ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но этого всего Алик матери, конечно, не говорил. В глубине души он мать любил по-настоящему, хотя и без телячьих нежностей.

Короче, в августе все-таки надо было определяться с институтом. А уж там-то…

В мечтах Алик видел себя фронтменом какой-нибудь забойной рок-группы, вроде “Раммштайна”. Однако сколотить ее здесь, в своем городишке, было немыслимо. Кое-кто из местных пацанов бренчал на гитаре, но все это Алик презрительно называл коровьими рыданьями.

Он-то, найдя самоучитель, вполне прилично овладел акустической шестистрункой. А покупать электрогитару не имело никакого смысла.

И тогда Куренной всерьез занялся дискотекой, которая до его прихода имела только мигающую неоновую вывеску, оставаясь унылым зальчиком без окон, в котором раньше занимался хореографический кружок, давно загнувшийся. Был там еще хриплый пленочный магнитофон, на котором вечно пьяный радист крутил каждый вечер древние записи Магомаева,

Пьехи, Ободзинского и других динозавров.

Алик раздобыл фирменную вертушку с двумя мощными спикерами, выпросил на местном радиоузле списанный микрофон и, смотавшись в Ставрополь, разжился там десятком дисков с клевыми записями. Стены унылого зальчика он обклеил яркими постерами зарубежных поп- и рок-звезд.

После этого Куренной сам стал за пульт, превратившись в первого местного диск-жокея.

И начался лом. Дискотека с трудом вмещала всех желающих. Плата за вход была смешная. Но уже через месяц Алик отбил все бабки, взятые в долг на устройство дискотеки. И даже кое-какой навар оседал у него в кармане.

Лишние деньги еще никому не мешали, но не это было главным. Алик купался в лучах славы, чувствуя себя настоящим идолом, пусть всего лишь местного розлива.

Теперь он являлся домой после полуночи, измотанный до крайности, но счастливый. Озабоченная мать, не выдержав, однажды тайно проникла на дискотеку и, естественно, пришла в ужас. Она описала все увиденное отцу в самых ядовитых красках, назвав то, что творилось на дискотеке, “каким-то балом Сатаны”. Алику по этому поводу дома был утроен настоящий Сталинград. Но тут уж ему вожжа попала под хвост.

Алик стоял насмерть, и родители отступили, решив дать ему возможность перебеситься…

Вчерашняя драка, возникшая в разгар танцев, не была чем-то из ряда вон выходящим. Выяснения отношений случались на дискотеке частенько.

Но это были честные кулачные бои без кастетов и поножовщины. Утерев кровавые сопли, бойцы расходились по домам, чтобы завтра снова отплясывать вместе как ни в чем не бывало.

Зачинщиком последнего сражения с деревенскими был, конечно же,

Андрюха Тюменев. Он всегда зорко следил за тем, чтобы чужаки не щупали краснокумских девок, которые, впрочем, визжали больше для порядка. С особой ревностью Тюменев приглядывал за Людкой, на которую пацаны слетались, как мухи на мед. Людка Швецова – это вообще была отдельная песня. Шаровая молния в юбке. Правда, юбки она носила чисто условные. Спасибо, они хоть трусики закрывали. А вчера

Швецова пришла на дискотеку в лосинах цвета “электрик”, от чего пацаны вообще заторчали.

Что там с Людкой произошло, Алик не видел, но наверняка Андрюха

Тюменев кому-то врезал в табло. И понеслось. Алик никогда не вмешивался в разборки. Он был выше этого и знал, что на него-то никто не посмеет поднять руку: ни чужие, ни свои. Но, увидев перепуганную Марьяну, Куренной, как благородный рыцарь, поспешил ей на помощь. Он за руку вытащил девушку в коридор и сказал весело:

– Не бойся. Со мной не тронут.

– У вас тут всегда так? – пролепетала Марьяна, приходя в себя.

– Бывает, – усмехнулся Алик. – А что? Нормальный ход. Самцы из-за телок бодаются.

Он увидел, что его слова покоробили девушку, и неожиданно смутился.

– А вы вообще-то как сюда попали? – спросил Куренной от смущения переходя на “вы”.

– Да сестра меня притащила.

– Сестра? Кто такая?

– Саша Назарова. Знаете?

– Сашку? А то!

– Она моя двоюродная сестра. Я к ним отдыхать приехала.

– На выходные?

– Нет, на две недели.

Сердце Алика радостно екнуло, и он сам этому удивился.

– Ну что, будем знакомиться? Лично я – Алик.

– Я знаю. Мне Саша про вас рассказала.

– Что рассказала?

– Ну что вы здесь самый крутой.

Сашка действительно по дороге на дискотеку вовсю расхваливала диск-жокея, хотя Марьяна об этом ее не просила.

– Да ля-ля это все! – отмахнулся Куренной. – Гонят, сами не знают что.

Но от Марьяны не укрылась его довольная усмешечка.

Их разговор был прерван появлением участкового Шульгина.

– Опять у тебя дебош, Куренной? – сурово спросил он.

– Почему у меня? Я-то тут при чем? – возразил Алик.

– А кто весь этот бардак организовал? Пушкин? Сам-то, небось, стоишь в сторонке, девушек клеишь. Призвал бы своих охламонов к порядку.

– На это милиция есть, – пробурчал Алик в спину участковому, который уже входил в зал, где продолжалась драка.

Через секунду там все стихло. Потом распахнулась дверь, и в коридоре появился Андрюха Тюменев – всклокоченный, с рассеченной губой. За ним – пацан из деревенских, прикрывавший ладонью фингал под глазом.

Последним шел сумрачный Шульгин. Процессия проследовала мимо примолкших Алика с Марьяной и вышла на улицу.

– Куда он их? – спросила Марьяна.

– В околоток, – ответил Алик. – Да ничего, утром отпустят. Нет проблем.

– Ну ладно. Я, пожалуй, домой пойду.

– Я провожу, – быстро сказал Алик. – А то мало ли что.

– А как же дискотека?

– Все! На сегодня финиш!

Обратная дорога к теткиному дому оказалась намного длинней, и

Марьяна догадалась, что Алик повел ее кружным путем. Но это ее ничуть не встревожило. Алик руки не распускал, разговаривал вежливо.

Только попросил:

– А можно, мы на “ты” будем?

– Давай, – согласилась Марьяна.

Алик никак не мог понять, с чего это вдруг его одолела какая-то робость. Эта приезжая девчонка, конечно, была в полном порядке. Но ведь и он себя не в дровах нашел. Марьяна тоже с удивлением прислушивалась к себе. Ей определенно льстило, что избалованный вниманием ди-джей послал подальше всех и вся, включая свою дискотеку, чтобы только остаться вдвоем с ней, с Марьяной.

Позади парочки, шагах в двадцати, тащилась толстая Сашка Назарова, не перестававшая удивляться тому, что Куренной сразу запал на ее двоюродную сестру. Сашка никогда не видела, чтобы Алик кого-нибудь провожал до дома.

– Слушай, а поедем завтра купаться, – предложил Алик, когда они остановились у подъезда. – Тут у нас островок есть один на Куме.

Вообще полный отпад. Песочек, зелень и все такое. А главное – вокруг ни души.

– В каком смысле? – с подозрением спросила Марьяна.

– Да нет, ты ничего такого не думай, – торопливо добавил Алик. – Мы целой компанией собираемся. Поехали, а?

– Я подумаю, – сказала Марьяна.

– Чего тут думать? Приходи завтра в девять утра к дискотеке.

Соберемся – и вперед!

– Посмотрим, – уклончиво ответила Марина и скрылась в подъезде.

Алик шумно вздохнул, глядя ей вслед.

Он не заметил, как между деревьями бесшумно мелькнула чья-то тень.

Не заметила ее и подходящая к дому Сашка.

Радость, охватившая старлея Лободу в связи с тем, что ему удалось практически на пустом месте срубить пятьсот баксов, как рукой сняла всю сонливость. Но чем дальше он вел за собой маленькую автоколонну по ковыльной степи, тем больше его начинали одолевать сомнения. С чего бы это строительной бригаде откупаться от одинокого гаишника такими деньгами?

Он сперва как-то не придал значения внешнему виду бородачей, ехавших в джипе. В последнее время камуфляжная форма стала обычной одеждой.

В ней щеголял кто попало. А сейчас Лободе это стало казаться подозрительным. Вдруг здесь что-то не так? И на кой хрен он, старлей

Лобода, вызвался сопровождать колонну? Кто его за язык тянул? Надо было переждать немного и вернуться на место службы проселками, будто он этих джипа с автобусом в глаза не видел. А теперь уж поздно, никуда не денешься…

3
{"b":"103319","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Не встречайся с Розой Сантос
Капитализм в Америке: История
Трезориум
Теория игр в комиксах
Я беременна, что делать?
История флагов. От рыцарских знамен до государственных штандартов
Гиблое место в ипотеку
Роза и червь
Думай медленно… Решай быстро