ЛитМир - Электронная Библиотека

Так, значит, Ларри уже побывал в конторе и видел два отчета, представленные Хеслипом.

— У меня на буксире «меркьюри» Уиллетса.

— Стало быть, зубочистка в замке сработала?

— Как волшебный амулет, парень. Уиллетс не слишком жалует черноголовых, но ключи он все-таки мне отдал. Где ты сейчас?

— За Твин-Пикс, в этих маленьких улочках возле океана.

— Я скоро буду в конторе, парень, — сказал Хеслип. — Мне надо отпечатать шестнадцать докладных. Тут в одном деле есть кое-что забавное. Может, это только совпадение, но я хочу знать, что ты по этому поводу думаешь.

— Десять четыре, — назвал кодовое число Баллард.

Хеслип открыл замок на цепи, протянутой между бетонными опорами эстакады возле своей конторы, отцепил «меркьюри», загнал его на стоянку и быстро настрочил докладную записку на печатном отрывном бланке, давая подробнейшую характеристику всей машины, вплоть до мельчайших подробностей, включая пробег. Затем он проверил «бардачок», багажник, пошарил под сиденьями, на задней полочке и за солнцезащитными козырьками — не завалялось ли где-нибудь личных вещей Уиллетса. И столь же тщательно все описал.

Подобный дотошный осмотр был для него обычным профессиональным делом, угрозы Уиллетса не имели к этому никакого отношения. Угрозы, которыми всегда сопровождалась его работа, мало чего стоили. Три года назад, осознав, что ему так и не стать чемпионом в среднем весе, он поступил в контору «Дэниел Кёрни и компаньоны». Это была единственная известная ему профессия, которая давала те же острые ощущения, что он испытывал на ринге.

Заперев замок цепи, Хеслип спустился в принадлежащий компании подземный гараж и заперся в своем боксе, одном из многих, что тянулись вдоль левой стены. В каждом из них находились письменный стол, два стула, пишущая машинка и лоточки с различными бланками. Вдоль правой стены располагались длинные ряды проволочных ящиков: в один из них Хеслип убрал личную собственность Уиллетса и похлопал по крылу новый «ягуар», отобранный им раньше «меркьюри». Он поставил его сюда, в гараж, а не на открытую стоянку, потому что такие автомобили обладают странным свойством притягивать вандалов.

Затем он набрал телефонный номер 553-1235 и услышал в трубке суровый мужской голос:

— Отделение дорожной полиции, Делейни.

— У меня для вас сообщение.

— Секундочку. — Послышался шорох бумаг. — Выкладывай.

— Лимузин «меркьюри-монтего», голубого цвета, знак 180, номер двигателя 1972-М-369708, находился на углу Седьмой авеню и Кабрильо.

— Когда изъят?

— А... — Хеслип скосил глаза на часы. — Скажем, тридцать пять — сорок минут назад. Напиши: двенадцать двадцать. Зарегистрированным владельцем был Харольд Джозеф Уиллетс, 736, Седьмая авеню. Официально принадлежит Калифорнийскому гражданскому банку, Сан-Франциско.

— Кто говорит?

— Хеслип из агентства «Кёрни и компаньоны». Как у вас там, много работы?

— Просиживаем себе задницы да пьем кофе. Сейчас, по крайней мере.

— Хорошо бы и мне стать полицейским. Сиди, и никакой тебе заботы.

— Подожди, пока закроются бары и всякая пьянь вывалит на улицы. Ваши-то подопечные небось куда смирнее, сами отдают ключи да еще и угощают кружечкой пивка.

— Да, уж конечно.

Полицейский со смехом повторил свое имя, сообщил номер знака и повесил трубку. Хеслип записал и то и другое на том же бланке, куда заносил все сведения об Уиллетсе. Нелегкая работенка — за одну ночь накатать шестнадцать записок, мать их так! И все же в одном деле есть что-то странное, может, просто совпадение, но... Не подскажет ли что-нибудь Ларри? Два года назад он тренировал Балларда; отличный малый, будто создан для бокса, но, к сожалению, слишком занят.

Ладно, как ни крути, а надо писать эти чертовы отчеты. Хеслип нагнулся над машинкой и тут вдруг спохватился. Все заготовки так и остались в машине, заткнутыми за солнцезащитный козырек; он всегда хранил их там, после того, как вносил необходимые сведения.

Все еще с докладной об Уиллетсе в руке, он вышел из гаража, окунувшись в холодный ночной воздух, промозглый и насыщенный туманом. Когда он направился к «плимуту», из парадного подъезда, откуда лестница вела в главную канцелярию, выскользнула темная тень.

Хеслип стремительно повернулся и хотел было приготовиться к защите, но в этот момент его сильно ударили небольшой дубинкой в правый висок. Удар сопровождался неприятно громким звуком. Он упал на четвереньки, неловко вытянув одну ногу к тротуару, как бы собирался встать, пока судья не провозгласил нокаут. Дубинка с панической быстротой вновь обрушилась на его голову, на дюйм выше того места, куда пришелся первый удар.

Хеслип повалился лицом вниз, на этот раз даже не делая попытки подняться. Его тело вздрогнуло и тут же застыло в неподвижности.

Глава 2

В восемь двадцать семь утра Ларри Баллард припарковал свой служебный «форд» перед спортивной площадкой, соседствующей с конторой школы, и, позевывая, вытащил из-за солнцезащитного козырька около дюжины свернутых бланков. Пора уже печатать отчеты.

Сунув бланки в атташе-кейс и прихватив папки с делами, он запер автомобиль и стал пересекать авеню Золотые Ворота. На спортивную площадку с криками и визгом высыпала стайка чернокожих ребятишек. Глаза Балларда уловили какое-то странное поблескивание за щеткой лобового стекла «плимута»; усмехнувшись, он повернулся, и ухмылка тут же сбежала с его лица. Странно, что машина стоит на том же самом месте, где находилась ночью, в час двадцать пять, когда он заезжал в контору, но так и не смог отыскать Барта.

Прежде чем подняться в главную канцелярию, он зашел в гараж и инстинктивно осмотрелся. «Ягуар», прибуксированный Бартом прошлой ночью, исчез. Но может быть, и в час двадцать пять его уже не было на месте? Этого Ларри не помнил. Навстречу ему вышел высокий и курчавый Марти Россман; Балларду так и не удалось загладить неприятное воспоминание о том, как тот вопил по радиотелефону, когда четверо здоровенных парней с островов Самоа пытались перевернуть его машину где-то около Женева-авеню.

— Барт Хеслип на месте, Марти?

Россман покачал головой:

— Я его не видел. Кёрни сегодня прямо-таки свирепствует.

— Вот черт, а я еще не написал всех отчетов.

Баллард нырнул в соседнюю дверь и поднялся по узкой скрипучей лестнице на второй этаж. В двадцатые годы в этом старом, в викторианском стиле строении, отапливавшемся углем, где помещалось агентство «Дэниел Кёрни и компаньоны», сокращенно ДКК (главная контора в Сан-Франциско, филиалы во всех крупных городах Калифорнии), располагался публичный дом для избранных посетителей. Недавно Государственное историческое общество причислило это здание к достопримечательностям Калифорнии — воистину причудливы пути славы.

На верхней площадке лестницы Ларри повернул налево, направляясь к тому отделению конторы, которое немытыми, выступающими наружу окнами выходило на авеню. В своем ящичке на столе Джейн Голдсон он обнаружил два новых задания, пять записок и три закрытых дела.

— Барт здесь, Джейн?

— Нет. А что, должен быть?

Джейн работала в агентстве секретарем и телефонисткой. Ее ярко выраженное английское произношение, по мнению Кёрни, прибавляло респектабельности его учреждению. Возможно, он был прав. Ноги у Джейн были поразительно стройные, а юбки столь же поразительно короткие. На редкость изящная девушка с открытым лицом и прямыми каштановыми волосами, ниспадающими у нее за спиной почти до поясницы.

— Внизу его нет, а машина стоит снаружи. Кроме того, исчез «ягуар», прибуксированный им прошлой ночью.

— Может быть, он погнал его к дилеру? — Джейн вдруг нахмурилась. — Значит, Хеслип прибуксировал «ягуар»? Странно, что он не оставил у меня на столе никакой записки.

Держа в руке свой кейс и содержимое ящичка с надписью: «Входящие документы», Баллард, стуча каблуками, торопливо спустился в подвал. Зеркальная раздвижная дверь кабинета Кёрни в дальнем конце зала была закрыта, но это ничего не значило: прозрачное изнутри стекло позволяло Кёрни видеть всех, кого он хотел. К тому же, в каком бы шеф ни пребывал настроении, необходимо было выяснить, видел ли он Барта.

2
{"b":"10442","o":1}