ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

<1917>

"Тучи с ожерёба…"

Тучи с ожерёба*
Ржут, как сто кобыл,
Плещет надо мною
Пламя красных крыл.
Небо словно вымя,
Звезды как сосцы.
Пухнет Божье имя*
В животе овцы.
Верю: завтра рано,
Чуть забрезжит свет,
Новый* под туманом
Вспыхнет Назарет*.
Новое восславят
Рождество поля,
И, как пес, пролает
За горой заря.
Только знаю: будет
Страшный вопль и крик,
Отрекутся люди
Славить новый лик.
Скрежетом булата
Вздыбят пасть земли…
И со щек заката
Спрыгнут скулы-дни.
Побегут, как лани,
В степь иных сторон,
Где вздымает длани
Новый Симеон*.

<1917>

Лисица*

А. М. Ремизову*

На раздробленной ноге приковыляла,
У норы свернулася в кольцо.
Тонкой прошвой кровь отмежевала
На снегу дремучее лицо.
Ей все бластился в колючем дыме выстрел,
Колыхалася в глазах лесная топь.
Из кустов косматый ветер взбыстрил
И рассыпал звонистую дробь.
Как желна, над нею мгла металась,
Мокрый вечер липок был и ал.
Голова тревожно подымалась,
И язык на ране застывал.
Желтый хвост упал в метель пожаром,
На губах — как прелая морковь…
Пахло инеем и глиняным угаром,
А в ощур сочилась тихо кровь.

<1915>

"О Русь, взмахни крылами…"

О Русь, взмахни крылами*,
Поставь иную крепь!
С иными именами
ВС.А. Т иная степь.
По голубой долине,
Меж телок и коров,
Идет в златой ряднине
Твой Алексей Кольцов.
В руках — краюха хлеба,
Уста — вишневый сок.
И вызвездило небо
Пастушеский рожок.
За ним, с снегов и ветра,
Из монастырских врат,
Идет одетый светом
Его середний брат.
От Вытегры до Шуи
Он избраздил весь край
И выбрал кличку — Клюев,
Смиренный Миколай.
Монашьи мудр и ласков,
Он весь в резьбе молвы,
И тихо сходит пасха
С бескудрой головы.
А там, за взгорьем смолым,
Иду, тропу тая,
Кудрявый и веселый,
Такой разбойный я.
Долга, крута дорога,
Несчетны склоны гор;
Но даже с тайной Бога
Веду я тайно спор.
Сшибаю камнем месяц
И на немую дрожь
Бросаю, в небо свесясь,
Из голенища нож.
За мной незримым роем
Идет кольцо других,
И далеко по селам
Звенит их бойкий стих.
Из трав мы вяжем книги,
Слова трясем с двух пол.
И сродник наш, Чапыгин*,
Певуч, как снег и дол.
Сокройся, сгинь ты, племя
Смердящих снов и дум!
На каменное темя
Несем мы звездный шум.
Довольно гнить и ноять,
И славить взлетом гнусь —
Уж смыла, стерла деготь
Воспрянувшая Русь.
Уж повела крылами
Ее немая крепь!
С иными именами
ВС.А. Т иная степь.

1917

"Гляну в поле, гляну в небо…"

Гляну в поле, гляну в небо*,
И в полях и в небе рай.
Снова тонет в копнах хлеба
Незапаханный мой край.
Снова в рощах непасеных
Неизбывные стада,
И струится с гор зеленых
Златоструйная вода.
О, я верю — знать, за муки
Над пропащим мужиком
Кто-то ласковые руки
Проливает молоком.

15 августа 1917

"То не тучи бродят за овином…"

То не тучи бродят за овином*
               И не холод.
Замесила Божья Матерь сыну
               Колоб.
Всякой снадобью она поила жито
               В масле.
Испекла и положила тихо
               В ясли.
Заигрался в радости младенец,
               Пал в дрему,
Уронил он колоб золоченый
               На солому.
Покатился колоб за ворота
               Рожью.
Замутили слезы душу голубую
               Божью.
Говорила Божья Матерь сыну
               Советы:
«Ты не плачь, мой лебеденочек,
               Не сетуй.
На земле все люди человеки,
               Чада.
Хоть одну им малую забаву
               Надо.
Жутко им меж темных
               Перелесиц,
Назвала я этот колоб —
               Месяц».
12
{"b":"104432","o":1}