ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы где-то здесь работаете? — спросила Илона, мгновенно уловив перемену в его настроении.

— Да, как раз в том здании, возле которого мы столкнулись, — ответил он. — А вы?

— Я сижу дома, — мягко улыбнулась она. — Домохозяйка… Ну, занимаюсь разной ерундой. Икебана, гитара, кулинария… Обожаю экзотическую кухню. А вы?

— Да я как-то не знаю, — пожал плечами Антон Иванович. — Я слишком занят на работе, так что не особенно разбираю, что мне подают. На завтрак — что жена приготовит, на обед — что другие заказывают в ресторане, то и я. Ну и на ужин тоже. У меня, видите ли, практически все обеды и ужины деловые, так что за разговорами не до того, чтобы на вкус внимание обращать.

— Ну, дело есть дело, — согласилась Илона. — Но неужели вы не занимаетесь ничем, кроме работы?

— Отчего же, занимаюсь с детьми по выходным.

— О! — заинтересованно воскликнула она. — вас много детей?

— Не много, всего двое, — усмехнулся он и постарался сменить тему. Ему не нравилось обсуждать свои семейные дела с посторонними. — Вы с подругой собрались в театр?

— Нет, просто погулять, посидеть где-нибудь в кафе, поговорить.

В это время в кармане Антона Ивановича тихонько зазвенел сотовый телефон, и Раменский, забыв о пассажирке, стал обсуждать с невидимым собеседником какие-то сугубо деловые проблемы. Они уже подъезжали к Театральной площади, и Илона, осторожно коснувшись пальцами руки «принца», показала ему, что хотела бы выйти. Он остановил машину на углу улицы Декабристов и Прачечного переулка. Илона, послав ему воздушный поцелуй, выпорхнула из машины. Раменский рассеянно кивнул и уехал.

Илона, не чуя под собой ног, пошла вперед, не зная, куда идет и зачем. Ей было все равно. Ее душа, переполненная счастьем, пела, ей казалось, что весь мир радуется вместе с ней, все прохожие улыбаются, все собаки виляют хвостом, все воробьи и вороны превратились в соловьев, и вообще — все к лучшему в этом лучшем из миров! И осталось совсем немного — добиться свидания с Антоном Ивановичем. Он не устоит. Он просто не сможет устоять перед ней, она пустит в ход все свое обаяние, все чары, она…

Вот только нужно хорошенько принарядиться. А для этого необходимы деньги.

Завтра. Она раздобудет их завтра.

Ей надоело ждать выигрыша в лотерею. Пора форсировать события.

Глава 19

Ночь она снова провела без сна, то и дело выбираясь из-под засаленного, дурно пахнущего одеяла и уходя на кухню — посидеть, покурить, подумать. Карпов храпел, ничего не слыша, поскольку за ужином они выпили бутылку водки, а вставать ни свет ни заря под грохот древнего будильника на этот раз не надо было — у Илоночки «отпуск». Илона снова и снова обдумывала то, что должна сделать следующей ночью. И знала, где все это должно произойти — неподалеку от Московского вокзала есть магазин «Двадцать четыре часа», она уже присмотрелась к нему, туда в поздний час заходят люди, выглядящие вполне подходящими для ее целей… Откуда они приходят — Илону не интересовало. Может быть, из ближайшей гостиницы. Может быть, с вокзала, наскучив ожиданием своего поезда. Какая разница? Лишь бы у них было при себе побольше денег. У нее ведь уже почти ничего не осталось.

На этот раз Илона решила вооружиться газовым баллончиком. Она читала в какой-то газете, попавшей на почтамте в отход (рваная оказалась), что слезоточивый газ с перцем способен остановить даже вконец ошалевшего наркомана, не говоря уж о простых пьяницах. А значит, для человека трезвого и не ожидающего ничего подобного это будет подобно выстрелу. И безопасно. Умоется — и боль в глазах пройдет. Но, конечно, и нож она дома не оставит. Ей нравилась реакция людей на прикосновение острого холодного лезвия. Ей нравилось видеть, как человек замирает, боясь вздохнуть, как перекашивается его лицо, как съезжают куда-то глаза, стремясь увидеть нож, легко касающийся горла… Да, это здорово, это настоящее приключение, которое щекочет нервы, заставляет сердце колотиться радостно и бодро… В общем, ей это по душе.

, Проспав до полудня, она сказала Карпову, что пойдет-погулять, и отправилась на улицу Рубинштейна, в магазин, где торговали оружием и предметами, необходимыми для самообороны. Ей почему-то казалось, что будет лучше, если в магазине никто не запомнит ее настоящую внешность. Поэтому перед тем как сесть в маршрутку, она забежала в какой-то подъезд и натянула на голову светлый парик. Превратившись в блондинку, почувствовала себя увереннее, хотя для посещения оружейного магазина она выбрала роль тихой, робкой девушки, боящейся ходить по улицам вечером. Но что поделать, работа вынуждает задерживаться допоздна. Она и рада бы сменить место службы, на заработки уж очень хорошие, где еще такие найдешь? А у нее мама больная, сестра-калека…

Илона всегда с легкостью осваивала роли разных женщин, и не просто осваивала, она жила в них, купалась, она действительно становилась другой, не похожей на себя… А может быть, в ней просто скрывалось множество личностей? И каждая из них искала выхода, стремилась реализоваться…

В магазине оружия никто вроде бы не обратил на нее особого внимания. Молодые, крепкие парни спокойно объяснили Илоне, как пользоваться баллончиком, вручили листок, на котором были написаны правила безопасности, и она, заплатив немалую сумму, отправилась восвояси. Возвращаться к Карпову ей не хотелось, и она решила пройтись до места вечерней операции. Будет лучше, если она еще раз проверит возможные маршруты отступления. Никогда ведь не знаешь, что может случиться в последний момент. Какой-то подъезд возьмут да и запрут на замок. Или выкопают широченную канаву поперек дороги, потому что то ли газовая труба лопнула, то ли водопроводная. Ночью это может оказаться слишком неприятным сюрпризом. А главное — опасным. Зачем зря рисковать?

Однако вокруг магазина ничего не изменилось. А стабильность обстановки, как известно, свидетельствует о стабильности жизненных процессов в данном микрорайоне. Илона хихикнула при этой мысли. Самообразование — залог успеха. Спокойствие и душевное равновесие помогают адаптироваться к любой ситуации.

Впрочем, нет. Спокойствия в ее душе не было. Наоборот, там царило смятение. Но оно было вызвано не предстоящей ночной акцией, совсем нет. Сердце Илоны замирало при мысли об Антоне Ивановиче Раменском. «Как красиво его зовут, — думала она, — как его имя подходит к его внешности! Прекрасный мужчина с прекрасным именем. Это удивительно… Бывают же такие счастливцы! Притом он еще и необыкновенно умен, сумел многого добиться в жизни. Коммерческий директор большой богатой фирмы! Он делает важное дело, он зарабатывает приличные деньги… Он повезет ее куда-нибудь… На острова Зеленого Мыса, например». Илона не знала, где находятся эти острова, что они собой представляют, но название звучало так романтично! Она представила тропическую ночь, шорох пальм, огромные звезды над головой, ровный гул прибоя… Они с Антоном сидят на веранде белого дома, в шезлонгах, между ними — бамбуковый столик, уставленный напитками и вазами с экзотическими фруктами… Слуга-китаец скользит бесшумной тенью, принося то одно, то другое… Вокруг дома сплошные заросли цветущих кустов, лишь прямо перед верандой нет ни росточка, перед их глазами — океан, бескрайний, бесконечный, уходящий за горизонт, отделяющий их от шумного мира, от суетливых, глупых людей… Они счастливы вдвоем, они не нуждаются в ком бы то ни было…

Илона тряхнула головой и заглянула в подъезд, давно уже присмотренный ею для переодевания. Все в порядке. Никого, кроме бродячих кошек. Проверить на ни? газовый баллончик, что ли? Нет, ни к чему понапрасну расходовать драгоценный газ с перцем. Лучше приберечь его для «зайцев», которых она начнет отстреливать через несколько часов.

Решив, что пора уже отдохнуть, набраться сил перед важной операцией, Илона в конце концов села в маршрутку и поехала «домой». По дороге она снова представляла себя с Антоном то в Париже, то в Хельсинки. .. то просто в Лисьем Носу или Зеленогорске. Там тоже есть удивительные места… маленькие гостиницы, уютные и тихие, отличные рестораны с прекрасной кухней и вышколенной обслугой… Но пока что ей придется вернуться в вонючую, грязную квартирку Карпова и выслушивать вечные причитания жалкого инвалида, его жалобы на боли в спине (у нее, между прочим, тоже спина болит, да еще как!), его хвастовство… Ох, как это противно! Найдет три пустые бутылки — и потом три часа подряд рассказывает, как именно он их нашел, где они лежали, как он ловко их доставал из-под скамеек или из урн… А потом моет их в кухне, вокруг воняет прокисшим пивом… Тоска, мерзость! Но все же этот уродец лучше, чем Толян. Карпов любит ее не шутя — ну, скорее как дочь, конечно, готов заботиться о ней, стирать, готовить… Но только потому, что на пенсию не прожить, ему необходимы деньги Илоны…

44
{"b":"10366","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Запах Cумрака
Срок твоей нелюбви
Перстень Ивана Грозного
Без фильтра. Ни стыда, ни сожалений, только я
Русские булки. Великая сила еды
Шаг первый. Мастер иллюзий
Иллюзия 2
Кремлевская школа переговоров
Не дареный подарок. Кася