, однако, не помешало ему быть супругом этой чрезвычайно красивой женщины, на каких-то четыре десятка лет моложе его…

– Ах вот оно что, теперь я понимаю! – воскликнула Анжелика. – Брак между феодальными владениями. То, через что в угоду своим семьям должны пройти многие совсем юные девушки, почти дети.

Вздрогнув, она прижалась щекой к плечу мужа.

– Помню, когда меня отправили в Тулузу, я тоже думала, что выхожу замуж за старика… чудище вроде Жиля де Рэ…

– Герцог де Модрибур недалеко от него ушел. Это был похотливый и бесстыжий развратник. Говорили, будто он отдавал на воспитание в монастырь хорошеньких девочек-сирот, чтобы, когда они подрастут, делать их своими любовницами или, если они были знатного происхождения, женами. Вероятно, они быстро наскучивали ему, ибо после смерти трех или четырех его жен поползли слухи, будто он отравил их. Молодой король на некоторое время даже удалил его от двора. Тем не менее Модрибур присутствовал на его бракосочетании в Сен-Жан-де‑Люз. Но я отказался встретиться с ним… именно по причине вашей молодости и красоты. А еще до того он наведывался ко мне в Тулузу, чтобы получить тайные заклинания для вызывания дьявола.

– Боже, какая ужасная история! К моменту королевской свадьбы он уже был женат на нынешней герцогине? Хотя нет, не может быть, тогда она была еще ребенком, бедняжка.

– Она вовсе не так молода, – насмешливо заметил граф. – Не думаю, что она совсем дитя. Герцогиня – человек огромного ума и исключительной образованности.

– Однако… можно подумать, вы с ней знакомы?! – воскликнула Анжелика.

– Только понаслышке. Она защитила в Сорбонне диссертацию по открытому господином Декартом методу исчисления бесконечно малых. Так как я старался быть в курсе развития науки в Европе, то услышал о ней. Мне даже довелось прочесть ее небольшой труд, в котором она ставит под сомнение не только выводы Декарта, но также законы гравитации Луны… Когда дуэнья Королевских дочерей упомянула имя их попечительницы, я не был уверен, что речь идет именно об этой женщине. Мне это представилось чересчур неправдоподобным. И тем не менее в Голдсборо действительно пожаловала одна из первых докторов honoris causa нашего времени.

– Не могу поверить… – пробормотала Анжелика. – Столько событий всего за несколько дней!

Они вышли на берег. Выдающийся далеко в море узкий дощатый настил во время прилива позволял без особых затруднений сесть в шлюпку. Им навстречу, высоко подняв фонарь, чтобы осветить путь, вышел Жак Виньо. Ночь была туманной, но не слишком темной. Невидимая из-за облаков луна изливала угрюмые лучи, которые мерцали на свинцовых волнах между скалами и рифами, словно таинственные светлячки. Эта игра смутного мимолетного свечения навевала тревогу. Летящие по небу клочья тумана напоминали чудовищ, блуждающих в ожидании чего-то неведомого.

Анжелика и Жоффрей уже подошли к молу, когда откуда-то издалека донесся совершенно отчетливый душераздирающий женский крик.

Он пронзил воздух и повис, будто бы исторгнутый нечеловеческим страданием, нескончаемой невыразимой мукой.

Казалось, его издала сама ночь из самой глубины черных туч, несущихся над ними.

Этот крик висел в бескрайней темноте, и ветер разносил и бесконечно раздувал его пронзительное эхо, и в этом вое билась и металась неизъяснимая боль, сопровождаемая хрипами дьявольской злобы и ярости.

Все, кто слышал этот леденящий кровь вой, остолбенели.

11
{"b":"10329","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сердце ночи
Де Бюсси
Наследник из Сиама
Курсант
Судный мозг
Элегантность в однушке. Этикет для женщин. Промахи в этикете, которые выдадут в вас простушку
Немой
Суд Линча. История грандиозной судебной баталии, уничтожившей Ку-клукс-клан
Разреши себе: женские истории про счастье