ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, мы с Мэй были здесь. Но…

– Mon Dieu, в такой тесноте принимать совершенно незнакомого гостя… Но, похоже, вы как-то обошлись?

Роуз Пендлтон, прятавшаяся от солнца под небольшим зонтиком, захихикала:

– Джанетт, старая греховодница, кто бы…

– Мистер Бэнкрофт сразу решил устроиться на конюшне, – поспешила перебить Фелисити, стремясь спасти свою репутацию от полного краха.

Роберт подмигнул третьему джентльмену, которого, как она припомнила, звали мистер Колдер.

– А кстати, где эта конюшня? Фелисити принужденно рассмеялась:

– Нам пришлось ее снести. После этого я не могла не разрешить ему ночевать в доме.

Джанетт наклонилась ближе, и ее короткие локоны пощекотали ухо Фелисити.

– Значит, вы по-прежнему домоуправительница? – шепнула она с легким французским акцентом.

– Мистер Бэнкрофт нанял меня вести бухгалтерию поместья, пока не подыщет подходящего покупателя.

– Он вас оставил? Так странно для него.

Фелисити терялась в догадках – то ли это злонамеренность, то ли обычное любопытство. Прежде чем она нашлась с ответом, все собравшиеся уже обсуждали некую даму по имени Дафна и то, как прошлым летом Рейф несколько недель за ней ухаживал, а когда в Лондоне появился ее испанский кузен, сразу потерял к ней всякий интерес.

– А чего, собственно, вы ожидали? Прямо как в пьесе Гоцци – на сцене появляется темноглазая испанская красавица, а Рапунцель уже успел распустить ей волосы.

– Замечательно, Филдс, просто замечательно! – фыркнул от смеха мистер Хеннинг. – Надо запомнить: «уже успел распустить ей волосы»!

– Да, Харриет, благодарите Бога, что получили свой браслет после того, как вы сами распустили свои волосы, – лукаво улыбнулась Роуз.

– О, этот Рейф! – рассмеялась Джанетт Окли. – Я тоже заполучила лошадку. Лучший жеребец из всех, которые у меня были, mes amis!

Все расхохотались, и Фелисити стало совсем худо. Она прекрасно знала, что у Рейфа она отнюдь не первая женщина, но эти дамочки говорили о любовной близости – любовной близости с Рейфелом! – как о какой-то забавной игре.

– А какие здесь имеются развлечения? – поинтересовался Стивен Колдер.

Фелисити, благодарная ему за смену темы, поспешила ответить:

– До Пелфорда отсюда всего несколько миль.

– Да, мы проезжали через этот городок. Очень старомодный и весьма изящный.

– Сразу за ним «Усталый путник».

– Какое необычное название, – подняла брови леди Харриет. – У него, должно быть, прелюбопытная история.

– Это наша главная достопримечательность, – ответила Фелисити, горя желанием сбежать от назойливых гостей. – Лет двести назад в этих местах жил молодой дворянин – Чайлд Джон Мидлтон. Он был чуть ли не восьми футов росту и даже боролся с чемпионом короля Георга Первого.

– Победил? – лениво поинтересовался Роберт.

– Да, победил.

– А что случилось потом? – спросила Роуз.

– Не знаю. По крайней мере в Чешир он больше не вернулся.

Фелисити принялась собирать пустые чашки. Когда она добралась до кухни, как потрепанный бурей корабль до тихой гавани, то чувствовала себя так, будто и впрямь пережила шторм. С таким спутанным клубком из двусмысленных намеков и домыслов ей еще не приходилось сталкиваться. Если в Лондоне это называют дружбой, то надо радоваться, что она до сих пор не побывала в столице.

Слава Богу, пару дней назад Рейф съездил в Пелфорд за очередной порцией провизии, так что продукты были. Фелисити еще раз возблагодарила Бога за то, что была вынуждена научиться готовить. Конечно, приготовленные ею блюда нельзя было бы подать на королевский стол даже в дурном сне, но вкусными они были, это уж точно.

У нее в голове не укладывалось, как Рейф мог годами жить в таком окружении, но он жил и явно пользовался популярностью в высшем свете. Теперь ей стало понятно, почему он так рвался в Китай. Когда каждое твое слово понимается то так, то этак, когда каждый взгляд всякий раз истолковывается по-разному, в зависимости от настроения «толкователя» когда об искренности не приходится и мечтать, сбежишь куда угодно. Когда Мэй пришла на кухню, чтобы помочь сестре нарезать овощи, Фелисити уже была близка к тому, чтобы сломя голову мчаться на Восток.

– Куда это вы с Рейфом запропастились?

– Я никуда не запропастилась, помогала Мадди разбирать ее вещи. Мне она нравится. Такая веселая!

– Тогда куда запропастился Рейф?

– Он нанимает наемников! Фелисити уставилась на сестренку.

– Что он делает? Мэй покивала головой.

– Рейф говорит, что ты нанимаешь добровольцев и что ты нанимаешь наемников. А еще он сказал, ты была такая сердитая, что ему для защиты нужны наемники!

– Еще бы, такой приятный сюрприз! – сердито парировала Фелисити. – Мог бы предупредить, что пригласил погостить пол-Лондона. – Она помолчала. – А ты тоже не знала, что они приедут?

– Нет, не знала. Так Рейф никого и не приглашал. Они сами ворвались без спросу!

В кухонную дверь робко поскреблись.

– Войдите, – пригласила Фелисити.

Дверь открылась, на кухне появилась Салли Грэм, дочка Денниса, и присела в робком реверансе.

– Извините, мисс Харрингтон, извините, мисс Мэй…

– Привет, Салли. Что стряслось?

– Ничего, мисс. Мистер Рейф сказал, чтобы я пришла к вам и помогла готовить еду для ваших знатных гостей.

Фелисити вспыхнула от гнева.

– Салли, твоя семья все эти дни столько нам помогала! Тебе вовсе не следовало…

– Мистер Рейф просил вам сказать, что я… – она запнулась и даже зажмурилась, чтобы не ошибиться, – что я буду щедро вознаграждена. – Девочка улыбнулась и снова присела в реверансе. – Он дал мне целый соверен.

Невольно удивляясь изворотливости Рейфа и досадуя на него, Фелисити, поджав губы, протянула Салли свою миску:

– Тогда держи и мешай.

Вскоре на кухню заскочил и Рейф; за ним, как на буксире, следовал Рональд Бент.

– Ага, наша повариха уже здесь! – весело воскликнул Бэнкрофт, сверкая неотразимой белозубой улыбкой. – А вот наш ливрейный лакей. Дворецкий прибудет сразу, как только закончит кормить своих кур.

Фелисити уже достаточно хорошо узнала Рейфа, чтобы заметить, что за добродушным подшучиванием тот прячет неловкость. Бросив на девушку несколько косых взглядов, он повел Рональда через кухню.

– Похоже, у меня есть пиджак и галстук, которые придутся тебе впору, парень. И запомни – подавай слева, убирай справа.

– Рейф, – окликнула Фелисити, когда тот был уже на пороге.

Молодой человек заметно вздрогнул.

– Я перепутал? Нужно наоборот? Я всегда забывал, как…

– Нет, ты все сказал правильно. Можно тебя на пару слов? Наедине?

– Конечно! Рональд, подожди меня.

Фелисити вышла из кухни во двор. Садившееся солнце уже скрылось за деревьями, и заметно похолодало. Похоже, собирается очередная гроза, подумала Фелисити, и дай-то Бог, чтобы на этот раз она прошла стороной. Хотя Фортон-Холл больше ей не принадлежал, ей не хотелось, чтобы усадьба погребла под своими обломками всю эту понаехавшую лондонскую знать. Рейф вышел следом и плотно закрыл за собой дверь.

– Лис, я знаю, что ты сейчас скажешь, и, честное слово, я очень…

– Во сколько все это тебе обходится? – перебила она его, складывая на груди руки.

– С едой, прислугой и всем прочим, что я сейчас просто не могу вспомнить, полагаю, соверенов двадцать в неделю, – коротко усмехнулся он. – Если мои друзья задержатся дольше трех недель, то просто умрут с голоду.

Фелисити и не подумала улыбнуться.

– Ты не можешь себе этого позволить.

– Куин согласился дать мне взаймы две тысячи соверенов. Так что на самом-то деле я могу себе это позволить.

– А как же Салли, Рональд и твой дворецкий?

– Билл сможет помочь только сегодня вечером, а Салли и Рональд будут здесь работать ровно столько времени, сколько будешь ты. – Он шагнул к ней, собираясь взять ее за руку, но удержался. – Я очень перед тобой виноват, Лис, прости. У меня и в мыслях не было ставить тебя в неудобное положение и тем более обижать. Как выразился бы мой отец, это была моя типичная придурь.

48
{"b":"104","o":1}