ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сука
Время генома: Как генетические технологии меняют наш мир и что это значит для нас
Академия черного дракона. Ведьма темного пламени
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Горький, свинцовый, свадебный
Рой
Игра Джи
Лифт настроения. Научитесь управлять своими чувствами и эмоциями
НЛП-техники для красоты, или Как за 30 дней изменить себя

– А мне доставляют удовольствие ваши колкости! Я нахожу интересным пикироваться с таким очаровательным созданием. Но если вы скажете, что вам это неприятно, тогда мы продолжим наш торг там, где его следовало бы начать, – в кабинете вашего отца.

Сарала подошла к нему поближе и заявила:

– Не смейте запугивать меня, Шей! Продажа шелка – это моя привилегия. Только попробуйте поступить так со мной, и я буду называть вас обманщиком и трусом.

На Шарлеманя пахнуло ароматом корицы. Проглотив слюнки, он мягко произнес:

– В таком случае предлагаю возобновить наш торг завтра на пикнике, согласитесь, что это будет оптимальным решением проблемы.

Пока Сарала, наморщив лоб, молча размышляла над его предложением, Шарлемань стоически боролся с искушением заключить ее в объятия и поцеловать.

– Хорошо, я согласна, – наконец сказала она. – Отложим наши переговоры до завтрашнего утра.

Сарала взяла четыре бокала и хотела повернуться, чтобы уйти. Но Шарлемань раскусил ее хитрость и, положив ей ладонь на плечо, повернул к себе лицом.

– Раз мы покончили с деловым разговором, – сказал он, – то почему бы нам просто не поболтать? Расскажите мне, как вы обычно проводили дни в Индии.

Взглянув на него с нескрываемым удивлением, Сарала напомнила ему, что им пора вернуться в зал.

– Поверьте, им до нас сейчас нет дела, – возразил Шарлемань.

– Я в этом не уверена, – заявила Сарала. – И зачем вам знать, чем я занималась в Индии?

– Мне просто интересно, – заверил он ее.

Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

Шей с очевидным восхищением посмотрел на ее бюст. Его интерес к ней был неподдельным, ему действительно хотелось знать о прошлом Саралы. Проведай об этом его младший брат, он бы покатился со смеху: ведь прежде Шарлемань слыл противником пустой болтовни и не скрывал, что равнодушен к обычным темам женских разговоров.

– Летом совершать прогулки там можно только рано утром, – сказала Сарала. – Мы с Нахи, моей подругой, обычно прогуливались по улице между дворцом Ред Форт и мечетью Джама Масджид, одними из красивейших зданий в мире, потом мы шли дальше, в старый город, чтобы сделать там на Рынке покупки.

– Вы разгуливали по городу вдвоем?

– Нет, нас сопровождали слуги, а иногда и двое солдат.

– Слава Богу, – сказал Шарлемань.

Сарала мягко улыбнулась.

– Честно говоря, в охране мы не нуждались, нам с Нахи было нечего бояться, она индианка, я же владею хинди свободно. К тому же меня там многие знали благодаря влиятельному положению моего отца в Ост-Индской компании и его обширным связям с местными чиновниками.

Взгляд ее вдруг стал печальным.

– Расскажите мне, пожалуйста, поподробнее об индийских рынках! – попросил Шарлемань. – Очевидно, это экзотическое зрелище.

– Да, очутившись там, испытываешь странное ощущение, что ты попала в сказочную страну. Чего только там не продают! И кур, и коз, и посуду, и гашиш, и пряности, и ткани, и разнообразные украшения – бусы, браслеты, перстни, кольца, серьги. Воздух пропитан смесью пыли и ароматических смол и трав, от зноя даже трудно дышать.

– Разве индусы едят мясо? – спросил Шарлемань, пытаясь представить себе Саралу в национальной индийской одежде, покупающую козленка.

– Да, вопреки расхожему мнению большинство индусов едят и мясо, и яйца, а также пьют козье молоко. И не забывайте, что в Дели живет еще много англичан.

– А вы носили там сари? – спросил Шарлемань, с вожделением глядя на ее ротик.

Она усмехнулась и прикрыла рот ладошкой, словно бы опасаясь, что ее может услышать мать.

– Однажды я надела сари на свадьбу Нахи. Когда мама увидала меня в таком наряде и босой, она пришла в ярость.

– Так вы перестали после этого надевать сари? – спросил Шарлемань, пытаясь представить ее себе в процессе переодевания.

– Нет, конечно, я надевала сари еще много раз, но только тайком, – сказала Сарала. – Не пора ли нам вернуться к нашим родственникам?

– Да, пожалуй, пора, – согласился Шарлемань, забирая со столика бокалы, наполненные пуншем.

Когда они, наконец, вернулись на свои места, Сарала с очаровательной улыбкой отдала четыре бокала дамам, а Шей, угостив остальных, сел рядом с Элеонорой. Леди Хелен усадила дочь на стул между собой и герцогом Мельбурном.

Музыкальный вечер шел своим чередом, но Шарлемань мысленно перенесся в другой, экзотический мир, с ярко-оранжевым солнцем на пронзительно-синем небе, пением райских птиц и воздухом, пропитанным пряными запахами. Это был тот самый загадочный мир делийских базаров, который так любила Сарала. Она до сих пор вспоминала о нем с легкой грустью во взгляде, потому что понимала, что ей уже не суждено возвратиться в него из холодного чопорного Лондона.

Музыка смолкла, Шарлемань встрепенулся и вместе со всеми захлопал в ладоши, отдавая дань уважения исполнителю. Когда все слушатели повставали с мест, он шепнул Сарале:

– А вы совсем не такая, как я думал. Вы вселили в меня мечту обязательно побывать в Индии.

Она обернулась и сказала, глядя ему в глаза:

– И вы тоже оказались не таким, каким поначалу мне представлялись.

– Надеюсь, это вас приятно поразило, – с полупоклоном произнес он.

– Да! – подтвердила она. – И хорошо бы вы не заставили меня изменить мнение о вас в худшую сторону.

Их разговор прервала леди Ганновер, громко обратившаяся к герцогу Мельбурну:

– Позвольте мне выразить вам, ваша светлость, искреннюю благодарность за то, что вы взяли нас под свое крыло на этот вечер.

Мельбурн ответил ей, улыбаясь одними губами:

– Это доставило мне удовольствие, леди Ганновер, надеюсь, что леди Саре понравился этот маленький концерт в салоне Френфилдов.

– Чрезвычайно понравился! – воскликнула Сара. – Особенно же приятно было познакомиться с вами и вашей семьей. – Леди Хелен выразительно взглянула на нее, и она добавила: – Мне бы хотелось продолжить это знакомство. На лице ее при этом не было уже и тени улыбки.

– Благодарю вас, – поклонившись ей, сказал Мельбурн. И все Гриффины чинно удалились.

– В этом году Хатти играла заметно лучше, чем в прошлом, – выйдя на улицу, произнесла Элеонора и поцеловала на прощание Каролину и братьев в щечку, а Валентайна в губы. – Спасибо, что пришли.

– Вечер был довольно милым, – сказал Деверилл, поглядывая на Элеонору, – однако я бы предпочел провести его за карточной игрой и с бокалом доброго хереса.

– Какой же ты мужлан! – со вздохом заметила она.

– Именно поэтому ты и находишь меня неотразимым, – сказал он, осклабившись.

Закери молча пожал Себастьяну руку, а Шарлеманя чмокнул в ушную раковину.

– Проклятие! – воскликнул тот, потирая ухо. – И как только тебе удается терпеть его, Каролина! Я тебе сочувствую.

Деверилл подозвал рукой свой экипаж и спросил у герцога:

– Ты поедешь с нами или с Закери?

– Нет, только не с ним! – Мельбурн взял под руку Каролину и помог ей сесть в карету.

Шарлемань взглянул на затянутое тучами небо.

– Кажется, дождя больше не будет. Прогуляюсь-ка я лучше пешком.

– Я составлю тебе компанию, – предложил его старший брат.

– Не стоит, я, возможно, загляну в клуб по дороге. А тебе пора возвращаться домой, уже довольно-таки поздно, – сказал Шарлемань, зная, что Мельбурн захочет успеть вернуться к тому времени, когда слуги будут укладывать спать его дочь, чтобы почитать ей библейскую притчу на сон грядущий. Помимо того, ему хотелось проветрить мозги и выработать план действий на завтрашний день, что в обществе брата было бы затруднительно. А главное, ему требовалось отделаться от навязчивых мыслей об Индии, равно как и от грез об индийской принцессе, которая с каждой минутой все больше его очаровывала. Вот почему помочь ему взбодриться могла только одинокая прогулка.

Проводив удаляющегося брата задумчивым взглядом, Себастьян обернулся к сестре и сказал:

– Что ж, можно считать, что день закончился. По-моему, музыкальный вечер прошел удачно.

23
{"b":"105","o":1}