ЛитМир - Электронная Библиотека

— Дайте и мне закурить, — попросила я.

— Что? Ах, пожалуйста. Извините, что я сам не предложил.

— Ой, но что же мне делать? — простонала я. — То волк, то цыган с медведем, а теперь еще апостол Петр. Она в самом деле видит его?

— Вероятно, да. Вы разве не заметили, что зрачки у нее все время перемещались, то сужались, то расширялись, как бывает всегда, когда мы следим за движущимся предметом? Очень любопытно! У нервных больных бывают весьма красочные галлюцинации. Видимо, я ошибся, ее все-таки нужно показать опытному психиатру. Я поговорю с профессором Рейнгартом, мне он не откажет…

— Значит, вы думаете, она все-таки сходит с ума? Доктор Жакоб неуверенно пожал плечами и спросил:

— Как часто повторяются у нее такие припадки? Регулярно?

— Нет. По-моему, не регулярно. Постойте… Мне кажется, последний раз она видела у нас в саду волка на прошлой неделе. Надо справиться у доктора Ренара: он ведет дневник и записывает туда все подобные случаи с теткой.

— Вот как?

— Да, он даже написал заметку в какой-то научный журнал. Разумеется, не упоминая ее фамилии. Мы можем даже предвидеть наступление таких видений. Разве вы не заметили, что к концу ужина она стала вдруг задумчивой и рассеянной?

— Нет.

— Какой же вы психолог?..

— Пожалуй, я заметил, что она чем-то озабочена. Я психолог, но не психиатр, не придал этому особого значения. Мало ли у хозяйки, принимающей незваного гостя, может оказаться забот по дому?

— А мы с доктором заметили и насторожились. Она всегда перед видениями делается рассеянной, задумчивой, словно пытается вспомнить что-то…

— Вспомнить что-то… — пробормотал он, и вид у него стал вдруг такой рассеянный, что я перепугалась.

— Что с вами?

— Ничего. Просто размышляю.

— А я уж подумала…

— Подумали, что на меня тоже… накатывает? — Он засмеялся. — Нет, мне, кажется, пока не грозит. Никакие видения меня не посещают. И сны вижу вполне нормальные. Так что за меня не бойтесь…

— Ну, а с тетей?

— Во всяком случае, задача оказалась посложнее, чем я предполагал, — уклончиво ответил он.

— Выходит, рано вы усмотрела в этом детектив и упрекали неведомых шарлатанов? Видите, я была права: нельзя так дурно думать о людях.

Он пожал плечами.

— Значит, она больна… И серьезно? Можно надеяться, что поправится?

Доктор Жакоб начал рассказывать что-то не очень связное об успехах современной психиатрии и в то же время о сложности и малоизученности человеческой психики…

И тут в конце аллеи показалась тетя и как ни в чем не бывало окликнула нас:

— Вот вы где! Я ищу, зову. Я принесла тебе шаль, Клодина. Накинь, а то простудишься. Уже темнеет, и ветер поднимается с гор.

— Спасибо, тетя.

— Шли бы в дом. И вообще дай гостю отдохнуть с дороги. Завтра успеете наговориться.

Мы направились все вместе к дому. Тетя была мила, говорлива, приветлива. Кутаясь в шаль, я слушала, как они светски болтали о погоде и о всяких пустяках с доктором Жакобом, словно ничего и не было.

Мне стало так грустно, что, торопливо попрощавшись с доктором Жакобом и сославшись на головную боль, я поспешила уйти в свою комнату. К счастью, ему тоже, кажется, не хотелось долго засиживаться.

Я лежала в темноте и с ужасом думала, что заснуть опять не удастся.

Из деревни доносился лихой переливчатый йодль[1]. Певец старался изо всех сил.

Я зажгла свет, нашла в шкафчике медомин и приняла сразу три таблетки.

Позорное изгнание

Проснулась я поздно, с тяжелой головой и каким-то чувством безотчетной тревоги.

«Хороша! — мысленно ругала себя я, поспешно причесываясь. — Пригласила гостя и бросила на произвол судьбы».

Розали сказала, что тетя еще не выходила, а господин инженер давно встал и гуляет в саду с доктором Ренаром.

Я поспешила к ним, опасаясь, как бы доктор Жакоб не выдал себя, увлекшись медицинскими разговорами со стариком.

Опасения мои оказались не напрасны. Сбегая по ступенькам террасы, я услышала голос Жакоба:

— Значит, вы ее гипнотизировали несколько раз?

— Да, — с гордостью ответил доктор Ренар. — И, представьте, весьма успешно. Всего восемь сеансов, и она бросила курить. Не курит по сей день. Отличные результаты, а?

— Неплохие результаты, — довольно мрачно ответил Жакоб.

Они медленно шли по аллее, но еще не видели меня.

— А скажите… — начал доктор Жакоб.

Чтобы помешать им вести опасную беседу дальше, я крикнула:

— Доброе утро! А я проспала.

Они остановились и непонимающе смотрели на меня.

— Доброе утро, Кло, — церемонно поклонился доктор Ренар. — Терять лучшие часы в вашем возрасте закономерно, хотя и не простительно. Что говорит народная мудрость? «Кто рано ложится и рано встает…»

— «…богатство и счастье себе наживет», — ироническим тоном подхватил Жакоб.

— Милый доктор Ренар, — сказала я, беря старика под руку и сердито посмотрев на Жакоба, — с возрастом я постараюсь стать благоразумной и всегда следовать вашим советам.

— Начинайте немедленно, — засмеялся Ренар. — Могу вам сказать, дорогая, что утренняя прогулка на свежем воздухе да еще в приятном обществе вполне компенсирует тот вред, который вы нанесли своему здоровью, проспав слишком долго. Займитесь этой приятной лечебной процедурой, я не стану вам мешать.

Приподняв шляпу, он учтиво поклонился доктору Жакобу и зашагал к дому.

Как только он отошел подальше, я спросила Жакоба:

— Что это вы устроили ему форменный допрос?

— Допрос?

— Я слышала, вы спрашивали, как он гипнотизировал тетку? Что в этом плохого? С помощью гипноза доктор Ренар действительно очень быстро отучил ее курить.

— Верю. И меня заинтересовало…

— Вы подозреваете в чем-то милого старика? Уж его-то я знаю не хуже, чем вы матушку Мари, — с детства. Он меня от дифтерита спас!

— Это, конечно, веское алиби, — сказал Жакоб и засмеялся. Но, видя, что я начинаю сердиться, поспешил добавить, беря меня под руку: — Не сердитесь. Поверьте, я в самом деле хочу вам помочь. Вам и вашей любимой тете. Я завел разговор с доктором Ренаром лишь потому, что он медик, к тому же человек весьма любознательный. Никто, кроме него, не может сообщить мне таких подробных и обстоятельных сведений о болезни вашей тетки, как он…

— Своими расспросами вы наверняка выдали себя. Он догадался, что вы тоже медик.

— Не думаю, я был осторожен. Просто выражал свое сочувствие на правах вашего старого друга…

— Благодарю вас! Представляю, что теперь доктор Ренар подумает о наших отношениях! Он и так уже все стремится оставить нас наедине.

— Но ведь эту маску — старого друга и талантливого инженера — вы для меня сами придумали. Ваше счастье, что я немножко разбираюсь и в технике, так что, кажется, старикан верит, будто я инженер.

— Ладно, пойдемте завтракать, а то тетя снова нас станет искать и тоже подумает, будто мы уединяемся, — сказала я.

Он смешно хмыкнул и с подчеркнутой покорностью зашагал рядом со мной к дому.

— Но только за завтраком не вздумайте допрашивать тетку! И доктора Ренара оставьте в покое, ладно?

— Хорошо. Мне только показалось, что все это весьма похоже на гипнотическое внушение.

— Что? — Я даже остановилась от неожиданности.

— То, что мы наблюдали вчера. Эта галлюцинация с явлением апостола.

— Вы хотите сказать, тетю кто-то загипнотизировал я внушил ей, будто она видит перед собой апостола? Но ведь перед этим она была совершенно нормальна. Кто же ее загипнотизировал? Доктор Ренар? Какая чепуха!

— Ей могли сделать внушение и раньше, до нашего приезда. Существуют так называемые постгипнотические явления. Человеку под гипнозом можно внушить, что через определенное время он должен что-то сделать. Или увидеть что-нибудь: скажем, цыгана с медведем, апостола Петра, волка. Человек пробуждается от гипнотического сна и ничего не помнит о сделанном внушении. Но точно в назначенное время он выполнит приказ гипнотизера. Так называемое внушение на определенный срок. Очень интересное явление, к сожалению еще плохо изученное.

вернуться

1

 Йодли — песни горцев Швейцарии и Австрии, исполняемые в особой манере — с переливами. 

9
{"b":"104413","o":1}