ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Как будете добираться? – спросил Дональд.

– На машине Марфи. Прихватили еще и рыдван Фокса. Старая лиса спохватится – на год разговоров.

«Рейнджерсы» ушли.

– Ну, вот мы, наконец, и одни, – Барбара отпила глоток и поставила рюмку. – За последнее время нам не часто это удается. Мне казалось, что ты был не очень доволен моим откровением об одинокой женщине?

– Как тебе сказать… «Недоволен» – не то слово!

– Я вижу, что ты дуешься… Право, ведь это только светская болтовня.

– Но выглядело все весьма философично.

– Дурачок… – Резким движением руки она взъерошила его волосы.

И в это же мгновение громкий голос над ними произнес:

– Теперь и я вижу, милая Барбара, что вы тысячу раз правы, говоря о возможностях одинокой женщины.

Возле их стола стоял Лоорес.

– Можно? – спросил он, пододвигая стул. – На улице премерзко. Ветер начался, дождь, а здесь уютненько.

Так, втроем, просидели до закрытия таверны. И хотя Дональд не очень симпатизировал Лооресу, сегодня он был рад его появлению. Приход Лоореса избавил от дальнейшего разговора с Барбарой по поводу вчерашнего откровения. Он ловил себя на том, что действительно ему не очень приятна ее философия.

22

«Когда мне гадко на душе и начинает ломить старческие кости, мне всегда хочется в Испанию. Почему бы это, Дон?» – как-то спросил Марфи. Но накануне вылета, когда они сидели вечером за стойкой таверны, Крис признался:

– Ты знаешь, пожалуй, впервые я еду в Испанию без всякого удовольствия. Почему бы это, Дон?

– Предстоит нелегкая игра…

– Если бы игра! Уверен, свалка начнется еще до первого свистка. Это будет жестокое испытание. Полуфинал кубка Европы, да еще с испанцами…

На следующий день Дональд чуть-чуть не опоздал на самолет. Когда Дональд подкатил к стоянке машин возле аэропорта, на ней не оказалось ни одного свободного места. Пока он пытался куда-нибудь пристроить свою «волво», потерял немало времени.

Начинался туристский сезон. Спасаясь от туманов и холодов, многие англичане отправлялись в Европу. И машины, большие и маленькие, оставались здесь ждать возвращения своих хозяев.

Заплатив дежурному, Дональд в конце концов бросил машину прямо на улице, попросив воткнуть ее куда-нибудь, когда освободится место.

Марфи встретил его ворчанием:

– Еще не хватало за тебя волноваться! Мало мне своих забот. Не мог приехать пораньше?!

Он ждал Роуза у входа в посадочный тоннель. Уже объявили о заканчивающейся посадке. Буквально за ними следом убрали трап, и «боинг» начали оттаскивать от тоннеля.

«Самолет компании БЕА. Сегодня летим этим самолетом, а завтра будем судиться с фирмой? Что это – случайность? Похоже, что Мейсл бравирует опасностью и умышленно посылает команду самолетом этой фирмы. Но ведь БЕА, угробив и эту машину, добьется, что с фирмы некому будет взыскивать деньги!»

Марфи, усмехнувшись, согласился с ним, когда Дональд высказал это соображение вслух.

– Не понимаю, зачем понадобилась БЕА, – кивнул он в голову машины, где в салоне первого класса летел Мейсл. – Давно доказано, что БОАК обслуживает лучше. У БЕА всегда куча неполадок. То с улыбкой говорят, что кончился кофе, то, – Марфи передразнил стюардессу, – «Простите, но весь лед растаял». Иногда даже ярлыков на багаж не дают.

В проходе Солман уже заигрывал с милой стюардессой. Дональд с удовольствием оглядел длинноногую девицу и подмигнул Бену.

– В Мадриде проливной дождь, – сказал Солман.

– Бен напал на точный источник информации и теперь все будет знать раньше нас. – Марфи покачал головой.

– Должен же кто-нибудь просвещать вас. Кстати, меняю длинноногий источник информации на партию бриджа. Есть желающие?

Дональд отказался. Марфи тоже. Он уселся в кресло, снял пиджак и сдвинул в сторону галстук. Через мгновение в зубах Криса уже торчала трубка.

– Как ни хорошо в Мадриде, но две вещи в нем невыносимы. Испанский стол, неприемлемый для английского желудка, и Ди Стефано, от которого, увы, никуда не денешься. Что касается пищи, то я договорился с директором «Феникс-отеля», и мы будем получать привычную еду. Кстати, Дональд, я категорически запретил пить воду из-под крана. Попрошу тебя по приезде отправиться с Фоксом за минеральной водой. И зубы чистить только минеральной.

– Думаете, Крис, что-нибудь подпустят?

– Бывали случаи, когда подмешивали в воду слабительное, и я не хочу, чтобы мои мальчики бегали по гостинице до туалета быстрее, чем на поле. Мы едем за призом, который англичане никогда не выигрывали. Мы едем работать, а не глазеть на бой быков. Кстати, сезон корриды откроется лишь на следующей неделе.

– Вам нравится это зрелище?

– Угу. Если удастся попасть на знаменитого матадора – а об этом можешь узнать у любого мальчишки, – ты увидишь потрясающее зрелище. Если попадешь на заурядного, то вместо первоклассной драмы увидишь живодерню.

– А что с Ди Стефано?

– Его надо закрыть. В этом весь план игры. Если это только вообще возможно, – задумчиво произнес Марфи.

Начали разносить завтрак. Марфи купил две коробки табаку, который в самолете стоит почти вдвое дешевле.

За едой и разговорами незаметно летело время.

Дональд был в Испании только однажды – в Барселоне. У него осталось приятное, но весьма поверхностное представление о стране. Испанцы – народ приветливый, добрый, внимательный к иностранцам. В целом с хорошими манерами. Некоторые мужчины застенчивы, как школьники. А некоторые так и пышут эмоциональностью и самомнением. Весьма религиозны. Женщины одеты в белое и черное и никогда в серое… Мужчины большие любители фиесты, хорошей живописи, хороших вин, хорошей жизни, которой еще так не хватает…

Когда самолет пошел на посадку, Дональд отметил, что Мейсл так и не выходил в салон второго класса. Лишь спускаясь по мадридскому трапу в объятия толпы журналистов, Дональд мельком увидел, как Мейсл садился в поданный к самолету лимузин. Обняв Мейсла за плечи, отчаянно жестикулируя, хозяин «Реала» что-то энергично ему доказывал.

– Похоже, что Мадриду сейчас не до корриды, – сказал Марфи, оглядывая забитые толпой подходы к отелю «Феникс». Они шли из автобуса сквозь водоворот болельщиков, совавших в руки белые листки бумаги, блокноты, карточки для автографов.

После ужина Марфи разогнал всех по номерам, категорически запретив выходить даже в фойе.

Первые неприятности начались назавтра. Когда разминались на «Чамартин стадионе», у Вилли Кевана вдруг пошла носом кровь. Несомненно, перегрев. Палящее солнце могло выбить из строя не одного Кевана, и Марфи свернул тренировку.

– Придумай что-нибудь, Дон. Я бы не хотел, чтобы журналисты узнали правду о состоянии Вилли. Ни одна душа чтобы не узнала, слышишь?

Вилли привезли в отель. Он потерял много крови. Врач команды пытался остановить кровотечение, но безуспешно. Вилли держался молодцом.

– Ерунда, – твердил он, задрав подбородок к потолку и время от времени харкая кровью. – До завтра пройдет, и я смогу играть.

Пришел Мейсл, взял за руку и пощупал пульс. «Словно без тебя не измеряли». Потрепал по щеке.

– Держись, мальчик, держись!

– Думаю, играть сможет, – поспешно сказал врач.

Дональд вышел на душную улицу. Вокруг отеля творилось невообразимое. Толстые пачки газет валялись под ногами, билеты на стадион переходили из рук в руки, обрастая бешеной ценой.

«Да, Мадрид, действительно не в состоянии думать о тореро и быках».

Возле здания клуба «Реал Мадрид» бушевал настоящий черный рынок. Слухи рождались и умирали здесь же, порой не достигая уха четвертого слушателя.

Дональда засосала бурлящая толпа. Выбравшись из толчеи, он решил отказаться от прогулки. Гвалт на улице оглушил его, и все услышанное безнадежно перепуталось в голове.

Когда он вернулся в отель, портье, подавая ему ключ, сказал:

– Мистер Роуз, в ресторане, второй столик справа, вас ждет человек.

34
{"b":"10358","o":1}