ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ни малейшим намеком Пэтти не обмолвилась о событиях прошлой ночи и сделала это намеренно. Когда прошла первая волна злобной ревности, она стала мыслить более рационально. Скорее всего, Зик ей не подходит. То, что ей казалось мальчишеской застенчивостью, могло быть наделе абсолютной индифферентностью. И когда он временами уносится мыслями куда-то вдаль, то именно там он и пребывает: где-то вдали. Ну и пусть пребывает. Но уже без нее.

И все же ее злило то, что Зик ходил на свидание с другой девушкой. Может быть, она – информатор, а может быть, и нет. Важно другое: свидание было весьма нежным, и Зик хотел скрыть от нее свое присутствие в ресторане. Если же он, как утверждает, был на службе, зачем лезть под стол?

Она пыталась убедить себя, что это к счастью: убедиться в его неверности до регистрации брака. Но ничего не помогало. Она любила этого типа.

Теперь Пэтти деловито отмеряла кофе для кофеварки. На улице солнце размышляло, не пора ли вставать.

– Как насчет бекона с яичницей? – между делом спросила она. Она никак не могла понять, какого черта Грег возился у нее под окном, и боялась углубляться в эту проблему из опасения, что Д.К. унес застреленную Грегом дичь и Грег кинулся ее возвращать.

Грег покачал головой.

– Спасибо.

Он тщательно следил за фигурой. Большинство мужчин пренебрегают этим, неизвестно почему. Они хотят, чтобы их женщины были стройными, но себе отращивают брюшко, как пивной котел, и делают вид, что его нет. Они думают, что достаточно затянуть ремень на лишнюю дырочку и никто не заметит.

Пэтти видела, что Грег жаждет объясниться.

– Не надо ничего придумывать. Приходите сюда в любое время. – Однако она позволила себе подпустить шпильку: – У нас забор не под током.

– Сожалею, что так поступил.

Пэтти вспомнила, что кофе он любит черный.

– Между прочим, – сказала она небрежно, – Зик и я решили, что каждый пойдет своим путем.

От радости Грег отхлебнул кофе больше, чем был в состоянии проглотить. После продолжительного откашливания он произнес:

– Рад, что вы пришли в чувство. Я знал, что он вам не пара, но мне хотелось сохранять хорошую мину при плохой игре. Вы и детектив, о, боже, детектив! Как сказала миссис Макдугалл…

Он умолк. По выражению ее лица он понял, что на роль третейского судьи избрал не того человека.

– Сам по себе он парень неплохой. Я ничего против него не имею. Не поехать ли нам сегодня куда-нибудь? В «Кокосовой роще» сегодня Робер Гулэ. Потанцуем, возместим потерянное время.

– С удовольствием.

– В восемь?

Она кивнула.

– Тогда увидимся, – сказал он, выходя через кухонную дверь. – Как только Майк встанет, поговорите с ним. Не забудете? Как только встанет.

Когда Грег ушел, Д.К. напомнил, что ждал достаточно терпеливо. Он был готов поесть отбивных почек. Мясные смеси ему надоели. Два дня назад он весьма наглядно выразил свое мнение по поводу мясной смеси, демонстративно закапывая ее лапкой под пленку. Эта демонстрация затронула души всех присутствующих. Так он довел свою точку зрения до сведения тех, кого это касается, и в результате теперь Пэтти выуживает из банки отбивные почки. Иногда в отношениях с людьми необходимо проявлять твердость. Они становятся от этого намного умнее, чем прежде.

Пэтти опустилась рядом с ним на пол и, когда он кончил есть, взяла его на колени. Почесала шейку и поговорила с ним, как делала много лет назад. Тогда она шла к нему за утешением после очень печальных событий, чтобы поплакать, теперь она слишком взрослая, чтобы плакать. Тогда он слушал ее и все понимал. И теперь он потрется об нее головкой и даст ей понять, как он ее любит. И по ночам, когда ей плохо, он приходит к ней в кровать и ползет по ногам, в итоге устраиваясь у нее на локте.

Тут она забормотала:

– Люблю его. Страшно люблю.

И по тому, как она это сказала, кот решил, что у нее разбито сердце.

20

После этого Пэтти целый час просидела в гостиной, читая утреннюю газету. Мысли ее скользили по заголовкам и вновь улетали прочь, к Зику и Грегу. То она сожалела, согласившись на свидание с Грегом. То радовалась, что отомстит. Это заставит мистера Келсо поразмыслить над своим поведением. Если он решил, что получил ее в завернутом опечатанном и упакованном виде, то жестоко ошибается.

Приятно было вспомнить, как просветлело лицо Грега, когда она дала согласие на встречу. Это был прежний Грег, такой, каким он был много лет назад, радовавшийся, что поведет ее на вечеринку, в кино или на футбол. Сколько пет он был под рукой в нужную минуту, когда надо было разрешить какую-нибудь проблему, починить машину, проверить налоговую квитанцию или просто когда возникала необходимость в сопровождающем мужчине. Пэтти знала, Грег всегда надеялся, что в итоге она выйдет за него замуж. Того же ждали и соседи. Она давно уже могла стать миссис Болтер, если бы не его вздорный характер. Правда, все чаще и чаще ему удавалось брать себя в руки. Случаев, когда он выходил из себя, вроде отпечатков лап кота на машине, становилось все меньше.

Грег и Зик, такие разные. Грег жил, чтобы ходить на шоу и танцы и носиться с ревом по автострадам. Зик предпочитал тихие беседы, поездки на пляж в Бальбоа, плавание под парусом, пикники, путешествия автостопом, охоту в горах. Грег был всегда наготове, на взводе, как сжатая пружина, а Зик напоминал разношенные туфли, в которых удобно ходить. Грег говорил, что думал, Зик погружался в себя. Грег был открыт, Зик оставался загадкой.

В том-то и дело! Хватит с нее загадок. Она не собирается посвящать жизнь разгадыванию загадок. Как он мог, как он только мог? Стоило ей представить себе эту сцену с чудо-блондинкой, гладящей Зика по щеке, прижимающейся к нему, к вящему его удовольствию, Пэтти краснела с головы до пяток.

Она вернулась к действительности, услышав, как тихо отодвигается защелка задней двери. И припомнила другие тихие, едва различимые звуки, отпечатавшиеся в памяти, пока она витала где-то далеко.

Неслышными шагами она подошла к окну столовой, откуда было хорошо видно заднее крыльцо. И не поверила своим глазам. Там стоял отец, потихоньку вынесший на бумажной тарелочке прямо в кусты еду Приблудному Коту. Он ждал, пока П.К. кончит есть, чтобы забрать тарелочку.

Когда отец вернулся на кухню, его уже поджидала Пэтти.

– Ай да папа, кто бы мог подумать? – шутливо упрекнула она. Отец поглядел на нее так, будто его застали, когда он прикарманивал деньги из церковной копилки.

– Не веди себя так, будто поймала меня с поличным за распространением героина. Кот умирал от голода. Он мог умереть прямо здесь.

Она покачала головой.

– А нам, своим детям, ты запрещал выносить ему даже объедки! Хочешь иметь кошку – корми ее. – Она рассмеялась и погладила его по щеке. – Значит, будем кормить П. К.

Пэтти достала бекон и яйца.

– А откуда ты подглядывала?

– Из гостиной. Мне не спалось.

– Что-то не так?

– Ничего.

– У Ингрид с ее мальчиком?

Пэтти отсчитала восемь ломтиков хлеба и поместила их на решетку тостера.

– Ингрид сама справится. Не дави.

– Не очень-то верится. Думаю, нам надо проявить твердость. Не нравится мне, что она всю ночь будет сидеть на пляже с этим парнем.

– Не переживай. В ее возрасте ей пора научиться самой принимать решения.

Он подал на стол тарелки, потом поставил чашки с блюдцами.

– Тогда в чем дело, Пэтти? Что тебя мучит?

С первых минут сознательной жизни она знала, что отец умеет читать |ее мысли. Он до того точно их узнавал, что становилось страшно. Так было и сейчас.

– Ничего, – еще раз сказала она.

– Что-нибудь с Зиком?

Она кивнула.

– Вчера ночью мы поссорились.

– Навеки?

– Мне не хотелось бы говорить об этом. Не сейчас. Извини и пойми меня.

Он глядел в окно поверх апельсинового дерева.

– Пойду-ка я побреюсь. Мне сегодня надо пораньше быть на работе.

28
{"b":"10427","o":1}