ЛитМир - Электронная Библиотека

Вытаращив глаза, я уставилась на Мориса. Он приложил палец к губам, показывая взглядом на магнитофон.

«Завтра утром у вас заболит зуб… Но это не страшно, это не страшно… Вы поедете к дантисту, и он вам поможет… Это очень опытный дантист, гораздо лучше, чем прежний… Он вам поможет, он вам поможет… Теперь вы будете крепко спать до утра и забудете, что слышали меня… Но утром у вас заболит зуб, и вы поедете к дантисту… Спите крепко, спите спокойно…»

Едва дождавшись, когда Жакоб выключит магнитофон, я спросила:

— Как это вам удалось? Откуда взялся голос проповедника?

— Смонтировали, — весело ответил Жакоб. — У него научились. По тому же методу, как он смонтировал загробный голос дяди Франца. Вилли у нас маг и волшебник. Склеили по словечку, выбрав их из подлинных записей «гласа небесного». Пришлось повозиться. Не заметно?

— Я ничего не заметила, а вот послушается ли тетя…

— Посмотрим. — Жакоб хотел что-то добавить, но так и замер с полуоткрытым ртом.

Из динамика вдруг донесся голос проповедника:

«…спокойно… Утром вы проснетесь бодрой и полной свежих сил… Спите крепко… спите крепко… спите крепко…»

Он умолк. А мы переглядывались в полной растерянности.

— Я включил на всякий случай приемник, и вот… — виновато сказал Вилли. — Как толкнуло меня что-то.

— Он вел передачу одновременно с нами? — спросил у него Жакоб.

— Ты же слышал концовку.

— Н-да, — пробормотал Морис.

— Тетя слышала и вас и его? — догадалась я. — Что же будет? Кого она послушается?

Вилли пожал плечами и начал копаться в инструментах.

— Посмотрим, — неуверенно ответил Жакоб. — Попробуем для верности повторить внушение еще раз, попозже. Может, как раз угодим в тот момент, когда у нее начнутся сновидения. Тоже подходящее время для гипнопедии.

Он помолчал, посмотрел на ошеломленные лица комиссара и доктора Ренара в дверях фургона и пробормотал задумчиво:

— Хотел бы знать, что он внушал ей сегодня, одновременно с нами?..

Ждать повторной передачи я не могла и поспешила домой, оставив неудачливых детективов.

И тоже думала, долго не засыпая: что еще мог внушать тете проклятый голос? И чье внушение окажется сильнее — его или наше?

Я проснулась с теми же тревожными мыслями, но сразу успокоилась: Розали сказала, что тетя уже давно встала, у нее разболелись зубы и она просит меня зайти.

Внушение Мориса подействовало!

Тетя сидела у себя в спальне на кровати и со стонами раскачивалась, держась за левую щеку.

— Ужасно болит зуб! — с трудом выговорила она. — Думала, обойдется, а он так разболелся… Ой! Поедем скорее к дантисту.

— Почему же ты раньше меня не разбудила?

— Все равно было рано ехать.

— Ты одевайся, а я пойду приготовлю машину.

— Она все еще неисправна?

— Нет, нет, сейчас поедем, — успокоила ее я, побежала к себе в комнату и позвонила Жакобу.

— Отлично! — обрадовался он. — Мы сейчас же выезжаем в Сен-Морис, а вы следуйте за нами.

Чтобы дать им время уехать, я нарочно немножко затянула сборы, как ни жалко мне было тетю. Боль ее донимала, видно, не шуточная. Всю дорогу она, прикорнув на заднем сиденье, жалобно постанывала.

Я остановилась перед лавчонкой у моста. Неподалеку стоял зеленый фургон. Значит, они успели. Но зачем прикатили в своей лаборатории на колесах — или она понадобится?

Я помогла тете вылезти из машины. Мы подошли к двери лавчонки, и тетя обиженно сказала:

— Вот видишь, ты сама спутала адрес.

Не веря своим глазам, я смотрела на белую эмалированную дощечку на двери: «Опытный дантист. Принимает в любое время». Наконец решительно нажала кнопку звонка…

Дверь тут же открылась. Я чуть не ахнула, увидев перед собою Вилли в белом халате! Халат едва сходился у него на груди — видимо, его позаимствовали у доктора Ренара.

— Что вы хотели? — невозмутимо спросил Вилли.

— Простите, можем мы видеть доктора? — промямлила я. — У моей тети очень болит зуб.

— Прошу. — Вилли склонил голову и отступил, приглашая нас войти. — Доктор сейчас примет вас, мадам.

Он исчез за дверью второй комнатки, а я старалась заслонить от тети прилавки, совсем неподходящие для приемной дантиста, и наваленную в углах рухлядь…

Но тетя, похоже, ничего не замечала! Или, может, видела под влиянием внушения настоящую приемную с белыми стенами и удобными креслами?

Тут, к счастью, появился приветливо улыбающийся доктор Калафидис и пригласил:

— Заходите, заходите, прошу. А вы, мадемуазель, будьте любезны обождать здесь. Это займет совсем немного времени.

Халат на нем был слишком короток — тоже по фигуре доктора Ренара. Но тетю ничего не смущало. Она не удивилась, увидев вместо прежнего таинственного дантиста незнакомого усатого доктора Калафидиса, и спокойно пошла за ним.

А возле меня вдруг очутился Морис, неслышно выйдя из-за портьеры.

— Не волнуйтесь, — шепнул он. — Все пройдет хорошо. Сейчас она видит лишь то, что ей внушили.

— И комиссар с вами?

— Нет, — тихонько засмеялся он. — Комиссар не решился прийти. Считает, что это похоже на незаконный обыск без ордера, и не смеет нарушать закон, хотя человек он смелый и находчивый.

Мы с Морисом подошли поближе к двери и прислушались. За ней было тихо, только изредка позвякивали инструменты. Потом послышался голос доктора Калафидиса:

— Этот зуб придется, к сожалению, удалить. Очень запущен. Один момент, вы не почувствуете никакой боли, мадам.

Тетя приглушенно вскрикнула…

— Вот и все, — бодро проговорил доктор Калафидис. Жакоб поспешно скрылся за портьерой.

Через несколько минут вышла тетя, прижимая к губам окровавленный платочек.

— Хороший дантист, но тот был лучше, — глухо сказала она.

Улыбающийся доктор Калафидис проводил нас до двери, и мы отправились домой.

Чем же кончился «незаконный обыск» во рту у тети? К счастью, когда мы приехали домой, она захотела немного полежать и ушла к себе. А я скорее помчалась к доктору Ренару.

Он тоже ничего не знал: участники операции «Больной зуб» еще не вернулись.

Наконец подкатил зеленый фургон. За рулем сидел Вилли, уже заметно навеселе. Жакоб махал нам рукой.

Я подбежала к машине. Он протянул мне ладонь, на которой лежал крошечный темный кусочек неправильной формы.

— Полюбуйтесь, — торжествующе сказал Морис. — Голос теперь у нас в руках.

— Что это?

— Приемник! — с непривычным для него оживлением воскликнул Вилли. — Уникальный миниатюрный приемник. Отличная штука! Сидел у нее в зубе вместо пломбы.

— Я всегда говорил, что Анри — гений, — сказал Жакоб. — Если бы он не связался с жуликами…

И ВЫРВАННОЕ ЖАЛО ТАИТ ЯД…

Потом мы сидели за столом на веранде, пили ледяное лигерцкое вино, а удивительный приемник покоился перед нами на блюдечке, и я никак не могла оторвать от него глаз.

— Невероятно, — качал головой доктор Ренар. — Невероятно. Но согласитесь, что я оказался ближе всех к истине, когда вспомнил о той женщине в Америке.

— Совсем иное дело, — возразил Жакоб. — Они просто ловко воспользовались тем, что природа почему-то поместила в зубах человека свободные нервные окончания, связанные со слуховыми центрами мозга…

— Бетховен, — перебил слегка захмелевший Ренар, — великий Бетховен, когда оглох, слушал музыку, касаясь рояля тростью, зажатой в зубах. Помните?

— Верно, — кивнул Жакоб. — А теперь техника так шагнула, что стало возможно поместить в дупле зуба целую радиостанцию.

— «Достоинство часов не в том, что они бегут, а в том, что идут верно…» — пробормотал старик, качая головой.

Их больше восхищала выдумка жуликов, а я радовалась, что «небесный глас» навсегда теперь оставит нас в покое…

Но я ошибалась…

— Комиссар помчался в Берн, — весело сказал Жакоб. — Захватил с собой наши пленки. Уверен, что теперь удастся получить ордер на арест Горана. Скоро мы увидим «космического» проповедника на скамье подсудимых…

34
{"b":"104440","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лечение заболеваний различной этиологии по методу управляемой саморегуляции
Генетический детектив. От исследования рибосомы к Нобелевской премии
Притворство. Почему женщины лгут о сексе и какая правда за этим скрывается
Мусорный прибой
Камин для Снегурочки
Шарлиз Терон. Безумный монстр Голливуда
БеспринцЫпные чтения. ТАКСИчная книга
Мертвая долина. Том первый
Подари мне чешуйку