ЛитМир - Электронная Библиотека

Краем глаза он следил за реакцией Пейрака, однако тот, по-видимому, не подвергал ни малейшему сомнению утверждения хорошенькой женщины. Напротив. Его суровое, обычно непроницаемое лицо как будто осветилось удовлетворением.

– Стало быть, законы Кеплера подтверждены? – поинтересовался он.

– Конечно. Кстати, я состояла с ним в переписке.

Граф едва заметно приподнял бровь.

– С Кеплером? – с сомнением переспросил он.

– А почему нет? – Амбруазина снова дерзко взглянула на него. – Выходит, по вашему мнению, женщина не в силах понять законов, выведенных им из его наблюдений за фазами Марса? А также того, что планетарные орбиты – это эллипсы, одним из фокусов которых является Солнце, и что площадь развертки лучей вектора, идущих от центра Солнца к центру планеты, прямо пропорциональна времени, затраченному на прохождение этой дуги. И еще тех законов, доказывающих, что квадрат времени обращения планет пропорционален кубу главных осей орбит.

– Именно из этих законов английский ученый Ньютон вывел законы всемирного тяготения, и лунного притяжения в их числе, – добавил Пейрак, с неослабным вниманием слушавший герцогиню.

В его голосе Анжелика словно бы различила скрытое послание. Сомнений не было. Жоффрея глубоко взволновала беседа с герцогиней де Модрибур, смысл которой оставался неясным для всех остальных присутствовавших.

Она испытала облегчение, когда маркиз де Вильдавре, не любивший оставаться на вторых ролях, своим вопросом вновь нарушил колдовские чары:

– Вернемся же к Луне! Она ближе к нам, нежели ваши чертовы бесплотные центры. Ответьте еще на один вопрос, герцогиня, лично для меня, касательно приливов. Допустим, на поверхности Земли, на том полушарии, что обращено к Луне в момент притяжения, возникает вздутие, но как подобный феномен может произойти у антиподов, на другой стороне земного шара?

Амбруазина сочувственно улыбнулась ему.

– Да потому, сударь, что в беспредельной системе окружающих нас планет, – мягко произнесла она, – Земля – это всего лишь крохотная точка. Так что влияние Луны, впрочем, как и Солнца, не ограничивается тем, что застает нас в одном определенном месте, то есть там, где вы находитесь. Оно буквально обволакивает нас, проникает внутрь. Если поразмыслить, подобное единение с окружающими нас в бескрайности бытия видимыми и невидимыми системами поистине чудесно. И нам остается лишь признать величие Творца, Господа, Отца нашего Небесного, – с воодушевлением закончила она, устремив свой взор ввысь.

Там, в золотистом вечернем воздухе, зажглась звезда.

В этот момент, шумно хлопая крыльями, над ними, словно мощное дыхание кого-то невидимого, пронеслась большая стая птиц.

Анжелика почувствовала, что происходит нечто необычное, непривычное, чего никто, кроме нее, не замечает. Сама она, впрочем, лишь мельком ощутила это явление, словно бы это творилось где-то в другом месте и вовсе не имело к ней отношения. Но странное видение, точно вспышка молнии, запечатлелось в ее зрачках! Все присутствующие мужчины не сводили глаз с Амбруазины де Модрибур.

Поразительная красота герцогини, с ее юным и бледным лицом, словно освещенным изнутри исступленной религиозной страстью, ослепляла. Анжелика не могла бы сказать, сколько прошло времени, – возможно, всего лишь краткий миг. А быть может, на самом деле и вовсе не было этого мгновения тишины.

Попечительница повернулась к графу де Пейраку и тоном светской дамы поинтересовалась:

– Удовлетворены ли вы, магистр? Я могу снять ученую тогу?

– Разумеется, сударыня. Вы более чем подробно ответили на все затруднительные вопросы. За что мы очень признательны вам.

Герцогиня по-прежнему пристально смотрела на него. Затем хитро улыбнулась.

– А моя награда? – спросила она, будто решившись. – Не вы ли пообещали, что тот, кто сумеет объяснить причину и силу приливов во Французском заливе, получит награду из ваших рук?

– Да, – смутился он, – но…

– Вы не были готовы к тому, что получите ответ от женщины? – со смехом предположила она.

– Увы, – улыбаясь, согласился он, – я подумывал о трубочном табаке для этих господ…

– И не предусмотрели ничего для меня, женщины…

Она продолжала смеяться, но теперь смех ее стал более нежным, тихим, как будто снисходительным.

– Ну что же! Я неприхотлива. Из-за кораблекрушения я лишилась всего… Мне доставит удовольствие любая мелочь. Но все же я имею право на награду… Вы согласны?

Словно опасаясь дерзкого и в то же время простодушного взгляда Амбруазины де Модрибур, граф отвел глаза. Казалось, он готов снять с пальца один из своих перстней, чтобы подарить его герцогине. Но спохватился и, порывшись в кожаном кошельке, который носил на поясе, достал оттуда золотой самородок размером с орех.

– Ах, что это?! – воскликнула герцогиня.

– Один из прекраснейших самородков, найденных на нашем руднике в Вапассу.

– Какое чудо! Никогда не видела ничего подобного.

Она уже собралась взять сокровище, но Пейрак отвел свою руку.

– Вы не ответили на мой вопрос касательно феномена запаздывания притяжения относительно момента пребывания Луны в зените.

– О, умоляю вас, в другой раз! – немного капризно, точно маленькая девочка, воспротивилась она.

Граф с улыбкой вручил ей самородок. Амбруазина взяла его кончиками пальцев, подняла к небу, и он засверкал в лучах закатного солнца.

И вновь Анжелику охватил страх, она не могла выразить объявший ее ужас ни в крике, ни в движении. Осмотрительность требовала, чтобы она оставалась безмолвной и бесстрастной; при любом движении под ногами у нее могла разверзнуться пропасть, мелькнувшая перед ее внутренним взором.

Глава XVI

Внезапно тишину нарушили крики, началась толкотня, затем раздались взрывы смеха.

По склону холма черным шаром скатилась росомаха Вольверина. Опрокидывая всех, кто попадался ей на пути, она расчистила себе дорогу и как вкопанная замерла перед Анжеликой. Распушив веером свой роскошный хвост и сверля ее огромными глазами, в которых горели красные отблески закатного солнца, она, принюхиваясь, почти уткнулась в землю своей крысиной мордочкой.

Герцогиня де Модрибур вскрикнула и отшатнулась. Ей едва удавалось сдержать дрожь.

– Что это за чудовище? – в испуге закричала она. – Анжелика, умоляю, спасите меня.

– Всего лишь росомаха. Она ручная, поэтому не опасна.

Анжелика опустилась на колени, чтобы погладить зверька. Неожиданное появление Вольверины почему-то обрадовало ее. И она почувствовала облегчение.

– Она ищет Кантора. С тех пор как он уехал, она совсем бешеная.

– Лучше бы ваш сын увез ее с собой, – закричала госпожа де Маниго, которая в сутолоке плюхнулась на свой мощный зад. К счастью, обошлось без повреждений.

– Да он искал ее, – вступился за друга Марсиаль Берн. – Перед его отплытием мы вместе ее искали. Но Вольверина резвилась в лесу с медведем, вот Кантору и пришлось отбыть без нее.

– Они с медведем большие друзья, – заметила Роз-Анн.

– А вот и медведь, – сказал кто-то.

К собравшимся вместе со своим огромным спутником уже подходил Илай Кемптон.

– Вот, привел к вам Мистера Уиллоби, – торжественно объявил он графу де Пейраку. – Я изложил ему все, чего вы от него ждете, и он не видит никаких препятствий, мешающих ему отправиться с вами во Французский залив, хотя ему очень нравится в Голдсборо и он не особенно любит морские прогулки. Однако Мистер Уиллоби понимает, что для Англии это вопрос престижа.

– Я благодарю верного подданного английской короны, – произнес Пейрак и обратился к медведю с несколькими словами по-английски.

Следует признать, медведь и правда процветал в Голдсборо, где он объедался черникой, орехами и медом. Казалось, со времени своего прибытия он стал в два раза толще. Мистер Уиллоби принялся принюхиваться, вертя головой во все стороны, точно искал среди присутствующих знакомое лицо. А затем поднялся на задние лапы и вразвалку с ворчанием двинулся к Анжелике.

29
{"b":"10329","o":1}