ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Внезапно я догадался:

— Обломки! Разве они должны были затонуть?

— Правильно! Конечно, не должны. Корпус флайера сделан из легкого пластика, он не тонет в воде. Но главное, что мне сразу показалось подозрительным, — это пятно. Ведь флайер работает на водороде, там нет никаких жидкостей, масел тоже практически нет — откуда же пятно? Картина должна быть прямо противоположной: множество обломков и никакого пятна. Когда я пришел к этой мысли, я связался с СВК и попросил проверить записи радаров перехватчика. Знаете, что на них обнаружили?

— Никакого взрыва?

— Совершенно верно! Человеку можно внушить что угодно, но прибор фиксирует лишь то, что происходит на самом деле. Флайер и не думал взрываться: снизившись, он над самой водой пошел на юг. Я попросил турецкую СВК дать мне данные о его дальнейшем продвижении. Я боялся, правда, что он и с турками проделает ту же штуку, но он, видно, решил, что он нас хорошо обманул и не стал больше устраивать фокусов. Флайер с бортовым номером РК1477 пересек границу в 4.23. Вот что он сообщил о себе. — Генерал перебросил мне листок. — Большая часть здесь, как ни странно, правда.

Начальник Управления вновь прошелся по кабинету и, миновав Брейгеля, остановился перед большим экраном, с которого на нас смотрело лицо незнакомца, — то, что с таким отвращением рисовала по моей просьбе Анна.

— Ночной гость господина Путинцева не погиб, Александр, — не будем заблуждаться на этот счет. Кто он? Где сейчас находится? И — повторюсь — что намеревается делать дальше? На все эти вопросы вам предстоит ответить. Оставьте пока в покое известных нам гипнологов и конкурирующие общины — мне кажется, здесь поиск нам ничего не даст. Сосредоточьтесь на прошлом Путинцева, ищите там. Далее: способ воздействия. Поднимите все дела за последние 15 лет — может, отыщется что-то похожее. Вот, кажется, все. Послезавтра жду вас с очередным рапортом.

Я взял со стола листочки с данными о разбившемся и воскресшем флайере и с текстом выступления Путинцева и направился к двери. Когда я уже взялся за ручку, Риман окликнул меня:

— Александр Федорович! Я бы хотел, чтобы вы помнили, что наш подопечный умеет не только скрываться, но и нападать в самый неожиданный момент.

Я принял предупреждение к сведению и молча вышел. Фраза «будьте осторожны» никогда не употреблялась в нашем Управлении.

Рединг умер вчера вечером: Он до последнего часа находился в сознании и все просил меня быть ближе к нему и возложить на него рукивидимо, это несколько ослабляло боль. Большего мне, к сожалению, сделать не удалось. Все попытки оживить разрушенные нервные центры приводили только к новым мучениям.

Ни в чем так не выражается бессмысленность жалкого человеческого существования, как в хлопотах, которыми живые окружают мертвое тело,эту пустую оболочку, вмиг ставшую досадной обузой, отвратительным грузом, лишь только отлетело слабое, никчемное, но все же дорогое кому-то «я». Никто из нас не знал, как похоронить Виктора, никто не мог изготовить гроб — и в то же время никто бы не понял меня, если бы я предложил просто сбросить тело в одну из шахт. Неттлингер отыскал где-то сравнительно целый ящик, достаточно длинный, но узкий, так что покойника пришлось класть боком. К счастью, окрестности изобилуют глубокими ямами. Нам оставалось лишь опустить наш груз в одну из них изабросать камнями. Всем хотелось чем-то увенчать эту маленькую пирамиду, как-то выделить ее. Крест? Это было бы нелепо. Тот же Неттлингер вдвоем с Фабером приволокли здоровенный камень (который, кстати, отчаянно фонил) и водрузили его наверху.

Все ходили потерянные, и чтобы встряхнуть их, я провел занятие, настоящее, в ходе которого каждый должен был показать все, на что способен. Начали неохотно, вяло, но постепенно втянулись. Кажется, мне удалось внушить им, что их дальнейшее совершенствование станет лучшей памятью о Викторе.

Как всегда, упражнения с полями лучше всего удались Скиннеру, а фантомы — Бейме. Фантазия есть у всех — иначе бы я не выбрал их, и у всех (пожалуй, кроме Марио) образы получаются достаточно яркими и впечатляющими. Но лишь Гюнтеру удается добиться не только полной их управляемости, но и высокой сопротивляемости внешним воздействиям. Зато его слабым местом остаются те же поля, а особенносамовоздействие. Я вижу, что это его бесит. И чем сильнее он переживает свои неудачи, тем лучше я его понимаю и тем ближе он мне становится. Сентиментальное признание, которое я доверю лишь этой бумаге: я словно бы чувствую в нем своего сына. Я не знал отцовства (какой-то ребенок родился у Марии, кажется, девочка, но это не в счет, она никогда меня не интересовала), и вот теперь ощущаю его радостные и грустные стороны. Да, грустные тоже: ведь Гюнтер повторяет мой путь, мои мучения и неудачи. Я тоже, достигнув предельного совершенства в феноменальном мире, ничего не могу поделать с собственным бренным телом: быстро устаю, мешает одышка, болит покалеченная нога. В этом таланте, которым Творец столь щедро наделил других — хотя бы слащавого Чекеде,мне отказано. Почему? Пусть это остается на Его совести — если у Него она есть.

Шутка, конечно. Я не восстаю против Творца, не пытаюсь Его низвергнуть, напротив, я стремлюсь как можно более полно реализовать Его замысел.

После занятия беседовал с новичком. Конечно же, он ошеломлен, растерянстранно, если бы обстояло иначе!но воспринимает окружающее достаточно адекватно. Кажется, наше занятие произвело на него большое впечатление. Я немного позанимался с ним. Пока трудно судить, что из него получится в дальнейшем, но задатки несомненно есть. А уж насколько удастся из развить, зависит от меня.

Разумеется, он задал, вопрос о событиях, свидетелем которых он стал накануне и которые привели его в наш лагерь. Я объяснил причины, заставившие меня прибыть в поселок, и смысл того, что за этим последовало, — естественно, не раскрывая всего, в пределах, достаточных для понимания. Труднее всего ему было свыкнуться с новым отношением к досточтимому господину Путинцеву — хотя то, что я рассказал, безусловно, поколебало пьедестал, на котором до того возвышалась сверкающая статуя Учителя Максима; на ангельском венце вокруг его чела вдруг появились весьма заметные пятна. Впрочем, я не ставил своей целью чернить покойного и оправдывать свои действия. Я не нуждаюсь ни в оправдании, ни в защите. Я хочу лишь, чтобы меня правильно понимали. Кажется, он понял.

Глава 5

ТЯЖКИЙ ГРЕХ ДИЗАЙНА

Несмотря на постоянную работу кондиционеров, в рабочем зале Управления витал легкий табачный запах. Хотя человечество в целом вот уже полстолетия как рассталось с вредной привычкой древних индейцев, она все же сохранилась, став привилегией отсталых народов, обитателей городских трущоб и сотрудников секретных служб. Забытый в обычном быту и исчезнувший из продажи предмет — пепельница скромно прижилась в кабинетах, охраняемых лазерной сигнализацией. В конце рабочего дня механические уборщики деловито выметали из углов вороха пустых сигаретных пачек, а также пластиковые бутылки из-под спиртного. Начальство сквозь пальцы смотрело на то, как сотрудники наносят ущерб своему высокооплачиваемому здоровью. Иначе трудно было выдержать, находясь в обстановке умело нагнетаемого психоза и теоретически обоснованной истерии. Начальство не пыталось искоренять порок — оно его регулировало, время от времени проводя беседы с теми, кто находился на грани срыва, а иногда отстраняя их от работы.

Я нашел свободный терминал и вызвал на экран имевшуюся информацию о Путинцеве. В общих чертах я знал его биографию, но теперь мне предстояло изучить ее гораздо внимательнее, пройти шаг за шагом.

Максим Федорович Путинцев родился в 1998 году в Мурманске в семье морского офицера. Это повлияло на его выбор: после окончания гимназии он поступает в Академию судовождения. Однако учеба длится недолго: спустя три года кадет Путинцев бросает Академию и поступает в Высшую школу художественного моделирования. Видимо, здесь он нашел свое призвание. В 2022 году Максим оканчивет школу по специальности «оформитель массовых зрелищ, шоу-дизайнер». Далее работа в фирме «Юкон», оформление афро-азиатского фестиваля… Затем телекомпания «Евразия»… Путинцев успешно делает карьеру. И вдруг снова резкая перемена: в 2029 году он внезапно бросает свою весьма престижную работу и становится послушником Свято-Троицкого монастыря на Печоре. После двух лет послушничества он принимает постриг и получает имя Мефодий. Не оставляя монастыря, учится в духовной семинарии. Молодого монаха интересуют сложные богословские проблемы, его статьи публикуются в епархиальном журнале, он участвует в диспутах и экуменических конференциях. Мефодий Путинцев готовится принять сан священника. Однако этого не происходит: в 2034 году он внезапно покидает монастырь на Печоре. Спустя несколько месяцев мы обнаруживаем его в Тибете. Он вновь становится монахом, но уже буддийского монастыря Ронгбук. Видимо, в горах он находит то, чего не нашел в северных болотах, — в Тибете он остается целых 16 лет. Отсюда он направляется в знаменитую «Обитель молчания» и после 15-летнего пребывания в ней основывает свой «Дом Гармонии». Дальнейшее известно.

8
{"b":"10393","o":1}