ЛитМир - Электронная Библиотека

Затем он сказал – негромко, как бы себе самому:

– Она была моей. Вы отняли ее у меня, но не думайте, что так будет всегда. Вы уже состарились… а она еще очень молода… И она все время будет стоять между вами и мной… потому что она моя… моя…

Филипп резко повернулся и вышел из комнаты. Его сын окончательно рехнулся! Ну, каково, а? Карлос… и Изабелла! Очевидно, Карлос очень высокого мнения о себе.

И все-таки Филипп встревожился. Он знал, что Изабелла любит его не так пылко, как ему хотелось бы. А ведь ему больше всего на свете нужна была ее любовь – вся, без остатка.

Карлос – между ними? Да это просто смешно! Однако такие мысли были не из приятных.

После визита отца Карлос взбунтовался. Теперь он пользовался каждой возможностью, чтобы наносить оскорбления самым уважаемым людям Испании.

Глава инквизиции кардинал Эспиноза прогнал из Мадрида какого-то актера. Узнав об этом, Карлос объявил, что изгнанный был его фаворитом, и потребовал у священника объяснений – по какому праву тот вмешивается в дела наследного принца, сына короля Испании?

Кардинал крепился, стараясь держаться учтиво и не подавать повода для ссоры, однако Карлос жаждал возмездия. Как-то раз, встретив Эспинозу, он выхватил шпагу и закричал: «Жалкий священник, посмевший бросить вызов принцу! Иди, пытай своих еретиков, а со мной и не думай связываться!»

Никто не отважился поднять руку на принца – чтобы уберечь кардинала от нападения, придворные окружили его и спешно увели из комнаты, оставив Карлоса одного, разъяренного, размахивающего шпагой и с пеной на губах выкрикивающего угрозы вслед удалившимся.

Однако могущественный кардинал Эспиноза не мог молча снести подобное покушение на его жизнь и достоинство. Он попросил аудиенции у короля.

Филипп глубоко переживал случившееся, и, как часто бывало в подобных обстоятельствах, разговор закончился тем, что кардинал встал на колени и поклялся ради короля Испании не отвечать на оскорбления принца.

Однажды ночью Карлос пытался выбросить из окна одного из своих слуг, недостаточно быстро явившегося на его зов. В другой раз он с плеткой в руке погнался верхом за доном Гарсия де Толедо, братом всесильного герцога Альбы. Дону Гарсия не оставалось ничего иного, как пуститься в бегство, боясь быть вовлеченным в драку, в которой мог пострадать испанский наследник.

С каждым днем становилось все яснее, что Карлосом овладело самое настоящее буйное помешательство.

Изабелла снова ждала ребенка, и Филипп не мог поехать в Нидерланды. Поэтому он решил послать туда человека, который был в силах подавить назревающий мятеж и навести порядок в стране, – герцога Альбу.

Когда известие о новом назначении герцога достигло ушей Карлоса, он впал в меланхолию, длившуюся немногим более трех дней. На протяжении этого времени он отказывался от пищи, после чего похудел и осунулся. Его сил хватало только на то, чтобы лежать на постели и разговаривать с самим собой о смерти и ненависти, крови и убийствах.

Затем Карлоса навестил герцог Альба, решивший повидать его перед отъездом в Нидерланды.

Увидев герцога, он мгновенно вышел из состояния меланхолии.

– Как вы смеете приходить сюда и издеваться надо мной? – закричал он. – Как вы осмелились принять пост правителя Нидерландов, если знали, что он принадлежит мне?

Альба попытался урезонить принца.

– Его Величество слишком дорожит благополучием Вашего Высочества, чтобы подвергать вас опасностям, которые могут встретиться в Нидерландах.

– Вы хотите сказать, что я трус, да?

– Вовсе нет, Ваше Высочество. Мы все знаем, как вы мечтаете сражаться за Испанию. Я просто…

– Знаете, и все-таки согласились занять мое место! Вы хотите отнять у меня то, что принадлежит мне?

– Ваше Высочество, как наследник трона, вы…

– Ага, негодяй, вспомнил! – Разразившись диким хохотом, Карлос показал Альбе кинжал, который прятал в рукаве. – Вот что я приготовил для вас, любезный герцог. Давайте пошлем в Нидерланды труп знаменитого герцога, а?.. Тогда и воля короля будет выполнена, и я получу то, что полагается мне по праву! Ха-ха-ха!

Захохотав еще громче, Карлос бросился на Альбу, но тот был наготове. Он схватил руку принца и сжал с такой силой, что кинжал вывалился из нее и со звоном упал на пол.

Карлос взбеленился. На его истошный крик немедленно сбежались слуги.

– Взять этого человека! – кричал Карлос. – Взять его! Принесите мне шпагу, я продырявлю его, превращу в решето!.. Я убью его… убью…

В этот момент он ненавидел Альбу еще больше, чем отца.

Герцог невозмутимо произнес:

– Успокойте принца. Дайте ему снотворное. Сегодня Его Высочество немного не в себе.

Затем, небрежно оттолкнув принца, вышел из комнаты.

Елизавета знала о напряженных отношениях, установившихся между отцом и сыном.

Ей хотелось помочь Карлосу, но она снова ждала ребенка, а каждая предыдущая беременность оставляла ей все меньше сил для следующей.

Она с утра до вечера молила Бога о том, чтобы у нее родился сын.

Рай, которого она считала одним из своих самых преданных друзей, понимал и, казалось, разделял ее тревогу. Во всяком случае, он больше, чем кто-либо другой, опасался за будущее Карлоса.

Однажды Рай сказал ей:

– Если у Вашего Величества родится сын, он станет наследником трона.

– А Карлос? – спросила она.

– Тайный Совет пришел к мнению, что при таком обстоятельстве Карлоса можно будет признать непригодным для управления страной.

– Бедный Карлос. Он никогда мне этого не простит. Рай возразил:

– Полагаю, на свете нет ничего такого, что Карлос не простил бы Вашему Величеству.

Она вздрогнула. Было ли это предупреждением? Неужели Рай намекал на то, что ему известно о любви Карлоса к ней? Но ведь тот был ее другом; она жалела его, не более того. И не могла допустить, чтобы принц видел себя в роли ее любовника.

Рай сказал:

– Иногда я с ужасом думаю о том, что произойдет, если из-за какой-нибудь трагической случайности корона перейдет к Карлосу. Испания тогда станет тем же самым, чем Рим был при Калигуле.

– Да, – сказала она, – я должна родить сына… если не сейчас, то позже.

– Ваше Величество, у вас непременно будет сын. Умоляю вас, не волнуйтесь.

Однако ребенок снова оказался девочкой.

После родов Елизавета долго не могла оправиться. Ее мучили приступы тошноты и головной боли; лицо стало бледным, немного осунувшимся. Тем не менее, хотя она уже не была той озорной девочкой, которая десять лет назад приехала в Испанию, ее красота еще не увяла. Она по-прежнему слыла одной из самых очаровательных женщин испанского двора.

Несмотря на пошатнувшееся здоровье, она все еще не оставляла желания подарить Филиппу сына.

Часть того года она провела в Постране, во дворце принца и принцессы Эболийских. Общество Рая и его супруги действовало на нее целебно. Рай, в частности, понимал многие ее тайные тревоги и знал, что они были связаны с Карлосом.

Однажды он упомянул о разговоре, который состоялся у них перед ее родами. Как и его супруга, Рай считал, что новый ребенок будет небезопасен для жизни испанской королевы.

– Пусть государственные проблемы решает Филипп и его Тайный Совет, – сказал он. – Карлос не в состоянии править страной; но у вас и у короля есть две дочери. Почему бы не остановиться на них? Может быть, Изабелла-Клара-Евгения станет такой же великой королевой, какой была великая Изабелла Католическая?

– А что почувствует Карлос, когда его заменят девочкой? – спросила она.

– Ваше Величество, простите меня, если я вмешиваюсь не в свое дело, но, учитывая мой возраст, я могу дать вам один совет. Берегите себя и свои силы для Филиппа, он ведь так нуждается в вашей заботе! Вы подарили ему двух дочерей. Считайте, что этого достаточно.

Елизавета улыбнулась.

– Благодарю вас за столь полезный совет, мой принц, но, боюсь, я при всем желании не смогу последовать ему. Будем надеяться, что на этот раз родится мальчик.

67
{"b":"104424","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Операторы мироздания
Покажи мне, зеркало…
Дядя Фёдор идёт в школу
Правила. Как выйти замуж за Мужчину своей мечты
Ермак. Личник
Мельничная дорога
Измены
Старые друзья
Те, кто делает нас лучше