ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глава двенадцатая

Заночевали у подножия длинной гряды холмов, возле небольшого ручейка. Конь был весь в мыле и хрипло дышал, поэтому прежде чем заняться собой, я его осторожно напоила и протёрла досуха остатками попоны. Скоро жеребец уже почти меня не боялся.

Затем пришлось успокаивать Тошибу, малыш поранил лапку о наконечник стрелы и расплакался. Я посадила его за спину, меж суставов крыльев — получилось настоящее сидение. Зверёныш быстро прекратил плакать и через пять минут уже теребил мой рог, весело мурлыча.

Только тогда я ощутила, как устала. От перенапряжения ныло всё тело, раны в чешуе вновь начали кровоточить… Вдобавок, — я не заметила в пылу схватки — мне разорвали внешнюю перепонку левого уха. Противная пульсирующая боль влилась в общую гамму мерзопакостных ощущений.

Сил на охоту совершенно не осталось. Я рухнула в траву, сняла со спины Тошибу, накрылась крылом и провалилась в сон.

Проснулась на рассвете. Стоял утренний туман, в степи царила абсолютная тишина, ни ветерка, ни шороха… Некоторое время я молча лежала в траве, наслаждаясь покоем и свободой. Слегка ныли раны, Тошиба мурлыкал во сне — но это не могло испортить настроение. Мир был так прекрасен, что мне хотелось… Хотелось создать хойку.

Утро в степи…
Смотри, замерли даже росинки —
Поёт тишина.

Тошиба открыл глаза на мой голос и сонно зарычал. Я улыбнулась.

Тише ворчи…
Мир прекрасен и без
Рычания тигров.

Зверёк потёрся о моё плечо.

Беззаботно мурлычит,
Щурит жёлтые глазки тигрёнок…
А враг не дремлет.

Я вскочила.

Выхватив меч,
Неподвижно стоит в тумане
Хаятэ Тайё!

Тут я немного преувеличила — меч остался на поле брани, из оружия у меня имелся лишь лук. Но стихи хорошо отразили настроение, я была сильна и бодра, раны почти не болели, память о сражении грела сердце —

— Хай-й-й-й-йатэ!!!! — подбросив тигрёнка в воздух, я радостно засмеялась и распахнула порванные крылья. — Мы победили, Тошиба!!!

Зверёк ничего не понял, однако ощутил настроение и внезапно, к моему изумлению, неуверенно проговорил:

— Х-хатэ?…

Несколько секунд я недоверчиво глядела в жёлтые глазки тигрёнка. Потом поняла, и издала ликующий вопль.

— Ты заговорил!!!

Тошиба раскрыл пасть, улыбаясь как это делают все кошки. Мягкий язычок лизнул меня в нос.

— Ххатэээ!

— Тошиба… — я обняла своего тигра. — Значит, мне не померещилось той ночью, ты разумный!..

Давно не было такого замечательного дня.

* * *

На охоту мы отправились все втроём; я, Тошиба и чёрный конь. Вернее, мы с Тошибой собирались позавтракать, а жеребца оторвали от завтрака. Он остался не слишком этим доволен.

Коня я назвала Куросао, «Чёрный вихрь». У него был очень лёгкий, пружинистый шаг, чувствовалось — он способен бежать таким образом несколько дней. Седла у меня не имелось, только уздечка из тёмного металла и тонкие поводья; но без седла сидеть на коне было гораздо удобнее, хвост не мешал. Да и приятно ощущать под собой горячее, живое тело…

На охоте нам попалось небольшое стадо диких лошадок, низкорослых и мохнатых, почти как у вчерашних дикарей. Мне было жалко убивать таких симпатичных зверей, но голод — не игрушка. Хорошо хоть, я сохранила десяток стрел и длинный лук.

Выбрав довольно облезлого, некрасивого жеребца, я погнала Куросао вперёд и пронзила добычу стрелой. Лошадка с жалобным ржанием повалилась на землю.

Подъехав поближе, я спрыгнула со спины чёрного коня и вонзила когти в добычу. Пока из зверя истекала жизнь, огляделась; и взгляд случайно остановился на морде Куросао. Меня словно бросили рогами о стену.

В глазах чёрного коня горела такая ненависть, словно он всё прекрасно понимал, просто не мог помешать. Я недоверчиво изогнула хвост.

— Ты лошадь или нет?

Конь, понятно, ничего не ответил, однако я хорошо запомнила неповторимую, совершенно понятную ненависть в его взгляде. Под когтями уже прекратила биться добыча, Тошиба облизывался… А я всё ещё смотрела в глаза Куросао. Теперь это были обычные, тёмные глаза лошади.

— Кто ты? — спросила я негромко. Подошла вплотную, коснулась лоснящейся шерсти. — Как твоё имя?

Жеребец молчал, ничем не отличаясь от обычного коня. И тем не менее, он не был животным! Втянув когти, я положила руку на шею Куросао.

— Ты разумен, хоть и не понимаешь моего языка, — сказала тихо. — Прости, что пришлось убить твоего сородича.

Конь почти спокойно стоял на траве, ничем себя не выдавая. Я помолчала.

— Не желаешь общаться… — сильным рывком я оторвала у мёртвой лошадки заднюю ногу, потом вторую, разорвала когтями шкуру на груди и вырвала аппетитные лёгкие. — Тебе-то что, корм под ногами растёт! А мне надо убивать, чтобы жить. Я — хищник!

Зажав мясо под крылом я вскочила жеребцу на спину, стегнула его хвостом и погнала прочь от убитой лошадки. На душе было очень мерзко, хотя объяснить причину я бы не сумела.

Вернулись к ручейку уже около полудня. Прежде чем приняться за еду, я крепко привязала Куросао к дереву; разумный он или нет, а оставаться в степи без коня мне не хотелось. Может, потом как-нибудь удастся с ним подружиться.

Костёр разожгла заклинанием. Тошиба опять меня поразил — малыш побродил вокруг дерева, насобирал сухих веточек и бросил в огонь! Выходит, он всё это время наблюдал, как делала я… Молодец, тигра полосатая!

Сытно пообедав и накормив Тошибу, я разлеглась на солнышке и принялась строить планы. Путей имелось два: ждать, пока зарастут раны в крыльях и быстро долететь домой, или отправиться на восток по земле, в рассчёте, что пока доеду — крылья заживут. Оба плана имели плюсы и минусы.

Первый вариант гарантировал спокойствие и надёжность; в бескрайней степи почти невозможно пропустить вероломную атаку, а от любого открытого нападения Куросао меня унесёт. Но план имел и огромный минус; время, пока не заживут крылья, будет потрачено зря, а потом мне придётся бросить коня и пролететь огромное расстояние с Тошибой на спине. Полёт меня не пугал, но чем длиннее путь, тем дольше мне придётся отдыхать перед форсированием моря; а восточный берег континента оказался весьма враждебной территорией. Факт, что направление домой я знаю лишь приблизительно, временно решила не учитывать.

Второй план был гораздо опаснее первого, потому что по пути я могла встретить кого угодно, в том числе и врагов. Зато так я не теряла время даром, ожидая выздоровления, и каждый день приближалась к цели; наземная поездка позволит гораздо подробнее изучить эти земли, где, как я знала, почти никто с островов не бывал. Да и когда крылья заживут, пролететь придётся гораздо меньшее расстояние.

Таким образом я остановилась на втором плане: не спеша двигаться к востоку, попутно изучая местную природу и население. Ближайший месяц обещал стать весьма интересным!

* * *

Переночевали мы с Тошибой у костра. Куросао упорно продолжал строить из себя животное, так что его пришлось оставить привязанным к дереву. А утром я обнаружила, что конь всю ночь пытался освободиться.

К счастью, оборвать поводья он не сумел. Однако меня очень встревожили попытки Куросао сбежать, без коня в этой степи нам с Тошибой грозила скорая смерть. Отныне я решила спать, намотав на хвост поводья.

Перекусив остатками сээсаси, мы с Тошибой забрались на спину Куросао и спокойно поехали навстречу восходящему Солнцу. Тигрёнок был в отличном настроении, да и я тоже; малыш поразительно быстро осваивал речь, он уже знал десяток слов. Жеребец гарцевал по утренней степи, а я учила Тошибу говорить.

28
{"b":"104475","o":1}