ЛитМир - Электронная Библиотека

Потому-то подле него всегда так хорошо и покойно. И Анжелика испытывала невероятную радость, что, помимо всех тех, кого она смогла пленить и удержать подле себя, рядом с ней оказался этот незаурядный человек, одновременно несговорчивый и нежный, горделивый и скромный, скрытный, не склонный к откровениям и неохотно впускающий к себе в душу, но надежный и прямолинейный. Это доказала недавняя драма, заставившая их обоих пересилить себя, обнажить свои чувства друг перед другом, чтобы не погубить свою любовь.

Теперь Анжелика испытывала полнейшую уверенность в Жоффрее. Угроза исходила откуда-то извне.

Она провела руками по плечам мужа. Возможность прикасаться к нему, осязать его была ее утешением, ее счастьем. Анжелика со страхом думала о том, как она сможет жить, если лишится всего этого.

Она спрятала голову у него на груди и нерешительно спросила:

– Верно ли, что вам вскоре придется уехать? От вас ждут помощи чиновники из Квебека, блокированные на реке Святого Джона судном Фипса?

Взяв жену за подбородок, Жоффрей поднял к себе ее лицо, чтобы посмотреть в глаза и утешить, успокоить, как печального ребенка.

– Так надо. Не следует упускать случая оказать услугу этим дурням из Квебека.

– Но объясните же мне наконец, почему канадцы так на нас сердиты! – запальчиво воскликнула она. – Почему во мне они видят дьяволицу, а в вас – опасного захватчика французских территорий? Согласно договорам, эти земли принадлежат Массачусетсу, вы получили их на законном основании… Не могут же канадцы претендовать на то, чтобы держать под своей пятой весь Американский континент!

– То-то и оно, что могут, любовь моя! Таковы их притязания, одновременно как французов и католиков… Первейший долг добропорядочного француза – служение Богу и королю, и они готовы умереть за это, хотя их всего горстка в шесть тысяч душ против двухсот тысяч англичан на юге. Отважному сердцу нет преград! Вопреки существующим договорам, они по-прежнему полагают французскими все территории вокруг Французского залива. Доказательство тому – повсеместно сохраняющиеся бесчисленные сеньории и наследственные крестьянские владения, цензивы: Пентагоет с Сен-Кастином, Пор-Руаяль и другие. И всякий год губернатор Акадии прибывает сюда за оброком с этих владений. Столь бесцеремонное мздоимство не по нраву отдаленным подданным короля Франции. Со временем жители Акадии сочли себя независимыми, на манер обитателей Голдсборо. Вот почему Сен-Кастин прибыл сюда, чтобы просить меня взять под защиту разномастных колонистов, населяющих побережье: французов, шотландцев или англичан, каждый из которых в душе полагает себя полноправным хозяином здешних земель.

Разумеется, если этот вопрос обсуждался в Квебеке, я не могу предстать там в ореоле святости и рассчитывать на особое расположение вышеупомянутого губернатора Акадии, тем более в тот момент, когда он прибыл собирать налоги со своих непокорных подданных. Поэтому выручить его из затруднительного положения было бы политически верным шагом.

– Что с ним стряслось?

– В отместку за резню, учиненную абенаками под началом французов на западе, в Новой Англии, Массачусетс послал адмирала с несколькими судами с целью покарать всех подвернувшихся под руку французов. Хотя и оправданный, подобный план мог бы лишь ухудшить наше и без того шаткое положение и ни к чему бы не привел. Следовало бы образумить Квебек, а не нападать на нескольких мелких акадийских землевладельцев, которые из последних сил цепляются за полученные от предков и не каждый год дающие урожай угодья. Мне удалось убедить адмирала Шеррилгэма, но сопровождавший его бостонец Фипс и слушать не захотел. Он стал действовать самостоятельно и, прослышав, что высокопоставленные чиновники из Квебека, в том числе губернатор Акадии Вильдавре, а также интендант Новой Франции Карлон в сопровождении знатных дворян, находятся в Джемсеге, принял решение блокировать вход в реку Святого Джона, чтобы не позволить им спуститься по течению и выйти в море. Господин де Вильдавре, которому на месте не сиделось, предпочел выбраться оттуда пешком через лес. Благодаря туману ему удалось, не привлекая внимания англичан, подняться на борт рыболовного судна и прибыть сюда, чтобы обратиться ко мне за подмогой. Невзирая на то что он считает меня презренным противником и потенциальным врагом, главное для него – спасти свой корабль, как я подозреваю, груженный ценными мехами, собранными во время его губернаторской поездки. С моей стороны было бы нелюбезно отказать ему в этой услуге. Если Фипсу удастся захватить этих людей в плен и вместе с судами доставить их в Бостон или Салем, дело дойдет до Версаля, и король может усмотреть в нем предлог, который он как раз ищет, чтобы объявить войну Англии. А мы здесь новому конфликту предпочитаем наш непрочный мир.

Анжелика встревоженно слушала его. В его изложении, хотя он многое сгладил, чтобы не испугать ее, Анжелике стала понятнее шаткость их положения и тяжесть задачи, которую он на себя взвалил.

Господи, как же он одинок! За что, за кого он собирается сражаться?.. За нее, за маленькую Онорину, за своих сыновей, за тех отверженных, что встали под его знамена, поверили в его силы. Чтобы созидать, двигаться вперед, чтобы строить, а не рушить…

– Это классический случай для Французского залива с его разномастными обитателями, – с улыбкой заключил он. – Никакой договор не будет соблюдаться, пока существуют такие туманы, такие болота, такие укромные местечки по берегам реки, где можно скрыться от всех… Это край тайных логовищ и перестрелок, но все же именно здесь я построю вам королевство…

– Опасен ли поход, в который вы отправляетесь?

– Обычная прогулка. Речь идет лишь о том, чтобы помочь французам избежать вмешательства индейцев в конфликт, а в сущности, отобрать у Фипса добычу, хотя он имеет на нее некоторые права. Он будет в ярости, но мы ни в коем случае не развяжем бой.

Жоффрей сжал Анжелику в объятиях.

– Как бы я хотел взять вас с собой.

– Нет, это невозможно. Я не могу оставить Абигель. Я пообещала ей, что буду присутствовать при родах… и, сама не знаю почему, мне за нее страшно. К тому же я чувствую, что и ей, хотя она смелая женщина, как-то не по себе. Мое присутствие ободрит ее. Я должна остаться.

Анжелика несколько раз тряхнула головой, словно отгоняя искушение, повинуясь безотчетному желанию вцепиться в Жоффрея, во что бы то ни стало последовать за ним.

– Не будем больше говорить об этом, – решительно сказала она и уселась в кресло. Приняв ее движение за сигнал об окончании игр и разговоров, котенок прыгнул к ней на колени и свернулся клубком.

Он был таким дружелюбным и довольным жизнью, что Анжелике передалось немного его спокойствия. «Онорина будет от него без ума», – подумалось ей.

Онорина! Сердце Анжелики тревожно сжалось. Жоффрей уедет, и ей придется бороться совершенно одной. Против какой угрозы?

А вдруг в игру вступит то незнакомое судно с людьми на борту, которые словно бы получили задание запутать их судьбы? Кто их направил? Канадцы? Англичане?.. Такое предположение не выдерживало никакой критики. Отношения с соседями выглядели более определенными. Канадцы посылали проклятия, нападали. У англичан были другие заботы, нежели беспокоить полезного для них человека, с которым они заключили выгодные соглашения.

Тогда кто? Личный враг Жоффрея? Домогавшийся места соперник в делах, исподтишка стремящийся подорвать дух первых поселенцев? Ведь кто-то уже исподволь пытался настроить его против Золотой Бороды!

Но в таком случае почему ополчились против нее? Анжелика постоянно чувствовала себя под прицелом, и это угнетало ее. Ощущение было таким отчетливым, что ей казалось, если бы не она, Жоффрей мог бы спокойно существовать.

Анжелика не удержалась и поделилась с ним своими размышлениями:

– Если бы меня не было подле вас, ваше положение было бы гораздо проще, я чувствую.

– Если бы вас не было подле меня, я не был бы счастлив.

Он посмотрел вокруг.

19
{"b":"10329","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Кофе на утреннем небе
Любовь насмерть
Незримые фурии сердца
Иероглиф зла
Unfu*k yourself. Парься меньше, живи больше
Копия
Упавшие в Зону. Учебка
Преломление