ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Убийство Мэрилин Монро: дело закрыто
Сущность зла
Девушка Online. В турне
Как запоминать (почти) всё и всегда. Хитрости и лайфхаки для прокачки вашей памяти
Мужчины с Марса, женщины с Венеры. Новая версия для современного мира. Умения, навыки, приемы для счастливых отношений
Разведенная жена, или Жили долго и счастливо? vol.1
Белое безмолвие
Девушка, которая искала чужую тень
Третье пришествие. Ангелы ада

Рейф оборвал себя на полуслове и с интересом глянул на девочку. Потом вновь все свое внимание обратил на Фелисити.

– Как вас зовут? – спросил он более спокойным тоном.

– Фелисити Харрингтон, – хмуро ответила та.

– Мисс Харрингтон, окажите любезность, загляните в мой левый нагрудный карман. Тогда все всем станет ясно и понятно.

– Лис, не делай этого! Он хочет тебя подловить!

– Спокойно, Мэй, спокойно. – Господин Бэнкрофт нес явную околесицу. Когда Фелисити как следует пригляделась к нему, она поразилась, что им с Мэй удалось справиться с этим человеком. Если бы он захотел, то с легкостью сделал бы из нее калеку. Возможно, он и впрямь не столь опасен, как им показалось. И все же… береженого Бог бережет. – Не вздумайте пошевелиться, – с угрозой в голосе предупредила она нового знакомого.

– Не волнуйтесь, не буду.

Задержав дыхание, Фелисити с бьющимся сердцем осторожно протянула руку. Сюртук пленника был туго-натуго перетянут веревками, и ей пришлось потянуть за лацкан, чтобы немного высвободить левую полу. От ее усилия тело Бэнкрофта слегка качнулось, но сам он и не подумал двинуться.

Еще немного потянув за лацкан, она нерешительно просунула руку внутрь сюртука и начала нащупывать левый карман. Кончиками пальцев она чувствовала, как ровно и сильно бьется его сердце. Фелисити встревожилась. Неужели возможно, чтобы от одного прикосновения к груди чужого мужчины у нее так перехватило дыхание? В свои двадцать три года она еще не замужем, это правда. Однако отсутствие мужской компании тяготило ее не настолько, чтобы продолжать с волнением прижимать ладонь к груди этого растрепанного красавца… Странное и притягательное ощущение.

– Мисс Харрингтон, чуть ниже, – тихонько заметил пленник.

Она подняла глаза и встретила его пристальный, изучающий взгляд. На лице у нее, должно быть, проступило смущение, потому что губы Бэнкрофта тронула едва заметная лукавая усмешка. Фелисити, взяв себя в руки, придвинулась чуть ближе и с усилием просунула руку дальше под туго затянутые веревки.

– Нащупали?

– Что именно? – вся вспыхнув, сердито поинтересовалась она.

У него хватило смелости улыбнуться.

– Толстый сложенный лист.

Наконец кончики ее пальцев коснулись шероховатого края сложенного в несколько раз листа.

– Да, вот он.

– Отлично! Вытащите, – негромко скомандовал молодой человек, не сводя с нее зеленых внимательных глаз.

Фелисити вдруг разволновалась, засуетилась, вцепилась в бумагу и рванула ее на себя. Та легко поддалась и оказалась у нее в крепко зажатой руке. Рывок был столь силен, что Рейф с глухим стуком откачнулся и опять ударился головой о пол.

– Вот она. Между прочим, сэр, ваше положение не дает вам никакого права заигрывать со мной или что вы там себе вообразили.

– Чертова… – скривился от боли Бэнкрофт и тут же оборвал себя на полуслове. – Разверните, пожалуйста, бумагу, мисс Харрингтон.

Подозрительно повертев документ в руках, Фелиситй исполнила просьбу. Вчитавшись в первый абзац, изложенный точным судейским слогом, девушка побледнела. Из прочитанного следовало, что в руках она держала дарственную на поместье Фортон-Холл. Взгляд ее сам собой метнулся к нижнему краю бумаги.

– Это не подпись моего брата, – с облегченным вздохом заявила она. Боже! Какая же она глупая! Уже была готова поверить, что этот наглый пришелец говорит правду!

– Уверяю вас, подпись его.

Фелисити еще раз внимательно изучила закорючку.

– Весьма дурная подделка, – процедила она.

– А если я признаюсь, что в тот вечер все участники сделки неслись по волнам веселья на всех парусах?

– Я же говорила, что он пират! – с торжеством вставила Мэй.

– Я неудачно выразился, – торопливо оговорился Рейф. – Мы надрались до безобразия, И это еще мягко сказано.

Фелисити опустила руку с документом.

– Ну что же, если так, то мне, мистер Бэнкрофт, все ясно! Вас одурачил какой-то бессовестный тип, который просто знал, что мой брат в Лондоне.

– Никто меня не одурачивал, – решительно возразил Рейф.

Фелисити охватило искреннее сочувствие к этому несуразно наивному господину, так неудачно покусившемуся на ее честь. Молодая женщина еще раз внимательно изучила бумагу.

– Я уверена, вы раньше никогда дарственную и в руках не держали. Так что вам могли с легкостью всучить что угодно. Эта писанина – она легонько потрясла документом в воздухе, – выглядит не слишком убедительно.

– Благодарен вам за сочувствие, мисс Харрингтон, но, уверяю вас, через мои руки прошли десятки, если не больше, дарственных.

Бедняга, подумала Фелисити. Они с Мэй, похоже, перестарались – слишком сильно стукнули его по голове. Помятый чайник красноречиво свидетельствовал о том, что сделалось с мозгами непрошеного гостя.

– Конечно, десятки, конечно, разве я спорю? – торопливо согласилась Фелисити.

Бэнкрофт нахмурился, открыл, было, рот, закрыл и, помолчав, заметил:

– Мисс Харрингтон, позвольте мне довести до вашего сведения, что мой отец – герцог Хайброу. Так что насчет дарственных я сказал вам сущую правду.

Фелисити и Мэй снова переглянулись. Если у Рейфела Бэнкрофта на самом деле помутился рассудок, тогда им, как добрым христианкам, полагалось ему помочь, потому что они в буквальном смысле слова приложили к этому руку. Да, этот человек заявился в Фортон-Холл в полной уверенности, что теперь он владелец поместья. Не успев предаться сладким грезам, получил по голове медным чайником от восьмилетней девочки, а вернувшись из страны Морфея, узнал, что оказался жертвой какого-то бессердечного и коварного негодяя. Неудивительно, что теперь он убеждает всех, и прежде всего самого себя, что он важная персона.

– У меня к вам есть предложение, – произнесла Фелисити, успокоившаяся и вновь способная здраво мыслить. Правда, она сама до конца не понимала, что именно движет ею: то ли доброе сочувствие к Бэнкрофту, то ли его незаурядная внешность. Она не могла не признать, что чем дальше, тем больше нравится ей пленник.

– Вы меня просто очаровываете, – галантно отозвался тот.

– Я напишу брату в Лондон. – Фелисити постаралась не обратить внимания на последние слова Бэнкрофта. – Я уверена, он все раз и навсегда прояснит. А до тех пор… вы можете остаться в Фортон-Холле, если торжественно поклянетесь не покушаться ни на поместье, ни на Мэй, ни на меня.

Рейфел Бэнкрофт слегка прикрыл веки и с легкой смущенной улыбкой вежливо поинтересовался:

– А если я не поклянусь?

– Мы пошлем за констеблем, и вас упекут в тюрьму за разбой и грабеж. А герцогу Хайброу я все изложу в личном письме. Посмотрим, скоро ли он приедет вас выручать.

Улыбка сползла с лица Бэнкрофта.

– Вы ставите меня в весьма затруднительное положение, мисс Харрингтон. Хорошо. Я принимаю ваше предложение.

Кажется, рассудок понемногу начал к нему возвращаться, с облегчением подумала Фелисити.

– И что дальше? – поинтересовалась она. Бэнкрофт открыл глаза и серьезным и торжественным тоном проговорил:

– Клянусь не причинять вреда ни Мэй, ни поместью Фортон-Холл, ни вам лично.

Фелисити изучающе вгляделась в лицо нежданного гостя в поисках хоть малейшего намека на ложь или безнадежного умопомешательства. Единственное, что ей удалось разглядеть, – вид у Бэнкрофта был малость потерянный, что не могло не вызывать сочувствия. О да, за последнее время она на собственном опыте узнала, что это значит – владеть всем и все потерять.

– Я вам верю. Мэй, возьми-ка чайник, я сейчас развяжу нашего гостя.

Глава 3

К тому времени, когда Фелисити наконец развязала последнюю из веревок, что стягивали его, словно фаршированного фазана, Рейфел Бэнкрофт всерьез подумывал о том, что уж лучше бы они его сразу убили, а не отправили, огрев чайником, в бесчувственное состояние. Голова буквально раскалывалась на части от боли, а стоило ему чуть пошевелиться, как перед глазами все плыло и к горлу подкатывала омерзительная тошнота. Проваляться какое-то время без памяти, связанным по рукам и ногам, само по себе было унижением. Для полноты картины не хватало только, чтобы его вывернуло наизнанку прямо на глазах у двух леди. Похоже, в ближайшее время ему будет не до рыцарских манер.

7
{"b":"104","o":1}