ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию
Манифест инвестора: Готовимся к потрясениям, процветанию и всему остальному
Пандемия
Чистый дом
Код убеждения. Как нейромаркетинг повышает продажи, эффективность рекламных кампаний и конверсию сайта
Десять негритят / And Then There Were None
Жизнь взаймы
Харизма. Как выстроить раппорт, нравиться людям и производить незабываемое впечатление
Война за проливы. Призыв к походу
A
A

– Живут же люди! – выдохнул Белоглинский.

Я удивился, заметив, как он подливает в свое пиво "Смирновскую" из небольшой фляги. После ссоры со Ртищевым Жора взялся за ум и почти совершенно прекратил пить, ежедневно к вечеру являясь в офис для отчета перед Верлиным. Вообще в последние три недели обстановка в фирме резко изменилась. Я разъезжал по городу, подыскивая помещение и закупая обстановку для пресловутых фондовых магазинов. Алексей тоже принялся за свою работу с непонятным ожесточением, может быть, стремясь как бы отгородиться от планировавшейся финансовой схемы. Прежде всего он вытребовал у Верлина четверть оборотного капитала в свое распоряжение и уже не грозил мелодраматической отставкой, а попросту положил перед стариком несколько страниц бухгалтерских расчетов, из которых тот при всем скупердяйстве не смог урезать ни гроша. Веселому прорабу пригрозили увольнением. Оба экскаватора, снабженные надлежащим количеством солярки, в считанные дни дорыли котлован до конца. Началось бетонирование фундамента, необходимое, как меланхолически пояснил мне Верлин, для консервации стройки. Впрочем, часть времени АТ проводил с Жорой за сочинением сценариев.

– Вот именно! – рявкнул Зеленов.- Ты мне скажи, Белоглинский, на что потрачено полжизни? Уже и молодость, можно сказать, миновала. Ладно, ты сочинял свои песенки. А я, дурак, за полкило сервелата в праздничном заказе тебя, понимаешь ли, окорачивал. Но ведь меня тоже обманывали. Причем больше, чем тебя.

– Каждый сам выбирает свою судьбу,- корректно отвечал Белоглинский.- У вас была власть в конце концов.

– Да на хрена она была нужна, такая власть! Да я, может, с большим бы удовольствием тут клерком в банке работал! Ты ихние магазины видел? Ты мне скажи,- повторил он с пьяной настойчивостью,- на что угроблена жизнь?

– Хоть остальную половину можете прожить как люди,- засмеялся Верлин.

– Ну а первую кто нам вернет? У, коммуняки поганые! – заорал Зеленов.- Так вот почему мы у них были невыездные! Теперь вы понимаете, Анри, что мы принесены в жертву этими вонючими масонами?

Кажется, он уже мысленно поставил знак равенства между собою и сидевшими за столом аэдами.

– Ну уж и масонами,- несколько напряженно усмехнулся АТ.

– А что,- сказал Иван задумчиво,- слабо тебе, Зеленов, одну из барышень приобрести?

– Нагонять! Добирать! – закричал Зеленов, вставая из-за стола и направляясь к давешней чернокожей девице, как раз сходившей со сцены с трусиками в руках.

Заведение было почти пусто. Двое вышибал в кожаных жилетках уже следили за Зеленовым внимательно-ленивыми взглядами. Он приблизился к девице и, тряся нетолстой пачкой долларов, хозяйски ухватил ее за обнаженную грудь. Девица вскрикнула и отвела руку для удара, который, однако, не потребовался: один из подскочивших вышибал мгновенно закрутил бедняге руку за спину. Взвыв, Зеленов опустился на колени и с опаской посмотрел на лица обидчиков, но не увидел на них ни злобы, ни даже раздражения. Они подняли его с пола и отвели к дверям заведения.

– Эх,- вздохнул Верлин, расплачиваясь по счету,- я же его предупреждал!

68

Мир симметричен; я пью свой коньяк, склонясь над компьютером, и мучаюсь совестью, потому что минут пять назад вежливо выставил за дверь двух юнцов, пахнущих недорогим лосьоном, которые предлагали мне не только спасение души (не слишком меня волнующее), но и сердечное успокоение еще на этом свете (что мне бы вовсе не помешало). Ах, как загорелись их чисто промытые глазки при виде моей обросшей, страшноватой от запоя физиономии!

– Нет-нет,- скривился я,- мне вполне достаточно своей церкви.

Впрочем, хотите кофе? Чаю? Коньяку?

Они жизнерадостно замотали манекеноподобными головами. Или я вру? Нынешние манекены все больше выкрашены в мертвый серебристый цвет и лишены черт лица. А ребятишки смахивали на манекенов моей юности.

– Мы пьем только воду,- радостно сказал один.

– И молоко,- закивал второй.

Они оставили мне экземпляр глянцевой брошюрки под названием "В чем смысл жизни?". Ну спасибо, дети мои, без вас бы не догадался. "Для полной реализации в этом страшном мире,- прочел я,- человеку следует понимать всю тщету мирских соблазнов и поручить свою судьбу Господу нашему Иисусу Христу, олицетворенному в Церкви святых нашего времени". Ну да, отгородиться от всего на свете, вручить свою судьбу жуликоватому многоженцу-проповеднику. Иисус с нами разговаривать не станет, как ни проси. Мы вроде беспризорных, которые уверены, что где-то живут их настоящие родители, но в лучшем случае могут рассчитывать на место в приюте или в приемной семье. Я тоже хотел прожить жизнь светло и достойно, просил о самой малости -о любви. Если б не АТ, по чести-то говоря, я быстро унес бы ноги из фирмы "Канадское золото" со всей ее мочевиной и сушеными грибами. Но я знал, что без меня он пропадет, и пытался оберегать его, как умел. Впрочем, после того вечера на даче появилась еще одна причина. Я понял, что знаю гораздо меньше, чем Верлин, Зеленов и Безуглов, но все же слишком много для того, чтобы сказать "адье" этой честной компании. Дальше -больше. Кто мог предполагать, что так славно начавшаяся увеселительная поездка в мой родной город закончится на такой отвратительной ноте!

Безуглов прошел через детектор металла, и тот истошно заверещал. Он выгрузил из карманов зажигалку, горстку мелочи, золотую стодолларовую монету в прозрачной плексигласовой коробочке, пачку сигарет. Детектор заверещал снова. Безуглов раздраженно снял пиджак и бросил его на ленту рентгеновского аппарата.

– Что это такое? – вдруг спросила его Катерина неузнаваемо сиплым голосом.

Я стоял поодаль и не видел небольшого предмета, который, видимо, вывалился у Безуглова из внутреннего кармана пиджака.

– Что. Это. Такое,- повторила Катя и вдруг с размаху ударила бедного Безуглова кулаком прямо в лицо. Нет, это была не женская пощечина, а самый настоящий удар, от которого Иван, правда, не упал, но зашатался. На щеке у него мгновенно набух кровавый синяк.

– Ты что, спятила? Да я тебя убью к чертовой матери! Раздавлю!

Служители аэропорта мгновенно схватили Катерину. "Мадам, мадам",- верещали они в испуге. Встал массивный служитель и за спиною у Безуглова.

– Полиция! – закричала Катя.- Полиция! Алексей! Ты понимаешь, что случилось? Они нашего Пешкина убили! Или ты тоже с ними заодно?

Присмотревшись, я увидел зажатую у нее в руке малахитовую фигурку носорога, из тех, что можно купить в любом африканском магазине Монреаля. Кажется, Алексею она тоже была знакома.

– Этот, с синяком,- не веря своим ушам, переводил я,-он убийца.

Арестуйте его немедленно!

– Вы можете доказать это, мадам?

– Да! Да! – кричала Катя, суя полицейскому под нос малахитового носорога.- Арестуйте его!

– Преступление совершено в Канаде?

– Да! То есть нет. В Москве. У меня есть доказательства!

– Предъявите их российской полиции, мадам. Юридически вы уже находитесь за пределами страны.

Катерина побледнела как смерть.

– И вы думаете, что я полечу в одном самолете с этим? Он и меня убьет, как только мы вернемся! Вот, все слышали, как он мне угрожал?

К полицейскому осанистой походкой подошел господин Верлин и быстро зашептал в его ухо, похожее на розовую устричную раковину.

– …у них сложные отношения… истеричная женщина… я канадский гражданин, это мои московские компаньоны…

Объявили посадку, а наша маленькая группа все стояла у рентгеновского аппарата, прямо под фанерною моделью самолета, выполненной по чертежам Леонардо. Всем хорош был перепончатокрылый аппарат, и Леонардо, конечно, был гений, одна беда – не летал…

– Иван,- сказал АТ,- что это все значит?

– А то,- огрызнулся Безуглов,- что эта дура окончательно сошла с ума. Я купил этого зверя вчера на улице Сен-Лоран, в сенегальской лавочке, за тридцать пять долларов. Вот, между прочим, чек. Девочки! Света! Таня! Покупал я эту безделушку или нет? Зеленов! А ты, сука, проси прощения!

44
{"b":"103325","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Страшные истории для рассказа в темноте
Обезьяны, кости и гены
Повелитель льда
Часослов Бориса Годунова
Женский день
Эмма в ночи
Ночные кошмары!
#Как перестать быть овцой. Избавление от страдашек. Шаг за шагом
Ты и деньги