ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Двумя месяцами ранее в калькуттской газете «Модерн ревью» появилась анонимная статья под заголовком «Раштрапати», что на санскрите означает «Глава государства». Неизвестный автор, воздавая должное Неру и не оспаривая его заслуг перед индийским народом, решительно возражал против его избрания на пост председателя ИНК на третий срок. В статье утверждалось, что люди, подобные Джавахарлалу Неру, несмотря на все их достоинства и способности, опасны для дела демократии. В результате слишком широкой популярности Неру (кстати сказать, заметно раздражавшей автора) в нем развилась потребность к поклонению толпы; сила воли, позволявшая ему сравнительно легко добиваться поставленной цели, грозила обернуться беспринципностью при выборе средств для достижения ее, а развитое чувство собственного достоинства все чаще стало походить на заносчивость, и так далее. Избрание Неру, который уже семнадцать лет занимает ответственные посты в ИНК, в третий раз председателем Конгресса, предупреждал автор, породит в нем уверенность в его незаменимости, и дело закончится тем, что Индия получит своего Цезаря, под лозунгами социализма и демократии насаждающего деспотизм. Несколько неожиданно для читателей сменив гнев на милость, автор доверительно сообщал, что Неру основательно переутомился и крайне нуждается в отдыхе, который они и должны ему предоставить, дабы сохранить Неру для будущих важных дел. «Мы вправе ожидать от него потом хорошей работы, давайте же не портить его излишними лестью и хвалой», — восклицал автор и, снова перейдя на воинственный тон, заканчивал: «Мы не хотим цезарей!»

Статья наделала много шуму в конгрессистских кругах. Правых, особенно тех, кто с опаской относился к Неру и считал его марксистом, она порадовала, а у левых, естественно, вызвала возмущение. Но тех и других одинаково занимал вопрос: кто же автор статьи? На этот вопрос не смог ответить даже редактор «Модерн ревью», получивший статью по почте. Правые подозревали, что автор находится среди них. Левое крыло ИНК допускало причастность к появлению статьи как англичан, так и правых. Неру же, невозмутимо наблюдавшего за реакцией конгрессистов, это нисколько не волновало. Автором статьи, шумно обсуждавшейся его коллегами, был не кто иной, как он сам.

Что же побудило Неру пуститься на такую уловку? Не пытался ли он с помощью статьи, в которой он нападал на самого себя, выяснить, насколько расстановка сил в Конгрессе благоприятствует продолжению его работы в качестве председателя партии? А потом, собрав нужные сведения и убедившись в шаткости своих позиций, уже открыто заявить об отказе вновь стать кандидатом на этот пост? Но Неру всегда неприязненно относился к различного рода закулисным маневрам и считал недостойным для себя прибегать к приемам, которыми обычно пользовались иные деятели от политики.

В течение двух последних лет он возглавлял Конгресс, и какими бы тяжелыми ни казались ему подчас его обязанности, он никогда не стремился облегчить их или переложить часть своей ответственности на плечи других. За эти годы численность ИНК увеличилась почти в десять раз и достигла 5 миллионов человек. Неру гордился тем, что и он содействовал возрождению Конгресса как подлинно массовой политической организации индийского народа.

Однако вступившие в ряды Конгресса крестьяне, рабочие, ремесленники, студенты требовали от его руководителей выполнения предвыборной программы ИНК, одобренной всеми прогрессивными силами страны, настаивали на более решительных действиях, направленных на достижение полной независимости. Положение Неру осложнялось тем, что он, разделяя требования левых кругов ИНК и пытаясь помочь им, наталкивался на противодействие правых, составлявших большинство в руководстве Конгресса. Крупная индийская буржуазия, как и раньше, уповала на тактику компромиссов и реформ и, не желая укрепления позиций левых сил, препятствовала превращению ИНК в орган единого национального фронта борьбы против империализма. Между правым руководством и левым крылом Конгресса назревал конфликт, и в этих условиях некоторые лидеры ИНК, и в их числе Ганди, выражали недовольство взглядами и деятельностью Неру, по-прежнему убежденного в том, что для разрешения главных внутриполитических проблем «требовались более глубокие и основательные изменения и ликвидация империалистической системы, стоявшей на страже всякого рода интересов привилегированных групп». Уже были случаи, когда Валлабхаи Патель и другие правые из Рабочего комитета угрожали Неру уходом в отставку, если он не прекратит оказывать поддержку левому крылу ИНК.

Идти на явный разрыв с руководителями Конгресса Неру не хотел, да и не мог, понимая, что подобный шаг будет способствовать только ослаблению партии. С другой стороны, он слишком устал насиловать себя, постоянно следуя нехитрой житейской истине: «Худой мир лучше доброй ссоры».

Окончательно решив отойти на время от руководства Конгрессом, Неру попытался опубликованием статьи, направленной против его переизбрания, подготовить почву для своего ухода, а затем сообщил об этом решении товарищам по партии. Председателем ИНК был избран один из лидеров левого крыла, Субхас Чандра Бос.

В январе 1938 года от кровоизлияния в мозг скончалась мать Неру. После двух апоплексических ударов, которые она перенесла в 1935 и 1936 годах, Сварупрани долго и тяжело болела, почти не поднимаясь с постели. Третий оказался для нее роковым. Умерла она на руках Джавахарлала. Дочери Виджайялакшми и Кришна приехали в родной дом из Лакхнау и Бомбея и успели застать мать еще живой, чтобы теперь уже навсегда проститься с ней.

Со смертью матери оборвалось, по словам Джавахарлала, последнее звено, связывавшее его с прошлым...

16 февраля 1938 года Неру выступил на 51-й сессии Конгресса, проходившей в бенгальском городе Харипуре, с отчетом о деятельности ИНК за истекший год. Подтвердив неизменность курса Конгресса на достижение полной независимости для Индии, Неру сказал: «Сейчас перед нами две основные задачи — покончить с империализмом в стране и с остатками феодализма в индийских княжествах и в нашей системе землепользования». Он также призвал соотечественников задуматься над тем, какую роль предстоит сыграть Индии в международных делах.

Сам Неру постоянно думал о месте, которое занимает его родина в современном мире, и, пристально следя за развитием международных событий, находил все больше подтверждений тому, что «отдельные политические или экономические проблемы в Китае, Абиссинии, Испании, Центральной Европе, Индии или других странах были частицами одной общей мировой проблемы».

Сразу после сессии Конгресса Неру уведомил друзей и близких о намерении посетить Европу. Он говорил о необходимости «освежить свой усталый и смятенный ум», о желании повидать дочь, учившуюся в Оксфорде. Но главной причиной намеченной поездки все-таки было иное. В Европе силы демократии уже вступили в битву с фашизмом, и Неру, может быть, яснее, чем другие лидеры Конгресса, понимал: от исхода этой борьбы зависит будущее мира, дальнейшая судьба Индии...

В письме своему близкому другу Кришне Менону, находившемуся в Лондоне, Неру сообщил маршрут поездки: Испания, Англия, Франция, Австрия, Чехословакия, Венгрия, возможно Турция, Скандинавские страны, перед возвращением домой — Советский Союз.

2 июня 1938 года Неру на пароходе отплыл в Европу.

Когда корабль входил в Суэцкий канал, Неру передали телеграмму, принятую судовым радистом из Каира: лидер партии «Вафд» Наххас-паша приглашал Джавахарлала на встречу с руководством «Вафд». Неру был хорошо информирован о деятельности этой крупнейшей политической партии Египта, основанной в 1918 году и добивавшейся ухода англичан из страны.

10 июня в Александрии состоялась двухчасовая беседа Неру с вафдистами. «Вафд», по признанию его руководителей, переживал черные дни. На последних выборах, состоявшихся в апреле 1938 года, партия, в течение нескольких лет находившаяся у власти, потерпела тяжелое поражение, что вафдисты объясняли происками проанглийски настроенной дворцовой клики во главе с королем Фуадом.

61
{"b":"10443","o":1}