ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Корабль приговоренных
Пожарный
Продажное королевство
Наследница Вещего Олега
Селфи человека-невидимки
Наследство Пенмаров
Исповедь волка с Уолл-стрит. История легендарного трейдера
Никола Тесла. Изобретатель будущего
Illuminate: как говорить вдохновляющие речи и создавать эффективные презентации, способные изменить историю

Рейф озадаченно посмотрел на нее:

– Да. Мой полк, к сожалению, там не стоял, но я им, во всяком случае, командовал.

– А как назывался твой полк? – поинтересовалась младшая сестра.

– «Голдстрим гардз».

– Они, наверное, воюют вовсю? Название – то, что надо, красивое!

Рейф рассмеялся:

– По правде говоря, в основном я водил полк на парады, коронации, ну и еще на похороны. Вот и все военные действия.

– Вы водили полк? – оборвала свой смех Фелисити. Похоже, когда он упал на нее, она тоже ушибла голову.

– Ну да. Я был в звании капитана. Ушел в отставку несколько недель назад.

– А ты учился воевать?

От налетевшего порыва сырого ветра у Рейфа даже зубы заломило. Зияющий провал на месте входа в западное крыло мало способствовал сохранению в доме тепла. После того как с дверьми все будет в порядке, надо бы посмотреть, что тут можно сделать.

– Я научился убивать человека семьюдесятью тремя способами.

Мэй выпрямилась и схватила его за руку.

– Ты знаешь семьдесят три способа? – воскликнула она с энтузиазмом, сделав круглые глаза. – Научишь меня нескольким?

Рейф скептически поднял бровь:

– Зачем? Один способ ты уже освоила.

Фелисити подошла к ним и обняла Мэй за плечи.

– Точно. Печально известный маневр с медным чайником.

– Ух ты! Это один из тех самых способов?! – крикнула девочка.

Рейф торжественно кивнул:

– Именно так. Способ номер двадцать восемь. Фелисити из-за спины Мэй благодарно улыбнулась ему.

В глазах ее плясали смешинки. «Спасибо», – беззвучно выговорила она губами и, взяв сестру за руку, потянула за собой в коридор:

– Пошли, дорогая, закутаемся в теплое одеяло и досмотрим сны.

– Номер двадцать восемь! – восторженно прощебетала Мэй. – Лис, теперь ты тоже знаешь про номер двадцать восемь!

Рейф посмотрел им вслед и ласково потрепал Аристотеля по горячему боку.

– Не переживай за меня, старина, – пробормотал он. – Я всего лишь промок до костей и до смерти замерз.

Конь запрядал ушами и повернул морду на голос хозяина.

– Тихо-тихо, дружище Тотель.

Со стороны двери раздался негромкий смех вернувшейся Фелисити.

– Интересно, под каким номером идет замерзание? – поинтересовалась она, входя в комнату. В руках девушка несла сложенное в несколько раз шерстяное одеяло, от одного вида которого становилось теплее.

– Под номером семь, – без запинки ответил Рейф, у которого уже зуб на зуб не попадал.

– Ну что же, в таком случае да не свершится номер семь!

Чуть поколебавшись, Фелисити расправила одеяло и набросила его Рейфу на плечи. Он закрыл глаза, наслаждаясь легкими прикосновениями ее рук, такими невесомыми, какими могут быть только любовные ласки. Он вдруг почти совсем согрелся. И тут наконец осознал, что приобретение поместья Фортон-Холл связано с огромными сложностями, и чем дальше, тем их больше.

«Хватит! Прекращай искать предлоги, чтобы прикоснуться к нему! – сурово корила себя Фелисити. Она чинно поднесла ко рту чашку. Рейф устроился на полу у камина, в котором весело потрескивал огонь, и увлеченно играл с Мэй. – И Бога ради, прекрати его разглядывать! Пусть у него и было не все в порядке с головой, но сообразил же укрыться от дождя в доме, даже если он сначала промок до нитки и даже если вбил себе в голову привести с собой в дом лошадь…»

– Ты жулишь! – хохоча, воскликнула Мэй.

– Вовсе нет, мисс Головорез.

Фелисити улыбнулась. Мэй будет просто убита, когда Рейф уедет. Ни разу ей не доводилось видеть, чтобы младшая сестра так привязалась к кому-то. Да и она сама не слишком охотно допускала в свою жизнь незнакомых людей. С тех пор как появился этот человек – да что там появился: ворвался! – она пребывала в растерянности и каком-то тумане. Сколько она себя помнила, впервые ее не покидало чувство, что некая неведомая сила несет ее неизвестно куда, а вернее всего – к окончательному разорению.

– Откуда у тебя этот шрам? – спросила Мэй и потянулась рукой к его щеке.

Усмехнувшись, Рейф перехватил руку девочки и опустил вниз, к кучке бирюлек, чтобы продолжить игру, однако Фелисити успела заметить, как на миг лицо его передернулось будто от боли. Она уселась поглубже в кресло и исподтишка стала наблюдать за молодым человеком, время, от времени поглядывая на него над краем своей чашки.

– Неприятная случайность. – Рейф пожал плечами под накинутым одеялом. – Кстати, вроде бы я начал оттаивать.

– А что за случайность? – сморщив от любопытства носик, не отставала Мэй.

Фелисити надо было бы оборвать сестру и сказать, чтобы та не лезла не в свое дело, но ей самой очень хотелось услышать ответ на заданный вопрос и узнать, о каких еще слонах, герцогах и военных парадах пойдет речь на этот раз. Мэй вела себя, конечно, безобразно, но, по крайней мере, от этого была хоть какая-то польза, а их гостя все это, похоже, не очень раздражало.

Рейф вздохнул:

– Так и быть. Лошадь подо мной споткнулась, упала и подмяла меня под себя. Перелом ноги в двух местах, к тому же французский солдат полоснул по лицу штыком.

– Это Аристотель упал под тобой? – Нет, это было в Бельгии. Глаза у Мэй стали похожи на чайные блюдца.

– При Ватерлоо?

Фелисити мысленно похвалила сестру за отличное знание географии.

– Да, при Ватерлоо, – отчего-то смутился Рейф. – Потом треклятый, просто кошмарный старина Джон написал Принни и моему отцу о том, что я скорее всего останусь без глаза и левой ноги, чтобы они поторопились выписать меня домой, пока я не преставился.

– А Джон – это кто? – спросила Мэй.

– Веллингтон, – улыбнулся Рейф, а потом потянул руку и ласково щелкнул девочку по носу. – И знаешь еще что?

– Что? – замирая от любопытства, спросила Мэй. – Он так ни разу у меня в бирюльки и не выиграл.

– Да ты с Веллингтоном в бирюльки никогда не играл! – недоверчиво нахмурилась Мэй.

Рейф сбросил с плеч одеяло и поднялся с пола.

– Откуда тебе это известно? – ухмыльнулся он и отвесил церемонный поклон: – Прошу меня извинить, леди, но пора проведать старину Тотеля и посмотреть, что там можно придумать с входной дверью.

Едва он вышел, Мэй мигом оказалась перед Фелисити.

– Он что, правда знаком с герцогом Веллингтоном?! Фелисити не спеша отодвинула чашку в сторону.

– Я уверена, что Рейф видел его светлость, – подумав, признала она.

– Я тоже думаю, что он правду говорит. Он столько всего знает про слонов, гиппопотамов и про семьдесят три способа убить кого-нибудь. И еще он ел антилопу-гну!

Вздохнув, Фелисити кивнула и легонько похлопала ладонью около себя:

– Мэй, присядь-ка на минутку.

Когда сестра устроилась рядом, она обняла ее за плечи и ободряюще прижала к себе.

– Я хочу кое-что тебе объяснить, дорогая.

Мэй подозрительно посмотрела на нее исподлобья и пробурчала:

– Слушаю.

– Помнишь, Найджел много раз рассказывал, какой замечательный его приятель Питер Уайтинг, а когда он наконец нанес визит, то совсем нам не понравился.

– Ага! Чертовски высокомерный болван!

– Мэй!

– Ладно, пусть будет ужасный. Но Рейф совсем не такой, Питеру до него как до неба.

– Согласна. Но я вот что тебе хочу сказать: он может видеть вещи по-своему, ну, как Найджел видит своего друга, а на самом деле все может быть вовсе не так.

Мэй надолго задумалась, потом подняла глаза на старшую сестру.

– Значит, он может думать, что видел гиппопотама, а на самом деле это была здоровенная свинья, так?

– Именно это я имела в виду, – с облегчением улыбнулась Фелисити.

– Тогда у него голова не в порядке, он ненормальный.

– Ну, в точности мы об этом не знаем. – Фелисити ласково притянула девочку к себе. – Запомни, пожалуйста: Рейф может быть потрясающим во всем, но по-настоящему надеяться на него мы не можем. Мы должны надеяться только на самих себя.

– На Найджела мы тоже можем надеяться? – спросила Мэй, бросив на сестру испытующий взгляд.

21
{"b":"104","o":1}