ЛитМир - Электронная Библиотека
* * *

Мисс Темпл решительно направилась к стойке. Портье был высокий человек с редеющими волосами, зачесанными вперед и сильно набриолиненными, отчего обычно прозрачный гель собрался в пленку на коже под его волосами, что выглядело довольно отталкивающе и отвлекало внимание. Она улыбнулась ему с обычной своей холодностью, к которой прибегала в подобных случаях, и сообщила, что пришла к графине ди Лакер-Сфорца. Он уважительно кивнул и, сказав, что графини в настоящий момент в отеле нет, указал на дверь ресторана, предлагая подождать там за чашечкой чая. Мисс Темпл спросила, когда должна вернуться графиня. Портье ответил, что вообще-то он не знает, но обычно она приблизительно в это время приходит на ранний аперитив с несколькими дамами. Не знакома ли с ними мисс Темпл, поинтересовался он, потому что одна из них, кажется, уже в ресторане. Она поблагодарила его и направилась, куда ей указал портье, но тот, окликнув ее, спросил, не хочет ли она оставить свою визитную карточку графине, на что мисс Темпл ответила, что любит устраивать сюрпризы, и пошла дальше.

Прежде чем она успела обвести хотя бы беглым взглядом столы — нет ли за ними знакомых или опасных лиц, к ней почти вплотную подошел человек в черном фраке и спросил, не ищет ли она кого-нибудь, не хочет ли она выпить чаю, или поужинать, или, может быть (тут его бровь заговорщицки взметнулась вверх), подать ей аперитив? Мисс Темпл, смерив его холодным взглядом (она ни при каких обстоятельствах не допускала фамильярности), сказала, чтобы ей подали чаю, две булочки и немного фруктов — свежих и очищенных, — и прошла мимо него, оглядывая столики. Она прошествовала к маленькому столику и села лицом к двери, хотя и на некотором расстоянии от нее, чтобы не быть на виду, но при этом видеть всех входящих. Она положила сумочку с пистолетом на соседний стул так, чтобы та была под скатертью и не бросалась в глаза, и стала ждать заказанного чая. Мысли ее снова вернулись к вопросу о нынешнем одиночестве. Мисс Темпл решила, что оно ее вполне устраивает, даже дает ей ощущение свободы. Она никому ничем не обязана. Чань и Свенсон сами смогут о себе позаботиться, тетушка ее была отправлена подальше — чем ее теперь может испугать противник, кроме как угрозой ее жизни? Да ничем. И мысль о том, что она может вытащить пистолет и уложить на пол своих врагов прямо здесь, в ресторане, приводила ее в восторг.

* * *

Она потрогала скатерть — материя была добротная, и ей это понравилось, не в меньшей мере пришлись ей по вкусу столовые приборы, которые, имея изящные формы, в то же время не были лишены и известного веса, что особенно важно для ножа, даже если тебе этот нож нужен только для того, чтобы разрезать булочку и намазать кремом ее горячий срез. Мисс Темпл пила чай этим утром, но с нетерпением ждала новой порции. Булочка, чай, фрукты и, если уж надо, немного консоме перед сном — больше ей для счастья ничего и не нужно. Сначала подали чай, и она придирчиво смотрела, как официант расставляет чайники, чашку и блюдце, а потом серебряное ситечко и серебряную тарелочку под ситечко, и маленький кувшинчик с молоком и маленькую тарелочку с ломтиками лимона. Когда все это было поставлено перед ней и официант, кивнув, удалился, мисс Темпл принялась переставлять все по своему вкусу. Лимон она отодвинула в сторону (потому что не любила чай с лимоном, но нередко с удовольствием заканчивала свою трапезу одним-двумя ломтиками, словно острой закуской, к тому же, поскольку за лимон было заплачено, она не видела причин, по которым должна отказываться от него). Поближе придвинула ситечко, молоко отодвинула на другую сторону, а чайники с заваркой и кипятком поставила так, чтобы они не мешали ей свободно встать, чего нередко требовал их вес, недостаточная длина ее рук и высота ее стула (независимо от того, доставала ли она, сидя на нем, до пола ногами или нет), если ей нужно было налить кипяток или заварку. Наконец она освободила место на столе и для ожидаемых ею с нетерпением булочек, фруктов, джема и густых сливок.

Она встала и налила в чашку немного заварки, чтобы посмотреть, достаточно ли она крепкая. Заварка была крепкая. Потом налила немного молока и снова взяла заварочный чайник и чуть-чуть наклонила его. Для первой чашки, если наливать осторожно, обычно удавалось налить заварку и без ситечка, потому что большинство чайных листьев лежало на донышке. У чая был идеальный цвет красного дерева, остыть он еще не успел, и над чашкой поднимался парок. Мисс Темпл села и отхлебнула глоточек. Чай был идеальный — такой здоровый, приятный напиток, что она даже подумала: вот хорошо было бы нарезать его каким-нибудь образом на ломтики и есть вилкой. Прошло еще две минуты, которые она провела душевно, прихлебывая чай, потом прибыла остальная часть ее заказа, и она опять с удовольствием отметила, что джем превосходный — консервированная вареная черника, а фрукты (нет, вы только подумайте!) — замечательный тепличный оранжевый манго, нарезанный и аккуратно уложенный на тарелочке ломтиками толщиной в палец. Она лениво подумала, сколько ей будет стоить этот чай, но потом прогнала эту мысль. Ведь она вполне могла не дожить до сегодняшнего утра. Так зачем лишать себя маленьких удовольствий, которых можно неожиданно лишиться?

* * *

Хотя мисс Темпл не забывала (когда вспоминала об этом) посматривать на входную дверь ресторана и поедать взглядом всех входящих, следующие двадцать минут она посвятила булочкам: намазывала на каждую половинку точно выверенный по толщине слой джема, а уже на него — должное количество сливок. Покончив с этим, она отодвинула булочки в сторону и занялась двумя ломтиками манго — нанизала по очереди на серебряную вилочку. После этого она допила первую чашку и снова встала, чтобы налить еще одну — на этот раз пользуясь ситечком и добавив равное количество горячей воды для разведения заварки, которая за это время настоялась еще крепче. Пригубив чай из чашки, она добавила в него немного молока и снова села; теперь она занялась половинкой булочки, каждый кусочек запивая глотком чая, пока половинка не исчезла полностью. Еще один кусочек манго — и она покончила со второй половинкой булочки, а когда пришло время налить еще чаю, на этот раз заварку пришлось развести горячей водой еще сильнее. И тут она обнаружила, что сбоку от ее стола стоит граф д'Орканц. К большому своему удовлетворению, мисс Темпл смогла весело ему улыбнуться и, преодолевая удивление, заявить:

— Ага, кажется, вы наконец прибыли.

Он явно ждал от нее чего-то другого.

— Кажется, мы не были представлены друг другу, — ответил граф.

— Не были, — сказала мисс Темпл. — Вы граф д'Орканц. А я Селеста Темпл. Вы не присядете? — Она указала на ближайший к нему стул — не тот, на котором лежала ее сумочка. — Не хотите ли чаю?

— Нет, спасибо, — сказал он, глядя на нее с любопытством и подозрительностью. — Позвольте узнать, зачем вы здесь?

— Фу, как это грубо — допрашивать даму. Если уж хотите поговорить… я не знаю, откуда вы, говорят, из Парижа, но, насколько я знаю, даже в Париже люди не такие грубые, а если и грубые, то не на такой манер… Будет гораздо лучше, если вы сядете. — Мисс Темпл шаловливо улыбнулась. — Если, конечно, вы не боитесь, что я вас пристрелю.

— Ну, если вам так угодно, — ответил граф. — Не хочу показаться… невоспитанным.

* * *

Он выдвинул стул и сел. Тело у него было такое крупное, что производило странный эффект — возникало впечатление, что он рядом и в то же время далеко, и хотя руки графа лежали на столе, лицо его казалось на почтительном расстоянии от них. Он был без своей шубы — в безукоризненном вечернем фраке, в крахмальной белой рубашке с сияющими синими запонками. Она увидела, что на его пальцах, внушающих трепет своими размерами и силой, было множество серебряных перстней и тоже с синими камнями. У него была густая, но аккуратно подстриженная бородка, откровенно чувственный рот и отливающие голубизной глаза. Вообще этот человек производил до странности мощное и крайне мужественное впечатление.

110
{"b":"104341","o":1}