ЛитМир - Электронная Библиотека

— Как вас зовут? — спросил Чань.

— Мое имя не имеет значения, уверяю вас, — сказала она. — Я всего лишь посланник…

Внезапный спазм в горле Чаня прервал ее речь. В его память накрепко въелось мимолетное видение Анжелики (неестественный цвет ее кожи, ее глубинное стеклянисто-синее мерцание и яркая прозрачная небесно-голубая поверхность), но он был не в состоянии перевести в обычные слова неожиданное, подавляющее воздействие этого образа. Поморщившись от неприятного чувства, он снова сплюнул, вызывая в себе бешенство, чтобы не прослезиться. Он шевельнул правой рукой, пальцы его сжались от ярости, когда он подумал о том, что вся мерзость, происходившая там, внизу, была устроена ради развлечения… уважаемых… зрителей.

— Я видел, что здесь произошло, — прошипел он. — Что бы вы ни сказали, это не поколеблет меня.

В ответ женщина отступила в сторону и сделала движение рукой, приглашая его пройти. При этом драгуны, стоявшие в шеренгу, разделились и, ловко щелкнув каблуками, выстроились вдоль двух стен, образуя для него проход. Метрах в десяти за ними Чань увидел вторую шеренгу, разделившуюся таким же образом и с таким же четким стуком каблуков, они встали вдоль аркообразного прохода, ведущего в глубины дома.

У себя за спиной в башне он услышал приглушенный рев — кричали зрители в камерах, но он даже не успел задаться вопросом, с чем это связано, — его качнуло от другого грубого видения, проникшего в его мозг. К своему бесконечному стыду, он увидел себя самого — тщеславного оборванца с тростью в руке. Он сладострастно тянулся к маленькой ручке с изящными пальчиками, простертой к нему… с брезгливым отвращением. Анжелика всем сердцем презирала его!

Видение исчезло, и он на нетвердых ногах пошел вперед. Подняв глаза, он увидел, что драгуны моргают, пытаются взять себя в руки, распрямить спины, увидел он и как женщина тряхнула головой, посмотрев на него с жалостью, но в выражении ее лица по-прежнему преобладала сдержанность. Она повторила свой жест, приглашая Чаня присоединиться к ней.

— Думаю, будет лучше, Кардинал Чань, — сказала она, — если мы выйдем за пределы зоны воздействия.

* * *

Они шли молча — драгуны в колонну по одному впереди и за ними. Сердце Чаня еще не успело оправиться от тяжелого удара — видения Анжелики, самые сладкие его воспоминания замутились горечью. Наконец Чань увидел, что женщина смотрит на книгу в его руке. В глубине души он уже отчаялся, был почти уничтожен и все меньше верил в то, что сумеет выпутаться из этой истории. Он не мог поднять взгляд на кого-нибудь из солдат, на женщину, на откормленные физиономии слуг, с любопытством глазеющих на него, идущего в окружении драгун. Ему отчаянно хотелось броситься на кого-нибудь с бритвой!

— Позвольте узнать, где вы это взяли? — спросила женщина, не сводя взгляда с книги.

— В одной комнате, — ответил Чань. — Женщина, получившая эту книгу, разглядывая ее, была сама не своя. Когда я там появился, она даже не чувствовала, что ее насилует солдат.

Он пытался говорить как можно резче. На женщину в черной маске с перьями это не произвело особого впечатления.

— И позвольте узнать, что вы сделали?

— Кроме того, что взял книгу? — спросил Чань. — Это было так давно, что я едва помню… Уж не хотите ли вы сказать, что вам до этого есть дело?

— А разве это так уж странно?

Чань остановился, голос его достиг несвойственной ему резкости:

— Судя по тому, что я видел, это невозможно!

Услышав его тон, драгуны, держа сабли наизготовку, остановились, их сапоги одновременно громыхнули по мраморному полу. Женщина подняла руку, призывая их к терпению.

— Зрелище, наверно, было весьма удручающим. Я понимаю, что работа графа трудна — ее трудно и понять, трудно вынести. Я, конечно же, сама прошла Процесс, но это ничто в сравнении с тем… с тем, что вы видели в башне.

На ее лице было совершенно искреннее выражение, даже сочувственное — Чаню это было невыносимо. Он махнул рукой, показывая назад — на заляпанный кровью пол.

— А что случилось здесь? Еще одна казнь?

— Ваши собственные руки, Кардинал, в крови — вам ли говорить об этом?

Чань невольно вспомнил их всех — от мистера Грея до солдат внизу, на нем крови было немало, — но встретил ее взгляд с агрессивным вызовом. Никто из убитых им не имел значения. Они были простофилями, глупцами, вьючными животными… возможно, в точности такими же, как и сам он.

— Не знаю, что случилось здесь, — продолжила она. — Я была в другой части дома. Но это, несомненно, лишь свидетельствует о том, насколько серьезно происходящее. — Ее губы растянулись в ухмылке. — Прошу вас, — сказала она, — мы опаздываем…

— Куда опаздываем? — спросил Чань.

— Туда, где вы найдете ответы на ваши вопросы.

Чань не шелохнулся, словно останься он на месте, и это могло бы отсрочить подтверждение о гибели мисс Темпл и доктора. Солдаты смотрели на него. Женщина вперилась прямо в его черные линзы и подалась вперед, ее ноздри раздувались от запаха синей глины, но выражение лица не изменилось. Он увидел безмятежность в ее взгляде, свидетельствующую о прохождении ею Процесса, — но ни капли гордыни или высокомерия. Неужели, подойдя к самому сердцу заговора, он будет сталкиваться со все более изощренными заговорщиками?

— Мы должны идти, — прошептала она. — Мы не можем уделять вам столько времени.

* * *

Прежде чем Чань успел ответить, раздался громкий крик из коридора впереди, резкий голос, сразу же угаданный Чанем.

— Миссис Стерн! Миссис Стерн! — кричал полковник Аспич. — Где мистер Бленхейм — он срочно нужен!

Женщина повернулась на голос, а колонна драгун расступилась, пропуская своего командира, который приближался с еще одним взводом солдат. Чань увидел, что Аспич прихрамывает. Глаза полковника, как только он заметил Чаня, сощурились, губы вытянулись, но он тут же перевел пытливый взгляд на женщину.

— Мой дорогой полковник… — начала было она, но он грубо оборвал ее:

— Где мистер Бленхейм? Его уже давно ищут… Ждать больше нельзя!

— Я не знаю. Меня послали за…

— Мне это прекрасно известно, — прорычал Аспич, прерывая ее. — Но вы потратили на это столько времени, что меня послали за вами. — Он повернулся к своим солдатам, указывая на боковые комнаты и выкрикивая слова команды: — По трое в каждое крыло… Как можно быстрее… Если что увидите — немедленно дайте мне знать. Он должен быть найден — быстро!

Солдаты бросились исполнять приказание. Аспич, избегая встречаться с Чанем взглядом, подошел к женщине и предложил ей руку, хотя Чань решил, что скорее ее рука будет подмогой при его хромоте. Он попытался представить себе, что случилось с ногой полковника, и от этого ему стало немного легче на душе.

— Почему он еще не в цепях? — спросил полковник в бешенстве оттого, что этот вопрос еще не решен.

— Мне не давали таких инструкций, — ответила миссис Стерн, которой (по оценке Чаня, смотревшего на нее) было не больше тридцати.

— Он необыкновенно опасен и неразборчив в средствах.

— Меня об этом предупредили, и тем не менее… — И тут она повернулась к Чаню с подозрительно безразличным лицом. — У него нет выбора. Информация — вот единственное, что может хотя бы немного облегчить страдания Кардинала Чаня. Вот мы его и ведем к этой информации. И потом, у меня нет ни малейшего желания терять книгу в бессмысленной борьбе, а Кардинал как раз держит одну из книг в руках.

— Информация? — усмехнулся Аспич, оглядывая женщину, стоящую рядом с Чанем. — О чем? О его шлюхе? Или об этом идиоте Свенсоне?

— Молчите, полковник, — прошипела она, теряя терпение. Чань был доволен и немало удивлен, когда увидел, что Аспич мотнул головой, раздраженно фыркнул и замолчал.

* * *

Театральный зал располагался неподалеку, и Чань подумал, что вполне логично было бы использовать его для другого подобного же зрелища. Возможно, там уже собирались гости. У Чаня внезапно упало сердце — он подумал: если ее не оказалось на одном из столов у башни, то, может быть, мисс Темпл в этом самом анатомическом театре?

141
{"b":"104341","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Секреты домашней ферментации
Мохито для изгнанника Тьмы
Оператор совковой лопаты
Очень синий, очень шумный
Последние дни. Павшие кони
До сих пор не замужем
Макияж
Загадки Моригата
Меня зовут Грета. Голос, который вдохновил весь мир