ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Налить вам кофе, мадам? – спросил официант, взяв в руки кофейник из нержавеющей стали.

– Нет, спасибо.

– Хорошо, мадам, – высокомерно фыркнул молодой человек, протягивая Реми счет.

Реми торопливо расписалась и вернула ему бумажку. Официант удалился.

– Выпьешь кофейку? – спросила она брата.

– С удовольствием.

Реми налила в чашки дымящийся кофе и потянулась за сливками.

– Ты любишь, чтобы сливок было много, а сахару чуть-чуть, так ведь?

– Совершенно верно, – усмехнулся Гейб. – Я вижу, память к тебе постепенно возвращается.

– Мне тоже хотелось бы в это верить, – с деланной небрежностью откликнулась Реми.

– Но что с тобой все-таки произошло, Реми? Почему ты потеряла память? Я так до конца и не понял. Это был несчастный случай, да?

– Инспектор полиции говорит, я отбивалась от какого-то типа. – Реми отхлебнула кофе и поморщилась, вспомнив, как саднили опухшие губы. – Он меня ударил. Я упала, стукнулась головой о дерево и потеряла сознание. Очнулась уже в больнице. Мне наложили на рану полдюжины швов. Я ничего не помнила. Кто я, где живу, чем занимаюсь – все тонуло в тумане. Врач сказал, что амнезия – это следствие травмы, ведь у меня было сотрясение мозга.

– А мужчину, который на тебя напал, поймали?

– Нет. Он бросился бежать и исчез в толпе. Полиции даже не удалось получить его детального описания, а я… я не могла им помочь. Мне до сих пор не понятно, был это мой знакомый или какой-то чужой человек. – Реми вздохнула. – Послушай, а что тебе известно про события того вечера, Гейб? Как это я оказалась на площади Массена?

– В тот вечер мы собрались в отеле недалеко от площади, – нерешительно произнес Гейб. – Мы – это ты, я, Марк с тетей Кристиной, Ланс с женой Джули, Диана, Кэти и их мужья. – Гейб перехватил недоуменный взгляд сестры и поспешил пояснить: – Диана и Кэти – дочери Марка, они обе младше Ланса. Хоть это и наши двоюродные сестры, надо признаться, я их недолюбливаю. Они пустые и тщеславные, думают только о том, как бы свести знакомства с «нужными людьми», одеться по последней моде и дать детям «приличное образование»… Но что поделаешь? В тот вечер мы праздновали карнавал, и, естественно, не обошлось без наших милых сестричек. В последний раз я тебя видел в толпе родственников. Потом ты куда-то исчезла. Я решил, что ты вернулась на яхту. Меня это не удивило. В конце концов, все эти празднества нам давно осточертели. Ну а на следующий день, когда тебя не оказалось на борту, никто тоже не насторожился. Ты собиралась уезжать, мы об этом знали. Мне – как, впрочем, и остальным – даже в голову не пришло, что с тобой случилось несчастье. Мы бы не улетели из Ниццы, если бы заподозрили неладное.

– Да, конечно.

Неожиданно в номер вошел Коул. При виде его Реми виновато потупилась. Коул остановился в дверях, пристально глядя на нее, но она старалась не встречаться с ним глазами. Она больше не доверяла ему, но в то же время у нее Бог знает почему было смутное ощущение, будто она совершает предательство.

– Ну что? Экипаж готов? – спросил Гейб.

– Да, летчики уже на пути в аэропорт. Нам надо поторопиться. Теперь все зависит от нас.

– Дайте мне на сборы двадцать минут, – попросила Реми и торопливо вышла из комнаты.

8

Реми видела в иллюминатор заходящее солнце, позолотившее на прощание пляжи и здания Ниццы. Чем выше взмывал самолет над заливом, тем меньше казались элегантные гранд-отели на Английском бульваре. Вот уже и «Касл-Хилл», этакий опознавательный знак города, который заметен практически с любой точки, превратился в расплывчатое пятнышко, а зеленые холмы и далекие горы, наоборот, выросли и нависли над Ниццей. Вскоре город исчез. Реми откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

Она возвращалась на родину, в Новый Орлеан… Но при этом не испытывала радости. Наоборот, в ее душе прочно поселилась смутная тревога.

– Устала? – спросил Гейб, сидевший по другую сторону прохода.

– Нет, – печально покачала головой Реми.

Уж лучше бы она валилась с ног от усталости! Тогда ей было бы не до размышлений, которые все равно ни к чему не приводят, а только вгоняют ее в уныние.

Реми опять стало не по себе. Отстегнув ремень, она взяла сумку и собралась пойти в туалет, но тут ее взгляд упал на Коула. Он сидел сзади нее, облокотившись о поручень кресла и задумчиво приложив указательный палец ко рту.

Реми не могла определить, что таилось в глубине его серых глаз. Когда Коул хотел, он умел прекрасно скрывать свои чувства. Реми нерешительно замерла, но потом все же зашла в туалет и внимательно вгляделась в свое отражение в зеркале, по ее лицу можно читать, как по открытой книге. Да-да, она даже чересчур откровенно выражает свои эмоции, решила Реми, вспомнив то, что произошло недавно между ней и Коулом.

Она достала косметичку и подкрасила коричневой тушью кончики ресниц, затем нарумянила щеки и намазала губы оранжевой помадой. Подставив запястья под струю холодной воды, она надеялась хоть немного охладить разгоряченную кровь. Но все усилия оказались напрасны. Наконец Реми сдалась и вытерла руки полотенцем, на котором была вышита монограмма компании.

Выйдя из туалета, она увидела Коула. Он стоял на пороге маленькой кухоньки, чуть наклонив голову, чтобы не удариться о потолок, и держал в одной руке кофейник, а в другой чашку. Когда Реми щелкнула задвижкой, отпирая дверь, Коул повернулся на звук и бесстрастно воззрился на нее.

– Хочешь кофе?

Реми кивнула, но тут же спохватилась – после кофе она не уснет. Коул будто прочитал ее мысли и поспешил добавить:

– Он без кофеина.

– Тогда давай. – Она взяла с кухонного столика чашку и протянула Коулу.

Их пальцы случайно соприкоснулись. Реми вскинула на Коула глаза и вдруг явственно вспомнила, как ее взволновали его страстные объятия… Теперь она бы побоялась назвать свои чувства любовью.

Какая-то тень пробежала по лицу Коула. Он горько сжал губы и, резко отвернувшись, взял со столика еще одну чашку. Неужели Коул догадался о ее сомнениях? Что ж, вполне может быть. Почему бы и нет?

– Ты говорил, мы поссорились… Но ведь это была не обычная ссора. Мы решили расстаться навсегда.

Реми взяла горячую чашку в ладони, словно пытаясь согреть вмиг озябшие руки.

На губах Коула заиграла холодная усмешка.

– Я так и думал, что Гейб не будет терять времени даром.

– Почему ты не сказал мне правду? – настаивала Реми. – Ты поступил нечестно!

– Насколько я понимаю, ты уже раскаиваешься в происшедшем. – Коул поднес чашку ко рту.

– Да, раскаиваюсь! – вызывающе заявила Реми, пристально глядя на Бьюкенена.

Но тут же поспешила отвести взгляд от его губ, унимая бешено забившееся сердце. Господи, ее по-прежнему тянет к Коулу! Тянет, несмотря ни на что!

– Жаль, что я так поторопилась. Прежде чем заниматься с тобой сексом, мне надо было вспомнить подоплеку наших отношений. – Реми говорила небрежно, но руки ее судорожно стискивали чашку: еще секунда, и хрупкий фарфор треснет. – Да… очень жаль…

– Мне тоже, – сухо ответил Коул.

Реми изумленно посмотрела на него.

– Ты-то о чем сожалеешь?

В глазах Коула сквозили затаенная тоска и злость. Он злился на себя за то, что не мог совладать со своей тоской.

– Жаль, что я не попросил миссис Франкс дать тебе от ворот поворот. Она бы сказала тебе, что я очень занят – и… ничего бы не было.

– Не понимаю, о чем ты говоришь… – недоуменно пробормотала Реми.

Потом до нее дошло.

– Ты имеешь в виду начало наших отношений? – тихо спросила она.

– Да, – так же тихо ответил Коул.

– Расскажи мне, как это было, – взмолилась Реми. – Я должна вспомнить! Кто такая миссис Франкс?

– Моя секретарша.

Коул смотрел на Реми, а сам слышал тот давний телефонный звонок. И словно со стороны видел себя… Вот он нажимает на кнопку переговорного устройства и рассеянно спрашивает…

13
{"b":"104282","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мама и смысл жизни
Ермак. Телохранитель
Моя судьба под твоими ногами
Воспитывать, не повышая голоса. Как вернуть себе спокойствие, а детям – детство
Принцесса Америки
Невеста по вызову. Дорогами нечисти
Забыть нельзя, влюбиться невозможно
Золушка для снежного лорда
ТРИЗ для «чайников». Приемы устранения технических противоречий