ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Конечно, Илона соврала Карпову, что и зеркало, и косметику ей тоже подарила мифическая подруга. Не признаваться же было, что у нее завелись собственные немалые деньги! Но Карпов всему верил, даже смешно иной раз становилось. Впрочем, о нем Илона совершенно не думала, вспоминая о его существовании только тогда, когда ей не нравилось, как он постирал ее вещи или помыл посуду. Все остальное не задевало ее внимания. Она полностью ушла в свои мечты. Она не ощущала вкуса еды, которую старательно готовил Карпов, не слышала его слов, машинально бормоча что-то в ответ… Она постоянно пребывала с ним, со своим рыцарем… Она представляла себе, как произойдет это — и каждый раз декорации романтической сцены менялись. Неизменным оставалось одно: он и она, нежность и страсть и любовь до гроба. Они жили счастливо и умерли в один день…

Но сначала будет… Илона представляла, как однажды (совсем скоро!) Антон вдруг скажет ей: «Дорогая, сегодня вечером я хочу тебя пригласить поужинать… но не в ресторане». — «А где же?» — спросит она. «О, это секрет!» — и он загадочно улыбнется, облив ее теплым светом синих прекрасных глаз. И она не задаст больше ни единого вопроса. Л вечером они встретятся у памятника Петру Великому, у знаменитого Медного всадника (Илоне нравилось это место, там было так красиво, Нева выглядела особенно величавой). Она будет ждать Раменского, одетая с особой элегантностью… Ну да, шелковые серые брюки «капри», тончайшие колготки, серебряные босоножки на высоком каблуке, но не на шпильке — к коротким брюкам нельзя надевать такие… На ней будет бледно-розовая блузка со строчками и ручной вышивкой, серьги с черными жемчужинами, высокая прическа… А какие духи? Конечно, «Трезор». Они создают ощущение мгновенного счастья, которое грозит вот-вот исчезнуть… Это заставит Антона постараться как можно крепче привязать к себе Илону… Ну да ведь он именно ради этого и назначит встречу. Он остановит рядом с ней машину, выскочит, распахнет дверцу, приглашая Илону сесть… Он будет светиться радостью, но при этом немножко волноваться: он ведь не может быть до конца уверен, что Илона действительно принадлежит ему навеки… И он привезет ее в огромную квартиру… Нет-нет, никаких квартир! Он привезет ее в огромный загородный коттедж, двухэтажный, окруженный модным японским садом, с бассейном в подвале, с гаражом на четыре машины… И тут окажется, что он, ни слова не говоря Илоне, развелся с женой и купил вот этот дом — для них двоих!..

Но… мечты мечтами, а дело пока что продвигалось туго. Раменский дважды приглашал Илону пообедать, и только. Они болтали обо всякой ерунде, смеялись, во второй раз Антон Иванович даже поцеловал Илону в щечку на прощание, но это было все. Однако Илона была уверена: он не спешит именно потому, что уже влюбился в нее без памяти, он боится обидеть ее торопливостью… Ну и, кроме того, ему же надо оформить развод. Он честный человек, он хочет все сделать по правилам.

Ей почему-то и в голову не приходило, что все может быть совсем иначе.

Глава 2

Илоне казалось, что денег у нее хватит навсегда, но они почему-то таяли с немыслимой быстротой. И это при том, что на питание она выдавала Карпову сущие гроши. Но… июль закончился, наступил август, близился сентябрь — Илоне понадобились новые туалеты для более прохладной погоды, а одежду она покупала только в самых дорогих бутиках, и как-то поздно вечером, в очередной раз выпив с Карповым бутылку водки и уложив убогого спать, она встала на табурет, заглянула на кухонный шкаф и с ужасом обнаружила, что у нее осталось всего триста долларов. Нужно было срочно добывать деньги.

Но Илона решила, что раз уж она такая везучая, раз уж у нее такая мощная интуиция, помогающая ей безошибочно выбирать денежные жертвы, то с этим никаких проблем не предвидится. Пойдет — и найдет. Главное — поскорее.

Вот только… Она вспомнила, что самые толстые кошельки, то бишь бумажники, они с Толяном изымали все-таки не у прохожих, а у владельцев дорогих иномарок. «Ну, значит, надо выходить на большую дорогу, — весело подумала Илона. — Это даже интереснее, чем устраивать засаду в проходном дворе или на безлюдной улице. Намного интереснее!» Илона тут же начала воображать, как все это произойдет, и снова почувствовала, как заиграла в ней кровь, как зарумянились щеки… Приключение — вот что это такое! Яркое, настоящее приключение!

Однако на этот раз «приключение» закончилось совсем не так, как представлялось Илоне. Хотя сначала все шло по отработанному сценарию. Она сказала Карпову, что пойдет в гости к своей любимой подруге и вернется поздно, а может быть, даже заночует там.

Для полного спокойствия напоила Карпова и отправила в постель, а сама, принарядившись в удобные легкие сандалии, ярко-зеленые брюки и синюю блузку, накинула сверху куртку-перевертыш, вооружилась, как и в прошлый раз, ножом и газовым баллончиком и, взяв такси, отправилась на юго-запад, в Красносельский район. Ее интересовало Петергофское шоссе, по которому, как то было отлично известно, вечером в конце недели проезжает множество не слишком бедных людей, рвущихся отдохнуть за городом, на собственных дачах. Но, конечно, следовало начать голосовать попозже, когда машин будет уже не слишком много. Илону беспокоило только одно: как бы не ошибиться. Ведь рассмотреть издали, да еще в темноте марку машины — дело нелегкое, если вообще возможное. Однако она быстро нашла выход: заняла позицию на небольшом подъеме. Отсюда ей были отлично видны автомобили, моментально снижавшие скорость у видневшегося вдали поста дорожной милиции.

Теперь оставалось только запастись терпением и ждать подходящего момента. И тут Илона, отвлекшись от своих мечтаний, обнаружила, что кроме нее вдоль шоссе стоят и другие женщины, одетые не просто нарядно, а вызывающе — в коротких черных платьицах с огромными декольте, ярко накрашенные… Она с недоумением вгляделась в полумрак, пытаясь понять, чего ждут здесь эти красотки, и вдруг поняла. Это были «ночные бабочки», проститутки, вышедшие на поиски клиентов. Илона растерялась. Она не ожидала ничего подобного. Что же делать, лихорадочно соображала она, как быть? Ей совсем не хотелось, чтобы владельцы дорогих авто приняли ее за обычную проститутку, ей это не нравилось!

Она ушла подальше от дороги, чтобы немножко поразмышлять. Села на траву, закурила — и вдруг решила, что ничего тут страшного нет, наоборот, все просто замечательно! Пусть и ее примут за такую. Ведь если подумать, кто снимает девку ночью, на дороге? Разве трезвый, здравомыслящий мужчина способен на это? Нет, конечно, разве что в самом крайнем случае, когда сильно припекло. А мужик в хорошем подпитии, сажающий в свою машину проститутку, не способен думать о чем-либо, кроме того, что его должны обслужить, да поскорее. И уж конечно, у него должны быть с собой деньги — ну хотя бы для того, чтобы рассчитаться с «работницей». Ну, разумеется, нельзя исключить того, что клиент заранее рассчитывает кинуть девку, не заплатить, однако он должен понимать и то, что проститутка работает не сама по себе, а под чьим-то прикрытием и что этому самому прикрытию ничего не стоит, например, разобраться с ним по-свойски, если он откажется оплачивать предъявленный счет. Все это Илона знала по рассказам тех ужасных женщин, среди которых провела два страшных, невообразимо страшных года… К черту, незачем вспоминать об этом!

Не спеша выкурив еще одну сигаретку, Илона встала, отряхнула брюки и вернулась на обочину. Посмотрев направо и налево, решила, что лучше пройти немного вверх по подъему, там вроде бы «бабочек» не видно. Почему их там нет — неважно. Может, там остановка запрещена. Или машины заново набирают скорость, поскольку милицейский пост остался далеко позади. А может быть, девки предпочитают держаться стайкой ради собственной безопасности. Чтобы коллега у соседнего куста могла видеть, в какую машину села нашедшая клиента особь. Это их дело. Ее это не интересует.

Наблюдая за проносившимися мимо автомобилями, Илона не спешила поднимать руку. Она хотела сначала присмотреться к обстановке. И уже через несколько минут поняла, что самые навороченные тачки проносятся мимо девок, не снижая скорости. Так… Значит, ее задача одновременно и облегчается, и затрудняется. С одной стороны, в этих мчащихся мимо машинах сидят, безусловно, самые солидные мужики. С другой — как заставить одного из них притормозить? «Интересно, — подумала она, — а как же тогда, с Толяном?.. Я ведь никаких проституток не замечала вокруг. Может, тогда их еще просто не развелось так много? Все-таки немало времени прошло. А может, Толян знал места, где их нет».

47
{"b":"10366","o":1}